Екатерина

Александр Хрусталев: "Если компания НДВ "ляжет", то это будет последняя компания в России"


Глава "НДВ-Недвижимость" рассказал в интервью RB.ru о стратегии выживания в кризис, стоит ли сейчас покупать жилье и о том, как превратить хобби в бизнес.

Фото: РИА Новости


- Как ваша компания переживает кризис и как, на ваш взгляд, руководителю следует строить свою стратегию по управлению компанией?  Правильно ли в кризис  сосредоточиться на внутреннем PR, то есть работать на удержание персонала и его моральную поддержку?


- Стратегия сохранять людей говорит о том, что лодка  идет ко дну или когда она собирается пойти ко дну. Начиная с января мы реализовываем стратегию по выходу из кредитов.

 

- То есть у вас нет кредитов?


- Нет. Вообще. Это позволяет нам быть легкими. Второе – это диверсификация бизнеса. Кризис, каким бы серьезным он ни был, не сможет одновременно ударить по всем бизнесам. Какие-то бизнесы все равно будут жить. Надо смотреть, какие бизнесы живут на Западе – то, что там сейчас успешно и в тренде, это то, что у нас будет выживать, ведь мы отстаем в развитии на 10-15 лет. Понятно, что это продукты питания, это услуги – вот на это нажимать. Что касается персонала: мы в последние два месяца продолжаем усиленную охоту за головами - активно нанимаем сейчас, но раз в год или раз в полгода мы осуществляем стресс-тесты. Потому что сотрудники при росте компании не могут выполнять дополнительные задачи или им это делать некомфортно. Таким людям нужно идти в менее агрессивные компании – НДВ с точки зрения маркетинга и развития очень агрессивная компания. Мы свои щупальца раскинули в торговый бизнес, гостиничный бизнес, рынки, супермаркеты, чего у нас только нет – мы действительно диверсифицированы, есть даже вертолетный бизнес, который реально доходный. Принцип уговаривания персонала неправильный. Нужно, чтобы каждый сотрудник нашел цель и определил этапы и шаги для ее выполнения (долгосрочный, краткосрочный, среднесрочный). Когда каждый определит цели, можно уйти от этой страшной вещи под названием кризис. Реально мы не ощущаем кризис – я могу сказать, что выручка, начиная с июля, у нас растет. Одновременно я понимаю, что немногие российские бизнесы до этого доходят, и поэтому их ждет мутация. Они не будут работать в классической модели. Например, мы смотрим на коммерческую недвижимость – большие магазины раньше состязались, у кого больше площадей. Сейчас этого не надо - у нас все уходит в онлайн торговлю. Строили "Евросеть", "Связной", "Эльдорадо" - поражали всех количеством своих точек, но зачем теперь они нужны? Сделайте хороший сайт с хорошим интерфейсом, наладьте службу доставки и получите нормальный сервис с точки зрения продаж. 

 

- Но сами ритейлеры говорят, что онлайн-торговля не может заменить полностью оффлайн, нужно развивать мультиканальность…


- Если мои 2000 магазинов через 3 года заменят (не надо будет 2000 магазинов, а надо будет 500), моим 15000 сотрудников надо будет искать работу. Зачем мне магазин на первой линии, если я могу посмотреть все на сайте.

 

- У вас выручка растет по всем сегментам?


- У нас рост по вторичке, новостройкам, по аренде - за счет того, что многие руководители начали разбираться в себе, работать на удержание, заняли оборонительную позицию, а я пошел в нападение. В этот момент я отвоевывал рынок. Что такое 5% московского рынка – это увеличение количества сделок на 2000 в год. Моя экспансия заключается в том, что я продолжал идти против ветра - в тот момент, когда все идут в защиту, я иду в нападение. Как в футболе, эта половина поля становится свободной – ее надо занимать.

 

- В связи с уходом с рынка части игроков (например, закрытием магазинов) что происходит в коммерческой недвижимости?


- Происходит мутация бизнеса. Экспансия, строительство, декларация экспертов (которые декларировали в угоду девелоперам, застройщикам, банкам), что необходимо 5 млн кв. метров.  Надо смотреть на динамику рынка: а надо ли рынку 5 млн кв. метров, надо ли рынку Сити столько метров, который сейчас стоит полупустой и неудобный? Зачем мне снимать эти офисы за тысячи долларов, если мой персонал уже почти весь работает удаленно?  Мне не надо много места. Я сам работаю всегда  - я работаю и в машине через планшет, у меня под 300 камер на объектах: вывожу на планшет и вижу, что происходит на моих проектах.

