Полина Тодорова

Экономика — это не машина, а хаотическая живая система

Писатель и специалист по искусственному интеллекту Джордж Заркадакис рассуждает о том, как мы будем жить в мире блокчейна и экономики сложных систем.


Основная экономика строится исходя из образа машины, работающей в состоянии равновесия. Отдельные элементы машины (компании, правительство и потребители) работают рациональным образом. Система может переживать шоковое состояние, но вот принимается несколько минутных решений, и экономика постепенно возвращается в стабильное состояние.

Читайте по теме: Что будет, если мы просто начнем раздавать людям деньги?


К сожалению, такой наивный взгляд на экономику противоречит результатам машинного обучения и исследований искусственного интеллекта. Большинство экономических прогнозов в этой сфере получаются крайне нереалистичными. С другой стороны, либералы беспокоятся о возросшем неравенстве дохода, сокращениях из-за автоматизации труда и огромного количества низкооплачиваемой работы на платформах вроде Uber и TaskRabbit. Их волнует тот факт, что только образованные, умные и творческие люди смогут процветать. Желая смягчить удар по экономике, государственные органы используют «вертолет с деньгами» под видом гарантированного базового дохода. Но такие методы игнорируют основное желание людей чувствовать себя востребованными, творческими и продуктивными, а также их стремление заработать какой-то статус и признание в глазах общества. Любые попытки «подкупить» верность граждан с помощью новой глобальной системы социального обеспечения рискуют вызвать недовольство и отсутствие стабильности.

Тем временем ученые мужи вместе с левыми политическими партиями предаются фантазиям о роскошном автоматизированном коммунизме, где благодаря искусственному интеллекту под управлением социалистического правительства работа станет необязательным делом. Вот только в таких фантазиях не объясняется, как будут поддерживаться инновации и кто будет следить за состоянием дорогостоящей информационной инфраструктуры, если люди будут работать лишь из альтруистических побуждений.

economics

Фото: Flickr

Оба политических лагеря одобряют идею экономического равновесия, а значит они очень узко мыслят. Но почему бы не представить экономику в виде беспорядочной сложности естественных систем, например, фрактального роста живых организмов или сумбурного вращения атомов? Подобные структуры представляют собой нечто большее, чем сумму своих компонентов, поскольку нельзя предсказать поведение всей системы, изучив поэтапное движение каждого элемента. Базовые правила могут быть простыми, но в итоге получается нечто динамическое, хаотическое и в какой-то мере самоорганизующееся. Экономика сложных систем основывается на подобных структурах и создает компьютерные модели искусственных миров, чьи обитатели состоят в более изменчивых и симбиотических отношениях со своим окружением. Рассматриваемая в таком виде экономика представляет собой постоянное движение, возникающее из множества взаимодействий. Форма этого движения влияет на поведение его участников, которое в свою очередь влияет на движение, и так по кругу.

Между классической идеей экономического развития и концепцией сложных систем есть четкий контраст. Первая идея подразумевает наличие рациональных участников с практически идеальными знаниями, а вторая признает, что у участников могут быть различные ограничения, и их поведение зависит от результатов предыдущих действий. Самое важное то, что экономика сложных систем подразумевает, что сама система постоянно меняется и развивается — даже когда новые технологии переворачивают правила игры.

Еще со времен изобретения конвейера корпорации напоминают средневековые города: они возводят вокруг себя стены и обмениваются товарами между другими «городами» и потребителями. Компании существуют, потому что нужно защитить производство от колебаний неустойчивого рынка. Кроме того, можно гораздо эффективнее укреплять стоимость товаров и услуг на рынке, если держать их под одной крышей. Об этом сказал британский экономист Рональд Коуз в своей работе 1937 года «Природа фирмы».

Но сейчас, во время Uber-для-всего компании превращаются в платформы, которые скорее разрешают, чем запускают базовые бизнес-процессы. Стоимость выхода на потребителя существенно снизилась благодаря вездесущим социальным сетям. Производство теперь происходит за стенами компании — им занимаются фрилансеры и частные подрядчики. Колебания цен и рынка приводят уже к не таким серьезным последствиям, ведь теперь компаниям помогает машинное обучение и прогнозная аналитика, да и услуги, офисные помещения и инфраструктуры по запросу помогают им справиться с меняющимися условиями. Похоже, что теория Коуза скоро станет неактуальной.

Так называемая «экономика одноразовой работы» — это лишь начало крупных экономических, социальных и политических перемен. На данный момент эти новые методы работы по-прежнему работают по старой бизнес-модели — на платформах, которые продают «доверие» с помощью отзывов и подтверждений, либо в рамках существующих финансовых и юридических систем. Airbnb, eBay и Uber удалось заработать на работе других людей, потому что эти площадки предоставили гарантии хороших отношений между продавцом и покупателем и работают со «старым миром», к которому относятся банки, суд и правительство. Но вскоре такая гибридная модель цифрового бизнеса изменится.

cogs

Фото: GettyImages

Технологии блокчейна заменят все эти доверенные третьи стороны с помощью огромной цифровой бухгалтерской книги, которая будет простираться по растущей и переменчивой системе компьютеров, в чью работу нельзя вмешаться. Впереди нас ждут крупные изменения законов, но до сих пор неясно, сможет ли компьютерная и алгоритмическая инфраструктура блокчейна сохранить свои масштабы. Тем не менее ее системы действительно смогут облегчить нашу работу. Избавившись от посредников, они значительно снизят стоимость транзакций и освободят множество участников новой экономики от хватки руководства и государственных институтов власти.

Но есть и альтернативная версия грядущих событий. Представьте себе сеть индивидуальных лиц и семейств, которую объединяет интеллектуальная электрическая сеть, производящая ровно столько энергии, сколько им нужно, из солнечных панелей на крышах их домов. Все эти люди используют 3D-печать и роботов для производства необходимых продуктов. Они обмениваются знаниями и опытом с другими группами людей, чья продуктивность значительно выросла благодаря умным устройствам и аналитике данных. У них общая инфраструктура, которая поддерживается благодаря экономическим обменам внутри одних и тех же сетей. Технологии блокчейна могут подтверждать контракты и развивать бартерную экономику. Если изменить правила экономической игры, то поменяется вся суть экономики — не прямо и типично, как предсказывает неоклассическая экономическая теория — а творческим, хаотическим и динамическим методом сложных систем.

Такой переворот и создание разрозненных моделей организации экономики, конечно же, поставит под удар нынешние институты власти. Вместо того чтобы думать о будущем как о расширении вселенского благосостояния, возможно, нам стоит задуматься о реставрации политики. Власть должна отойти от экономической выгоды и перейти в руки уполномоченного большинства. В этом случае автоматизация труда может означать гибель крупных корпораций и восход мелких цифровых организаций. Со временем эти совместные рабочие сети могут превратиться в целые цифровые города и даже заменить реальные страны в плане политической организации и верности граждан. В противовес текущим событиям, будущее нашей планеты может быть светлым: она будет домом для самоуправляемой экосистемы демократических сообществ, работающих сообща во имя счастья, благополучия, долголетия и творчества.

Источник.

Материалы по теме:

Децентрализация сети позволит вернуть власть людям

Карточки: кому нужен блокчейн и где его взять?

Как blockchain изменит нашу жизнь?

Блокчейн: загадки, парадоксы, возможности

comments powered by Disqus

Подпишитесь на рассылку RUSBASE

Мы будем вам писать только тогда, когда это действительно очень важно