Инна Ефимчик

Инвестирование в США: сравниваем юридические аспекты

Инна Ефимчик, партнер фирмы White Summers Caffee & James, рассказала о юридической разнице между инвестированием в России и США. Американцы, например, часто практикуют создание акций разных классов, а вот на вероятность мошенничества стартаперов обращают мало внимания.


В моей практике я много работаю с российскими предпринимателями, которые уже открыли (и закрыли) не одно ООО. Когда мы общаемся об открытии или финансировании стартапа в США, я постоянно сталкиваюсь с разницей между общепринятыми практиками в этих двух странах.

Мне показалось, что может быть интересным разобрать несколько характерных примеров – ведь риски учредителей и инвесторов в целом одинаковые. Разница же проявляется в механизмах защиты интересов участников.


Учредители

В России зарождается институт акционерных соглашений. Учредители подписывают их между собой на самой ранней стадии и таким образом дают друг другу права относительно своих акций в определенных ситуациях.

В США акционерные соглашения на стадии инкорпорирования стартапа не практикуются (хотя что-то похожее привносится инвесторами на более поздней стадии и дает права инвесторам относительно учредителей). Вместо акционерного соглашения в США защита проекта определяется в договоре о приобретении доли непосредственно между каждым учредителем и компанией. Таким образом, если один из учредителей выходит из проекта, то срабатывает принцип вестинга, и компания имеет право выкупить часть его акций по оригинальной (обычно близкой к номинальной) цене. Какую часть она может выкупить, зависит от конкретных условий вестинга и от того, сколько учредитель проработал в проекте. Если же учредитель хочет продать свою долю или ее часть третьему лицу, срабатывает право первого отказа, и компания может заставить его продать свою долю компании вместо третьего лица по цене, предложенной за нее третьим лицом.

По сути, большой разницы между этими подходами нет. Но вместо того, чтобы пытаться уговорить всех акционеров утвердить единый договор, управляющий их отношениями, здесь применяется, мне кажется, более простой механизм – типовой договор для каждого учредителя с компанией. Новый акционер, таким образом, не должен входить в общий договор и не будет знать условий вестинга, например, или его ускорения других акционеров.



По теме: 12 правил инвестирования от Юрия Мильнера



Доли и их размытие

Доли в ООО распределены процентами между учредителями. Для того, чтобы ввести нового акционера, доли текущих акционеров приходится перераспределить. Текущие акционеры делятся своими долями с новичком, и зачастую есть договоренности о неразмытии одних акционеров, которым делиться не придется, с другими, которые берут все размытие на себя.

В корпорациях, которые являются наиболее используемыми юрлицами для стартапов в США, доли определяются количеством акций, выданных акционеру по отношению ко всем акциям, выпущенным компанией.

Совет директоров компании, ее управляющий орган, может дополнительно выпускать акции как новым так и текущим акционерам, но только в рамках акций, авторизованных к выпуску в уставе компании (Certificate of Incorporation или Articles of Incorporation, в зависимости от штата). Если же авторизованных акций не хватает и нужно увеличить их количество, то требуется получение большинства голосов акционеров.

Один из самых простых способов, которым стартап-инвесторы в США защищаются против размытия, это ограничение авторизованных акций в уставе тем количеством акций, которые требуются компании на текущий момент.

Когда приходит время добавить нового инвестора, текущие акционеры голосуют, и устав переписывается с бóльшим количеством акций и зачастую с дополнительными правами и привилегиями акций для нового инвестора.



По теме: США приглашают на бесплатную стажировку в области инноваций



Разные классы акций

В ООО вообще невозможны разные классы акций, поэтому тут уже начинаются сугубо корпоративные нюансы.

Итак, уставом корпорации США могут быть авторизованы как ординарные акции (Common Stock), так и привилегированные акции (Preferred Stock). По конвенции, учредители и сотрудники получают ординарные акции (или опционы на их покупку), а инвесторы – привилегированные. Каждый класс акций далее может быть поделен на серии, хотя гораздо более типично видеть разные серии привилегированных акций, чем ординарных.

Зачем же нужны разные классы и серии акций? Дело в том, что устав компании может фиксировать не только количество акций разных классов и серий, но и различные их права и привилегии. Но устав не дает возможности дифференцирования между акционерами одного и того же класса. Соответственно, если инвесторы, вошедшие в разные периоды времени, договорились с компанией на разные условия, и все хотят зафиксировать свои права в уставе, то приходится выдавать каждому следующему инвестору новую серию привилегированных акций (отсюда и идет Series A Preferred Stock, Series B Preferred Stock, и т.д.).

У тех, кто знаком с практикой создания стартапов в России, напрашивается очевидный вопрос: зачем все эти сложности – разные классы и серии акций и изменения в уставе, который нужно подавать в штат, если можно права инвесторов зафиксировать в акционерном соглашении вместо устава? И тут есть небольшой, но очень важный нюанс – права закрепленные акционерным соглашением являются контрактными правами. Соответственно, если они не соблюдаются и инвестор судится с компанией, то в лучшем случае он получит возмещение убытков в том объеме, который инвестор сможет доказать в суде. Если же его права зафиксированы в уставе и они не соблюдаются компанией, то инвестор, который судится из-за этого нарушения, просит уже не возмещение убытков, а расторжение той сделки или аннулирования того действия, которое нарушило его права.

Из-за этого потенциального риска вероятность, что компания нарушит права акций, прописанные в уставе, гораздо меньше, чем вероятность того, что будет нарушено всего лишь контрактное обязательство.

Исходя из этого, российским инвесторам в стартап проекты, зарегистрированные по законам США, не стоит избегать вложения в привилегированные акции, а, скорее, наоборот – следует настаивать на покупке именно привилегированных акций с ключевыми правами, отраженными в уставе.



По теме: Краудинвестинг в России: юридические аспекты



Другие риски

Существенная разница, которую я заметила между инвесторами в США и в России, проявляется в той весомости, которую инвесторы придают риску банального мошенничества со стороны учредителей.

Стартап-инвесторы в США осознают, что вероятность успеха стартапа уже изначально настолько мала, а вероятность потери всего или большей части их вклада настолько велика (стартапы – область очень спекулятивная), что защищаться против незначительного риска, что учредители окажутся мошенниками, просто не имеет смысла.

Российские же инвесторы нередко тратят много времени и сил на внедрение механизмов контроля над операционной деятельностью компании, учредителями и над денежными потоками компании.

Конечно, мошенники есть везде. Но если у американского инвестора низкий уровень доверия к учредителям и он боится, что его «кинут», он просто не будет входить в проект.

Ведь учредитель на ошейнике не построит следующий Facebook, Tesla или Amazon.

Удачных вам инвестиций!

Чтобы вы не ошиблись при выборе, Rusbase рекомендует своим читателям надежных юристов и адвокатов

Что вы можете нам доверить?

  • структурирование инвестиционных сделок; 
  • урегулирование возникших споров между основателями и инвесторами;
  • решение проблем с вашими контрагентами. 

Фото на обложке: Shutterstock.


comments powered by Disqus

Подпишитесь на рассылку RUSBASE

Мы будем вам писать только тогда, когда это действительно очень важно