Роман Переборщиков

Руководитель лектория «Образовача» рассказал о работе популяризатора науки

Роман Переборщиков, руководитель лектория «Курилка Гутенберга», написал ответ на колонку Дениса Курека о популяризаторах науки. Роман рассказывает, как на самом деле устроена жизнь популяризаторов и кто их ограничивает в работе.


В свете недавно вышедшей статьи Дениса Курека о вопросах «научного сообщества» к «популяризаторам науки» я, как представитель последних, хотел бы обстоятельно ответить на эти вопросы. Спрашивать всегда проще, чем отвечать, тем более если отвечать приходится за целую индустрию. Так или иначе, я постараюсь сделать это.

Думаю, самым правильным поступком с моей стороны будет спасти читателя от лишних минут, потраченных на прочтение сразу двух статей, поэтому я буду цитировать главные тезисы предыдущего текста перед тем, как на них отвечать.

Итак. «Зачем вы, популяризаторы, занимаетесь своим делом? Хотите денег и славы? Не стыдитесь этого, в этом нет ничего постыдного», – говорит нам Денис.

Почти все популяризаторы, которых я знаю (несколько десятков, а может, сотен представителей профессии) – это люди, для которых популяризация науки стала занятием, равнозначным по смыслу существованию в нашей не самой приветливой для образованных людей стране. Этакий коллективный икигайЯпонское понятие, означающее ощущение собственного предназначения в жизни., когда просто не можешь спокойно смотреть на отупевающее от телевидения и желтой прессы население, и единственным вариантом сосуществования в гармонии со своим внутренним «я» и внешней действительностью становится выбор активной позиции противодействия всеобщей энтропии.

Деньги и слава? К чему эти слова, если чуть дальше автор самостоятельно отмечает: «Здесь пока крутятся не слишком большие деньги…». Видимо, автор хочет показать индустрию популяризации науки гораздо богаче, чем она есть на самом деле. Само слово «деньги» здесь не так часто упоминается.

Все, кто хотели зарабатывать, уже заняты в других областях, и пусть Денис не обманывается количеством новых научно-популярных проектов. Каждый день они существуют скорее вопреки, чем благодаря.

«Как популяризаторы науки выбирают материал? Они берут то, что имеет больший медийный потенциал, или то, что действительно достойно привлечения внимания широкой общественности? Насколько субъективен выбор достойных тем, какие объективные критерии учитываются?»

Популяризаторы науки выбирают материал по разным критериям – и все до единого субъективны! В «Курилке Гутенберга» руководство лектория выбирает тематики, достойные как единичных выступлений, так и целых циклов, руководствуясь исключительно личными предпочтениями. Нам интересно! По количеству тематик, раскрытых в наших лекциях, можно уверенно утверждать, что нам интересны самые разные области научного знания. То же касается остальных популяризаторов. Крайне сомневаюсь, что у кого-то есть более чётко выраженная система оценки материала, чем его важность. А важно в этом мире очень многое.

Едем дальше.

Ответственность на популяризатора ложится только в достоверности и точности передачи научных данных.

В популяризации, как и в науке, исключительно большое значение имеет деловая репутация. Невозможно представить доверительное отношение к учёному, пойманному на подтасовке научных данных ради «открытия». То же касается популяризации. Все помнят историю с показом псевдонаучного документального фильма «Религия и наука. Тайны биополя. Что же такое Божественный дух?» на телеканале «Наука 2.0.» Это был скандал, после которого можно со спокойной душой говорить, что отрасль сама себя регулирует.

«Кто должен следить за отсутствием перекосов, кто будет защищать права базовой идеи популяризации, чтобы участники рынка не переходили тонкую грань между популяризацией науки и спекуляциями на научных темах? Кто будет регулировать эту индустрию, определять правила игры?».

Любая насаждаемая институция убивает отрасль, над которой её ставят. Сама мысль о наличии  группы людей, определяющих, как работать десяткам и сотням научно-популярных проектов, является бредовой. Как уже было сказано, отрасль сама себя регулирует. Вместо того, чтобы придумывать регуляторов, предлагаю подумать о способах усиления ответственности за контент. Не уголовной, как кому-то, возможно, хочется, а моральной ответственности. Только повышая планку качества, поощряя «хорошие» и порицая «плохие» начинания, можно добиться того, что популяризация продолжит развиваться в нужном направлении с учетом интересов науки и общества.

«Несет ли популяризатор науки ответственность за свою деятельность перед кем-нибудь извне индустрии? Какова ответственность популяризатора как производителя продукта перед потребителем? Пока – никакой, на мой взгляд».

Популяризатор несет ответственность перед потребителем. Какую ответственность? Давайте для начала перестанем считать аудиторию баранами. Вопрос репутации силён не только внутри индустрии, но и вне ее. В России уже есть требовательная к содержанию аудитория, которая обладает возможностью влиять на проекты извне. От простого голосования ногами до создания ощутимого давления на провинившихся (снова вспоминаем историю с «Наукой 2.0»). Я считаю, что популяризация науки в России сейчас расцветает пышным цветом исключительно благодаря отсутствию внешних регуляторов и социальному тренду на достоверность информации. Пора одуматься, остановиться. Хватит с нас гайковёртов, желающих всё подчинить контролю.

