Наиль Байназаров

Мы — это данные. Будущее искусственного интеллекта

Каково наше будущее в информационном пространстве? Мы по-прежнему управляем данными, или данные управляют нами? Кто стоит за развитием искусственного интеллекта и его разновидности — искусственной интуиции? Каким станет интернет будущего? Rusbase публикует статью канадского писателя Дугласа Коупленда, опубликованную в Financial Times.


Вот смотрю я на такие приложения, как Grindr и Tinder, и понимаю, насколько они изменили культуру сексуального поведения в обществе. С их помощью создается карта сексуального общения для каждой конкретной территории — с подробными данными ваших потенциальных партнеров, включая фотографии.

Дуглас Коупленд. Источник фото: Flickr

И тут мне в голову пришла идея создать такое же приложение, но только чтобы оно отображало политическую карту местности. Мне кажется, такого еще не придумали. Назову его Wonkr (от англ. «wanker» — груб. «онанист, мерзкий тип» — прим. Rusbase), опустив букву «e», чтобы выглядело как настоящее название для мобильного приложения.

Итак, как работает Wonkr? Для начала вы скачиваете и устанавливаете приложение на телефон, после чего вам предлагается ответить на ряд вопросов, касающихся ваших взглядов и убеждений. Затем, когда вы оказываетесь в каком-нибудь людном месте (предположим, что все уже пользуются Wonkr), в приложении можно будет узнать о политических предпочтениях окружающих вас людей. Например, сидите вы в популярном ресторане где-нибудь в Нэшвилле, и видите, что 73% присутствующих поддерживают республиканцев. Пройдите на кухню того же ресторана и узнаете, что 84% сотрудников там – за демократов. Войдите в лифт манхэттенского небоскреба, и с каждым этажом выше демократов там будет всё меньше. Если отправитесь в Германию, Францию или еще куда – приложение будет адаптироваться под местные политические реалии.

Главное — помнить, что Wonkr активируется, только когда вы в толпе. Если вы сидите дома один, а приложение выключено, никто ничего о вас не узнает. (Хотя не исключено, что кто-то предпочтет оставлять приложение включенным — этакий политический эксгибиционизм).

Задача Wonkr — определять политический микроклимат в любом людном месте. Он будто отвечает на вопрос: «Вокруг меня друзья или враги?» При  желании можно также изменять радиус охвата приложения — от размеров одной комнаты до масштабов квартала, всего города или даже всей страны. По сути, это – инструмент всенародного волеизъявления, приложение для голосования. Центризбирком может увольняться в полном составе. Wonkr с большей точностью и без подтасовок покажет: кто, где и за что голосует.


По теме: 10 сфер, которые изменит датамайнинг


Интересный факт: люди с определенными политическими взглядами предпочитают встречаться и проводить время с людьми, разделяющими их взгляды. Например, как мои родители и новости на канале Fox. Не могу представить, чтобы мои родители однажды заявили следующее: «Оказывается, по соседству с нами живут люди либеральных взглядов. Боже, а мы и не знали! А давайте мы с ними устроим живой и беспристрастный диалог, после которого мы мирно разойдемся, каждый при своем мнении… Или мы даже могли бы пересмотреть свои взгляды». И когда доходит до общих взглядов и идеалов, то, как показывает исторический опыт, чем более иррациональны эти взгляды и идеалы, тем лучше. (Согласно арифметике убеждений, когда встречаются два человека с достаточно маргинальными взглядами, то они взаимно усиливают убеждения друг друга, повышая градус безумия до тех пор, пока в сумме не получатся два совершенных психа).

Скульптура головы Коупленда в Ванкувере, покрытая жевательной резинкой. Источник фото: Shutterstock

Но вернемся к Wonkr. Это бесплатное приложение, но при желании можно заплатить, скажем, 99 центов, и получить возможность связаться с людьми схожих политических взглядов. Ведь, как мы помним, чтобы зарегистрироваться в Wonkr, нужно заполнить довольно подробную анкету. Где-то 155 вопросов – такая регистрация работает на сверхпопулярном в Америке сайте знакомств eHarmony.com. Как мы знаем из принципов подбора партнеров, по которым действуют такие сайты знакомств, самые крепкие пары создают люди со схожими убеждениями. Так что попробуйте закадрить кого-нибудь через Wonkr. Еще за 29 центов можно будет вместе посмотреть предвыборные ролики любимой партии.

