Андрей

Der Spiegel: Русские в Австрии скупают отели и отмывают деньги

"Приличные внешне" русские инвестируют в горнолыжный городок в Австрии


Der Spiegel пишет о том, что в австрийском горнолыжном курорте Зельден - повсюду несчетное количество русских, которых побаиваются местные жители. Страх перед особенностями российских туристов смешивается с беспокойством, что эти дикие богачи пойдут дальше.
 
Руди Гампер недавно продал инвестору из Москвы свой отель Gamper в Обергургле.  В интервью изданию он хочет рассказать простую историю о том, что происходит здесь, в горах.
 
Предки Гампера были крестьянами, они жили в горах, разводили скот, у них была тяжелая жизнь. Его дедушка и бабушка были бедняками. Родители Гампера в 60-ые годы открыли на своей земле небольшой ресторан. Еда была вкусной, после обеда мать и бабушка пекли к чаю пироги. Постепенно они начали сдавать свободные комнаты. В долине Этцталь начал развиваться горнолыжный туризм. В 70-ые годы родители начали больше заниматься постояльцами, чем скотом.
 
Руди Гампер, работавший горнолыжным инструктором, тоже решил уйти в туризм. Он пошел учиться гостиничному бизнесу в училище неподалеку от Вены, женился на девушке из Тироля и в конце 80-ых годов построил с ней хижину Недерхютте в горах. В начале 90-ых он продолжил и родительское предприятие. Его матери уже тяжело это давалось. Он сделал из пансиона гостиницу, переместил крестьянский двор на окраину. В центре деревушки находился теперь только отель Gamper на 84 места. В Обергургле туризм все больше набирал обороты. У Руди Гампера теперь были горнолыжная хижина, отель, жена и четверо детей.
 
В прошлую зиму семья приняла решение продать гостиницу. Они изучали ситуацию, искали потенциальных покупателей. И вот, в 2012 году, Руди сидел за столом с Михаилом Бахтияровым, торговцем автомобилями из Москвы.
 
Он произвел приятное впечатление на Гампера. Летом был подписан договор. О какой сумме шла речь - неизвестно, но это было, определенно, меньше 8 миллионов евро. Несколько дней спустя Руди Гампер узнал, что русскими был куплен также отель Josl на другой стороне улицы. И также Valentin внизу Зельдена.
 
Все три отеля были похожи друг на друга – по размеру, по своей истории. Это были семейные гостиницы. Три отеля в одном горнолыжном курорте.
 
Гампер рассказал, как он в середине 90-ых гг., когда его жена от всей этой нагрузки чуть не сломалась, уже пытался продать отель. Желающих купить не было.
 
Но люди в деревне говорят о том, что русские отмывают свои деньги в Тироле. Три отеля – это еще только начало. Когда-нибудь это место полностью окажется в руках русских.
 
Люди рассказывают о больших русских семьях, которые в ресторанах своим детям заказывают практически все возможное из меню, а что те не захотели есть, просто выбрасывают. Они рассказывают о пьяных лыжниках в шубах, из карманов которых торчат бутылки водки. Они рассказывают о магазинах, на которых виднеются таблички на кириллице. Один из владельцев гостиницы говорит, что он перестал выставлять в своих ресторанах меню на русском языке. Звучит так, будто он хочет таким образом осадить русских медведей.
 
Руководитель отдела маркетинга местного туристического бюро Кармен Фендер рассматривает Россию, прежде всего, как рынок, а долину Этцталь как продукт. Отдыхающие из Восточной Европы – это спасение. Они обеспечивают наплыв в первые две недели января, когда обычно не бывает немецких туристов. Каждую осень они проводят презентации в России, чтобы привлечь больше отдыхающих. Немецкие туристы уже не так активны, а китайцы еще не пришли. Нужны русские. Турист из России в среднем тратит в Австрии 187 евро, немец только 133 евро.
 
Приезжают туристы и из Украины, из Румынии, но больше всего из России. Прошлой зимой в Зельден приехало 119 тысяч россиян. По этому показателю Россия занимает третье место после Германии и Нидерландов.
 