 

- Резюмируя: ваша стратегия в кризис в том, чтобы отказаться от долговой нагрузки, диверсифицировать бизнес и проводить постоянную оценку персонала?


- Да, и еще - не надо бояться, реально деньги есть, хотя наша экономика получила удар. Я ожидал, что будет хуже. Нас больше пугали. Все у нас нормально, я смотрю спокойно на ситуацию. Я готов дальше двигаться – если компания "НДВ" ляжет, то это будет последняя компания в России.

 

- В чем отличие этого кризиса от кризиса 2008 г., как вы считаете?


- Мы дедолларизованы. В 2008 г. мы были в долларах и мы упали, потому что не было спроса. Сейчас все девелоперы упали в долларах на 25%, а рынок спокоен. Раньше вся недвижимость продавалась и сдавалась в долларах. В последние 3-5 лет все в рублях. Сейчас никто не пытается привязать себя к доллару – так любой девелопер убьет себя. Я сам не стал переводить свои сбережения в рубли, хотя они у меня разложены, но я спокойно к этому отношусь: чуть-чуть где-то потерял…

 

- Это не чуть-чуть, это 30%...


- Рынок упал в долларах, в рублях он стабилен. Мы каждые две недели поднимаем цены – в связи с ростом этапов строительства и ростом спроса – это рыночная фиксация.

 

- Спрос и выручка растут, потому что люди побежали спасать деньги в недвижимости?


- Недвижимость – одно из самых стабильных мест для сохранения капитала, но нельзя последние деньги нести в недвижимость, в любом случае нужно раскладываться: нужны кэш, бизнес и недвижимость. Не надо из бизнеса вытаскивать деньги.

 

- Если у человека есть накопления, но ему не хватает на квартиру и ему нужна ипотека, стоит ли покупать сейчас?


- Спокойно можно брать: я ожидаю роста цен на 10-15% - это будет корреляция, потому что возросли расходы на стройматериалы.

 

- У нас большая доля импорта?


- Процентов 40%. Сейчас происходит большая заменяемость, но лифтовое, инженерное оборудование, чиллеры, кондиционеры в основном импортируются.

 

- То есть вы настроены оптимистично?


- Внутренний рынок есть, сельское хозяйство растет – я много общаюсь с министрами, с бизнесменами. Реально бизнес вкладывается в сельское хозяйство. Не исключено, что мы будем вкладываться. Это очень перспективная отрасль: хорошие технологии в птице, молоке, которые дают хорошую рентабельность. Наше сельское хозяйство развивается.  Краткосрочно мы потеряли, но в долгосрочной перспективе Европа и Америка потеряют больше. Мне кажется, плохо будет только в коммерческой недвижимости. Не нужно столько строить. У нас столько компаний нет, у нас бизнеса такого нет, мы не растем.

 

- Если нам не надо строить офисы, значит, у нас не будет такого количества рабочих мест?


- Во-первых, у нас много сейчас офисов свободных. Во-вторых, т.к. происходит мутация бизнеса, много офисных помещений появится в московском регионе – часть помещений в Московском регионе высвободят, часть подразделений переведут в Московскую область, где более дешевая аренда.

 

- Расскажите про ваш вертолетный бизнес, как вам удалось хобби превратить в бизнес? 


- Все сидели в тишине продавали по 2-3 вертолета в год и радовались, тут пришел Саша Хрусталев, который за год съел 85% рынка продаж вертолетов России и захватил 15% мировых продаж вертолетов.

 

- Сейчас удачное время, чтобы продавать вертолеты?


- Сейчас удачное время - строить правильный цивилизованный бизнес.

 

- Как вам удалось занять 15% мирового рынка?


 - Маркетинг, хорошая подача, различные роуд-шоу…

 

- Вы сами ездите на роуд-шоу?


- Я их устраиваю. Для этого надо сделать несколько правильных шагов. Не пытаться, как у нас принято, собрать 200 человек и побухать. Нужно поработать с безопасностью, с их возражениями ("А что такое вертолеты? Зачем он нужен?"). Когда ответишь на эти вопросы, их количество увеличится. У меня сейчас в учебном центре учатся более 100 курсантов. Это потенциальные покупатели. Это не просто вертолетики продаются,  это целое огромное предприятие из 12 компаний –  группа компаний по ремонту, по сборке вертолетов, сертифицированный центр.

 

- Их покупают для бизнеса?


- Для бизнеса и в частных целях. Они просто нужны. Благодаря им мы сделали много полезного. Это не всегда коммерческая история. Мы, например, ищем пропавших людей, это такая наша волонтерская деятельность.


Комментарии


Подпишитесь на рассылку RUSBASE

Мы будем вам писать только тогда, когда это действительно очень важно