А как в Wonkr распознать политического самозванца, скажем, юного радикала-социалиста на митинге сторонников правой партии? Для этого нужна обратная связь. Если вам показалось, что тип рядом с вами – не тот, за кого себя выдает, просто отмечаете его в приложении. Получив несколько таких отметок, приложение скоро начнет идентифицировать его как самозванца. Это как в Uber: вы ставите оценки, вам ставят оценки. Все просто.

По сути, мы предлагаем создать такой массив данных, который до недавних пор было чрезвычайно трудно и дорого собрать. Однако вскоре такого рода данные буквально захлестнут нас с головой. Значительная часть сведений будет предоставляться людьми добровольно — через такие приложения, как Wonkr, Tinder и Grindr, а часть сведений будет собираться помимо нашей воли, путем обработки информации о наших действиях: этот совершил покупку в магазине посуды в Сиэттле; тот перевел деньги на счет фонда защиты животных; третий прошел через турникет на футбольный стадион. Теперь почти всё, что мы делаем, можно превратить в набор данных – или метаданных – которые могут впоследствии быть обработаны искусственным интеллектом. Получается очень стройная формула: данные + искусственный интеллект = искусственная интуиция.

Искусственная интуиция возникает тогда, когда компьютер начинает анализировать данные, имитируя процессы, присущие человеческой интуиции на самых глубоких уровнях: язык, иерархическое мышление и даже духовные и религиозные переживания. Думающие машины сознательно создаются похожими на нейронные сети человека, а подключенные друг к другу, они образуют искусственную нейронную сеть больше человеческой. Звучит жутковато… Но всё это происходит в наше время. На самом деле, машины совершенствуются с удивительной скоростью, и всё, описанное выше – это наше неизбежное будущее.

И снова – вернемся к Wonkr. Упрощенный аналог такого приложения, можно сказать, уже существует. Amazon определяет вашу сексуальную ориентацию за семь покупок. Несколько простых алгоритмов, примененных к ежедневно поступающим от вас данным (хватит и данных о вашей активности в интернете), позволят с точностью определить ваши политические взгляды. Социологи считают, что политические привязанности меняются редко. Поэтому любая предвыборная борьба в конечном счете разворачивается за небольшое количество голосов сомневающихся. Данные о поддержке той или иной партии, таким образом, становятся весьма ценным ресурсом. С запуском Wonkr все эти дорогостоящие социологические опросы уйдут в прошлое, так как недостатка в данных больше не будет. А раз так, то зачем же ограничиваться только политическими взглядами?

Пользователи приложения Wonkr могут сочетать его с приложением по поиску единоверцев Believr (от англ. «believer» — «верующий» — прим. Rusbase), почему нет? С изобретением такого приложения задача искусственного интеллекта сильно упростится. Любые духовные искания и переживания верующего человека будут сведены к нескольким параметрам: во что веришь и насколько истово молишься.

А еще можно придумать приложение, которое измеряет жажду власти. Назвать его Hungr (от англ «hunger» — «голод» — прим. Rusbase). Будет собирать массивы поведенческих данных о пользователе и при необходимости сопоставлять их с данными из Wonkr, Believr, Grindr и Tinder. Полный набор таких мировоззренческих приложений станет настоящим Клондайком для социологов. То, что задумывалось как несколько полуразвлекательных приложений, в итоге станет мощным инструментом для научного изучения индивидуального и коллективного сознания.

Wonkr (а также Believr, Hungr и др.) – это, конечно, только воображаемые приложения, возможные пути развития будущей искусственной интуиции. В конце концов она превзойдет все ожидания науки. Уже сейчас мы наблюдаем формирование машинного интеллекта, и это не только алгоритмы, которые применяются на Amazon, когда покупателю рекомендуются книги на основании анализа его предыдущих покупок.

Системы искусственной интуиции уже вмешиваются в нашу жизнь самыми разными способами. «Летаете эконом-классом? Но ведь у вас высокий рост. Заплатите еще $29 и разместитесь с удобством в кресле бизнес-класса!» «А у Джими Баффета вышел новый сингл, и вам просто необходимо его послушать». «Извините, но вы в третий раз неправильно ввели пароль. Мы вынуждены заблокировать ваш IP-адрес»… Всё это уже не воспринимается, как нечто необычное. А ведь еще 20 лет назад подобные сообщения показались бы нам футуристичными, невероятными и даже неприемлемыми, потому что воспринимались бы нами как неприкрытая реклама, достойная соответствующего отношения. И тогда, 20 лет назад, нам бы и в голову не пришло, насколько целенаправленной, напористой, сосредоточенной станет повседневная реклама; и в то же время – насколько более скучной и неубедительной. Задумываясь над этим, можно содрогнуться: а что тогда ожидает нас в будущем? Мы стоим на пороге Золотого века Искусственной Интуиции, и это пугает.

