Мария Илюшина

Кто есть кто: Игорь Рябенький

В рубрике «Кто есть кто» мы рассказываем о тех, кто формирует настоящее и будущее инновационного рынка в России, и заодно поздравляем ее героев с днем рождения. Сегодня в центре внимания — суперангел и управляющий партнер фонда AltaIR Capital Игорь Рябенький.


Игорь Аркадьевич Рябенький родился 6 июня 1960 года в городе Балхаш Карагандинской области Казахской ССР, а вырос в Белоруссии. В детстве любил математику и шахматы — это давалось ему легко, да так, что к четырем годам он уже сыграл свою первую шахматную партию (правда, проиграл). А вот с математикой дела пошли в гору — в семь лет мальчик умножал в уме двузначные числа быстрее взрослых и умел считать факториалы, о которых многие школьники не узнают до старшей школы.

image description
Игорь Рябенький

Однажды осенью, в начале учебного года, я заболел. За пару недель постельного режима я перерешал все задачники по математике, которые ученикам предназначались до мая. Нормальный ребенок смотрел бы мультики и ел мороженое, а у меня вот было такое хобби. (в интервью Firrma)

Дальше пошли первые места на областных олимпиадах и далеко не последние — на всесоюзных. Рябенький был отличником, но не классическим зубрилой-всезнайкой — плохое поведение в школе даже стоило ему золотой медали.

Высшее образование получил в 1982 году в Белорусском институте железнодорожного транспорта по специальности «инженер путей сообщения», предпочтя остаться дома, а не ехать учиться в Москву, куда его звали как выдающегося ученика.

В университете Рябенький нашел еще одно призвание — языки. Он выучил английский и занял первое место на олимпиаде по английскому за перевод статьи из журнала Wireless World о технологиях, про которые в Союзе еще даже не слышали (пару лет спустя он обнаружил, что перевод оказался не слишком точным, но этого просто некому было заметить).

Работать Игорь Аркадьевич начал рано — с 14 лет помогал лодочникам и в целом брался за любую подвернувшуюся работу. После вуза переехал в Мурманск, устроился в «Аэрофлот» инженером-техником аэропорта, а затем продвинулся в главный офис агентства в городе. Новая работа Рябенькому наскучила, так как разбираться с мелкими неполадками было не так интересно, но зато помогла приобрести много полезных связей.

Следующим местом работы стало бюро «Техника морских геологоразведочных работ», где он был инженером в проекте «Агрегат сбора железо-марганцовых конкреций со дна Мирового океана» и создавал робота. Эту тему он продолжил изучать в 1986–1988 годах, когда учился в аспирантуре Московского горного института.

В Москве Рябенький познакомился с руководителем фирмы по разработке софта ELecs и стал региональным менеджером.

image description
Игорь Рябенький

Я случайно оказался на первом годовом собрании ELecs, – рассказывает Рябенький. – Сел, конечно, к симпатичной девушке и стал слушать харизматичного молодого человека, обещавшего с трибуны, что через пару лет мы сможем летать из Нью-Йорка в Париж за пару часов и что информационные технологии изменят мир до неузнаваемости. Я спросил соседку в шутку: «Это случайно не Остап Бендер?», на что получил ответ, что это руководитель ELecs. На следующий день я уже сидел в его кабинете на собеседовании (в интервью Firrma)

К тому моменту Рябенький уже серьезно заинтересовался бизнесом. В ELecs он активно привлекал сторонние проекты, куда компания инвестировала, а наработки встраивались в существующие продукты.

Его подразделение быстро набирало обороты, поэтому Рябенькому поручили открывать новые филиалы в регионах, а в 90-х — уже за рубежом. Из Тайваня его подразделение эксклюзивно поставляло калькуляторы, на которые был бешеный спрос:

Мы поняли, что в годы бесконтрольного печатания денег нули на калькуляторах бухгалтеров и обычных жителей просто перестали помещаться, и сделали на этом хорошие деньги. Оказалось, что азиатский производитель уже давно «просек» этот тренд – он поставлял калькуляторы и в другие страны с гиперинфляцией – в то время в Турцию и Бразилию. А у меня где-то даже стоит подарок от них – медаль самого крупного реселлера калькуляторов.

Рябенький с партнером затем выкупили филиалы ELecs, которыми управляли и начали развиваться отдельно от компании.  

C 1993 по 2005 годы являлся совладельцем UnitSpace, разрабатывающей решения в сфере корпоративных информационных систем и электронной торговли, а также системы по управлению электронным контентом.

В конце 90-х Рябенького все больше и больше интересовал бизнес в интернете — в итоге он оставил свое кресло в Unit и занялся стартапами.

Одним из первых проектов, где Игорь Аркадьевич выступил как ангел, стал «ПараГраф», основанный Степаном Пачиковым в США и купленный Silicon Graphics в 1998 году.

В 2005 году был создан фонд Altair Capital, который до конца 2010 года инвестировал в проекты не из IT. Первыми интернет-проектами стали LinguaLeo и Eruditor Group.

Сейчас у Altair в портфеле десятки компаний — российских, американских, израильских. Последние особенно интересуют фонд — в апреле стало известно, что Altair Capital поднимает $30 млн для инвестирования в израильские стартапы ранней стадии и планирует вложиться в более чем 50 компаний.

Рябенький перемещается между Веной, Нью-Йорком, Москвой и Тель-Авивом, увлекается фотографией и пока активно продолжает быть «суперангелом».


Цитаты:

Я был из типичной советской семьи: трое детей, папа-инженер. Поэтому работать пошел очень рано. В 14 лет, например, я долго помогал лодочникам на станции в нашем городе, в старших классах и студентом брался за все, что предлагали – от разгрузки вагонов до работы на складах. Повышенной стипендии – 50 рублей, конечно, не хватало на все запросы. И девушек надо было в кино водить, и приодеться хотелось… Вообще, конечно, когда ты живешь в таких финансовых рамках – это большой стимул много работать, браться за все, что можно. (Firrma)


Я один из самых пожилых в стране бизнес-ангелов – не по возрасту, надеюсь, а в том смысле, что раньше других начинал. В 1990-х я еще не знал, что это называлось ангельскими инвестициями. Ну, вложил в проекты и вложил. (Slon)


Для стартапа, который хочет стать крутой прорывной историей, хуже нет, чем на раннем этапе получить заказ от госкорпорации или от государства — и все, на этом история достаточно быстро закроется, она прорывной не станет. (Firrma)


Я не хочу вкладываться в игры, потому что я в этом ничего не понимаю, и все мои попытки это сделать всегда были с предсказуемым результатом. И я не хочу вкладываться в длинные проекты, которых и у меня, и у моих партнеров терпения не хватит дожидаться, я имею в виду девайсы, фарма и так далее. И мы не хотим вкладываться ни во что, что где-то далеко от IT и интернета, и от понятных нам медиа и способов масштабирования. (Firrma)


comments powered by Disqus

Подпишитесь на рассылку RUSBASE

Мы будем вам писать только тогда, когда это действительно очень важно