Русский на чужбине
 
Покататься на лыжах для русских, отмечает издание, не самоцель. Из Зельдена они с удовольствием ездят в другие места, например, в Зальцбург, Мюнхен или даже Венецию. Они с удовольствием занимаются шоппингом. Они любят ходить в сауну, но не голыми. Они редко заказывают блюда из меню, предпочитая буфет. Раньше они отдавали предпочтение пятизвездочным отелям, а сейчас многие останавливаются в пансионах и апартаментах. Многие приезжают на собственных автомобилях. Они больше не бросаются в глаза на дорогах. Сейчас все чаще создается впечатление, что они стараются не привлекать к себе внимание. Времена, когда русские приезжали в горы с чемоданами денег, прошли. С другой стороны, позавчера кто-то насчитал в аэропорту Инсбрука 40 частных самолетов из России.
 
Иногда возникают и вовсе абсурдные ситуации. Например, Андреас Майер, менеджер купленного российскими инвесторами отеля Gamper, почти что с гордостью признается, что у них практически не бывает гостей из России. Причем инвесторов это вполне устраивает, и они ничего не хотят менять. Они делают ставку на многолетние традиции этой гостиницы и на их постоянных гостей.
 
Российские инвесторы предпочли бы, чтобы и хозяева гостиницы остались жить здесь, но поскольку это оказалось невозможно, они попросили местное рекрутинговое агентство найти опытных директоров, которые владели бы местным диалектом.
 
Загадочный русский
 
Обозначение "автодилер из Москвы" не может в полной мере описать то, чем занимается Михаил Бахтияров. Он – президент фирмы Major City, крупнейшего автомобильного торгового центра в мире. Это целый автогород с собственным названием, собственными улицами. Здесь продаются машины 28 марок. Совместно с партнером Бахтияров владеет еще девятью автосалонами в Москве и двумя в Санкт-Петербурге. В прошлом году они продали больше автомобилей марки Mazda, чем кто-либо еще во всем мире.
 
Михаил Бахтияров сидит в обычном офисе без особых изысков, расположенном в отделе Subaru его автомобильной империи. На большом круглом столе лежат два мобильных телефона и один ноутбук. На стене висит карта мира. За одной стеклянной стеной стоит бесчисленное множество блестящих автомобилей. Сквозь другую стеклянную стену видно забитое машинами шоссе в сторону Москвы.
 
Бахтияров носит очки без оправы, говорит спокойно и – тут нельзя не согласиться с Руди Гампером – производит очень приятное впечатление. Ему 40 лет, из которых он 21 год занят в автобизнесе. Тогда он еще был студентом исторического факультета и подрабатывал в автосалоне, торговавшем "Жигулями". Второй курс он целиком провел а Алабамском университете в США, а на третьем бросил университет и открыл в Москве филиал концерна Chrysler-Jeep. 15 лет назад Бахтияров основал свою нынешнюю империю у границ российской столицы. Но условия на российском автомобильном рынке стали со временем хуже, и Бахтияров решил попробовать себя в других областях, и купил небольшую гостиницу для любителей серфинга в испанском городке Тарифа. Понаблюдав за испанским рынком, он недавно приобрел еще три отеля в Зельдене.
 
"Мы занимаемся только тем, в чем разбираемся – автомобилями и организацией отпуска, - говорит Бахтияров - Мы же не ставим себе задачу купить сеть Hilton. Мы приобретаем маленькие гостиницы, чтобы выяснить, как этот бизнес работает. К тому же нельзя назвать Европу растущим рынком. Мы работаем осторожно и изучаем этот рынок".
 
Конечно, он заметил, какая паника поднялась в Зельдене, когда стало известно, что теми местами заинтересовался инвестор из России. Поэтому он поехал туда, чтобы встретиться с мэром и другими людьми, ответственными за принятие решений, и успокоить их.
 
"Я не пью алкоголь, у меня нет охранников, я не ношу каких-то вычурных русских одежек и не ем маленьких детей на обед. Я думаю, мне удалось их успокоить, - говорит Бахтияров. - Но во времена перемен я видел массу таких вещей, которые мало кто еще видел. Я жил в двух разных странах, пожалуй, даже в двух разных мирах. И я увидел, что иногда случается".
 
Бахтияров пообещал людям в Зельдене, что он все оставит по-старому. Он не будет привозить туда картошку из Москвы и продолжит закупки у местных поставщиков.

Комментарии

  • Юрий Холодилин — 09:15, 5.02.2013
    Интересная статья. Бешеные деньги похоже провоцируют бешенство в умах.

Подпишитесь на рассылку RUSBASE

Мы будем вам писать только тогда, когда это действительно очень важно