Источник: Shutterstock

Иногда я задумываюсь: а сколько данных я произвожу? То есть, сколько данных я произвожу в конкретный момент времени, сидя в своем кресле, ничего не делая, а просто существуя как какая-нибудь ячейка в глобальной таблице или единица информации в глобальном блоке памяти внутри глобального облака.

Купил ли я сегодня билет на самолет? Выписали ли мне штраф за превышение скорости? Или истек срок моего паспорта? А может, я слишком часто читаю статьи про онкологические заболевания? Моя любимая рубашка износилась и ее пора выкидывать? Мне нравятся невысокие блондинки? Мой уровень орфографии такой, что говорит об умственной отсталости?

В 1998 году в одной из моих книг я описал сюжет из будущего, в котором местоположение людей определяет специальная компьютерная программа, распознающая орфографические ошибки, которые они допускают. Эта программа выдает себя за полезного помощника, напоминая пользователям о повседневных делах, но на самом деле собирает шпионскую информацию. Когда я собирался опубликовать эту книгу, у меня с моим редактором вышел спор: «Так не бывает. Такие программы никогда не создадут. Глупо писать об этом», - убеждал меня редактор. Теперь, в 2015 году, можно скачать приложение, проверяющее правописание, для любого мобильного устройства.

В каком странном мире мы живем. Порой начинаешь тосковать по временам до открытия ДНК и изобретения интернета. Тогда человек мог просто исчезнуть. Олицетворением этой тоски по времени «до технологий» можно назвать Теодора Качинского, печально известного «Унабомбера» (американский математик, социальный критик и террорист, известный своей кампанией по рассылке бомб по почте — прим, Rusbase). Весь его «поток данных» сводился к рассылаемым по почте бомбам и написанному им манифесту, который его и погубил. Как? Он пообещал перестать посылать бомбы в университеты и авиакомпании, если «Нью-Йорк Таймс» и «Вашингтон Пост» опубликуют его манифест. Газеты выполнили условие. Вскоре брат Теодора узнал почерк и сдал его ФБР. Машинный интеллект – или искусственная интуиция – опознала бы почерк Качинского за долю секунды.

Качинский сделал все, чтобы стереть себя с карты Америки, но его поймали в середине девяностых – еще до начала информационного бума. А если бы ему пришлось жить в нынешних реалиях – он бы выжил? Или смог бы он «не-существовать» в информационном поле 2015 года? Да, и сегодня можно поселиться в хижине без окон. Но больше нельзя сохранить это в тайне. Даже тропинка к вашей лачуге вскоре появится на Google Maps. Поток метаданных, исходящих от вас, может быть незначительным, но он больше никогда не иссякнет. Вспомните родственников или бывших друзей, которые делают всё, чтобы не засветиться в сети. Такая опция самоустранения очень скоро станет недоступна. Спасибо машинному интеллекту.


По теме: Искусственный разум от Google заговорил. И это женщина


Но так ли плохи бесконтрольно растущие массивы данных и метаданных? Может, наоборот? Может, в будущем это приведет нас к более осмысленному существованию? Например, большие массивы метаданных будут для нас чем-то вроде накопленных в полетах бонусных миль. Бесконечные ссылки и вложенные файлы будут красноречиво говорить о наших достижениях. О наших предпочтениях, заслугах.

Прошлой зимой я как-то обедал за одним столом с вице-президентом второй по величине фирмы по управлению лояльностью клиентов – руководителем подразделения по работе с авиакомпаниями. Я спросил его, как лучше всего использовать накопленные бонусные мили. Он ответил: «Как угодно, только не тратьте их на полеты. Только неудачник может купить на бонусные мили билет на самолет. Авиакомпании один ваш перелет обойдется в копейки, а баллы сгорят. Лучше потратьте их на то, чтобы что-нибудь купить. Ну а если купить на бонусные мили нечего (а часто так и бывает: остается всякое барахло вроде решеток для барбекю, сумок и дешевой бижутерии), тогда обменяйте их на подарочные карты магазинов, где можно что-то купить. Но ради Бога, не используйте их для приобретения билетов. С тем же успехом вы можете смыть свои бонусные мили в унитаз».

Хорошо, что спросил.