«Какую ответственность несет популяризатор перед источником своего существования – ученым? И не нужно говорить, что ответственность – в правильном донесении информации. Это лукавство: если материал один раз будет неправильно упакован, вам его больше не дадут, а дадут тому, кто сможет это сделать правильно».

Какую ответственность несёт токарь за правильное использование зубила? Вопрос тут обоюдоострый, так как для учёных популяризатор – такой же инструмент. Ответственность всё та же, и содержится в самом вопросе: «Если материал один раз будет неправильно упакован, вам (популяризаторам) его больше не дадут, а дадут тому, кто сможет это сделать правильно».

Что и требовалось доказать: саморегуляция в действии.

«Регулируются ли каким-либо образом взаимоотношения науки и популяризатора, есть ли нормативно-правовая база для этих отношений? Практически – нет. Отношения по большей части бартерные, популяризатор получает разрешение на использование материала в обмен на продвижение материала среди массовой аудитории. Естественно, в большинстве случаев эти договоренности – устные, а клиент этого устного договора (коим является хозяин материала) никак не защищен, не может отстаивать свои права. Никак не оговариваются количественно объём предоставляемых в рамках этого устного договора услуг со стороны исполнителя (популяризатора). По умолчанию считается, что от популяризации научного знания может быть только польза, но так ли это? А на второй, третий взгляд?»

От популяризации научного знания может быть только польза. Другой позиции нет и быть не может. Если вас не устраивает работать в «бартерно-деловых» отношениях, ничто не может помешать заинтересованной стороне составить договор об оказании услуг, и получать за предоставление данных или их распространение материальную выгоду. Это не вопрос   популяризации, а вопрос уровня юридической грамотности сторон. Причина, по которой многие учёные и популяризаторы работают по бартерной схеме, понятна: мало кто хочет платить деньги за то, чтобы результаты ваших исследований просто дошли до общества. Точно так же мало кто хочет платить за то, чтобы опубликовать чьи-то исследования. Только вы решаете, как вам работать.

«Кто это такой – популяризатор науки? Представитель науки в обществе, отстаивающий ее интересы на внешних рубежах – или шоумен, для которого наука становится остреньким контентом (если ее как следует поперчить)? Я вижу все больше второго».

Популяризатор – это человек, группа лиц или организация, доносящие научные знания до широкой аудитории. Слово «широкой» – одно из важнейших в моем определении, потому что именно эта характеристика составляет главную ценность для учёного. Никому не интересно публиковать научные данные на ресурсе, который уделяет огромное значение достоверности материала, но абсолютно не заботится о донесении этого материала до аудитории. Работа с аудиторией – такая же важная работа, как и отбор достоверных данных. Есть разные методы борьбы за аудиторию, но все они заключаются в степени дозировки серьезных научных выкладок и элементов, привлекающих внимание аудитории. Это вечная ходьба по тонкой грани между одним и другим. Или слишком скучно, или слишком несерьезно. Но ведь и аудитория далеко не однородна: многие ли готовы сходу заинтересоваться массой бозона Хиггса?

Каждый научно-популярный проект – или индивидуальный популяризатор – находит свою нишу, в которой он считает нужным работать. В итоге выстраивается целая лестница ресурсов: от тех, где больше юмора и шоу («Образовач», Science slam), до тех, где идёт серьезный анализ новых научных данных. Аудитория поднимается по этой лестнице постепенно – до того уровня, который их оптимально устроит. Важны все без исключений, так что ни в коем случае нельзя называть негативной тенденцией рост количества научно-популярных проектов. В этой экосистеме важен и нужен каждый, кто живет и развивается.

В заключение хочу остановиться на важном, на мой взгляд, моменте. Ещё 5 лет назад не было 99% тех научно-популярных проектов, которые мы с вами наблюдаем сегодня. Популяризация развивается по разным причинам: от взросления первого непоротого поколения, от результатов развития отдельно взятых институтов – и до протеста против псевдонаучной пропаганды и мракобесия. Но ничто из этого не помогло бы, если бы для занятия популяризацией требовалось пройти согласования с кучей инстанций, где «самые авторитетные», почивая на лаврах, собирали бы дань с желающих открыть свой «стартап». Так что мы должны быть благодарны сложившимся обстоятельствам: сегодня популяризатором науки может стать каждый!


Материалы по теме:

Пять вопросов к тем, кто рассказывает о науке

В Москве запущены интенсивные курсы по современной науке

Какие СМИ пишут о научных стартапах

Кендрик Уайт: Я хочу остаться в России

Почему я выбрала биоинформатику – мнение ученого

Видео по теме:


comments powered by Disqus

Подпишитесь на рассылку RUSBASE

Мы будем вам писать только тогда, когда это действительно очень важно