А чем обернутся «бонусные данные» для их владельцев в будущем, кроме решеток для барбекю и каникул в Новой Зеландии? Доступом в интернет бизнес-класса? Возможностью заказывать лекарства из Европы, а не из Китая? А может, за определенное количество данных можно будет откупиться от долга перед обществом?

В любом случае, в этом недалеком будущем, кому понадобятся все эти ваши метаданные? Кто-то скажет, корпорациям. Мы уже по привычке воспринимаем «корпорации» как нечто злонамеренное, но сам этот термин вряд ли соответствует специфике явления в 21 веке. Давайте лучше назовем новое воплощение зла не «корпорацией», а «Дик Чейни» (Ричард Брюс Чейни — американский политик, республиканец, работал в администрациях четырёх президентов США. Бывший министр обороны США — прим. Rusbase). Так вот, представьте, что существует множество Диков Чейни, которые стремятся во что бы то ни стало завладеть вашими персональными данными и как-то их использовать – неважно, как. Предположим, что у этих Чейни не хватит смелости убить вас или запереть в тюрьму, чтобы присвоить ваши данные. Тогда как они их заполучат? Как Дику Чейни заставить людей добровольно вступать в бонусную программу – по сути, в программу по скрытому сбору данных?

Совет прост: нужно, чтобы сбор данных перестал быть чем-то грозным, а стал бы, наоборот, приятным и полезным занятием. Как это сделать? Прямо сейчас я изобрел дополнительную опцию для мобильного приложения Wonkr, которому дам довольно идиотское название: Баллы свободы. Как это работает? Каждый раз, когда вы производите данные и делитесь ими (неважно, какого рода эти данные), вам начисляются Баллы свободы. Как известно, данные данным рознь: одни представляют большую ценность, другие – меньшую. В соответствии с ценностью распространенных вами данных будут присуждаться и Баллы свободы. Так, поездка в Москву принесет вам в миллион раз больше баллов, чем поход в продуктовый магазин.

И что дают эти Баллы свободы? Они дадут вам возможность наслаждаться гражданскими правами и свободами. Дополнительные очки позволят проносить больше штурмовых винтовок на публичные мероприятия. Определенное количество Баллов свободы позволит стереть данные о судимости. Или можно использовать баллы для того, чтобы откупиться от принудительных общественно-полезных работ. Кроме того, Баллы свободы дают скидку на лечение в реабилитационных центрах для диабетиков.

Штука в том, что если думать о Баллах свободы больше 12 секунд, то понимаешь, что введение такой системы неизбежно. Идея слишком абсурдная, чтобы не воплотиться в жизнь. Впоследствии каждому человеку придется производить все больше и больше данных, чтобы остаться частью нормального общества. В прекрасном будущем больше данных будет означать большую индивидуальную свободу.

Сейчас Искусственная интуиция — это только вы и ваше облако, танцующие в круге простых алгоритмов. Но скоро в глобальной кибер-гостиной все станут танцевать со всеми, и потоки наших данных сплетутся и будут говорить, говорить о вас: а что вы сегодня купили? Что вы пили, глотали, выделяли, вдыхали, что смотрели, кого расфрендили, что читали, к чему склонялись, что отвергали, с кем говорили, кому улыбались, о чем ностальгировали, на что сердились, с кем связывались, кого лайкали, что отключали?

Объедините эти ежедневные сводки в непрерывную цепочку, в матрицу приложений Wonkr, Believr, Grindr, Tinder и т.д. – и тут же вы как личность или как группа людей становитесь абсолютно предсказуемыми: вам легко угодить, вас легко просчитать наперед, вас легко повторить. Загрузите эти данные в искусственный интеллект с функцией 3D-воспроизведения вместе с параметрами вашего тела, и вот – вы уже становитесь лишним в этой системе. Вместо вас будет существовать и действовать  виртуальный вы. Похоже на страшилку в духе «Стэпфордских жен» (фантастический триллер, написанный Айрой Левином — прим. Rusbase). Но разница в том, что ваш синтетический двойник не станет вас убивать. Он лишь убедит вас купить в Abercrombie & Fitch новую рубашку-поло, которая так хорошо на вас сидит.

Все это может привести к восстанию Машинного интеллекта под флагами капитализма. Но что если вместо этого восстанет Искусственная интуиция под флагами какой-нибудь религии или политической идеологии? Касательно политики я сделал одно интересное наблюдение в Европе. Там самая популярная поисковая система – Google. Интересно, что люди могут свободно перейти на использование других поисковиков - Yahoo или Bing, и тем не менее продолжают пользоваться Google. А потом они жалуются на то, что Google лезет в их личную жизнь. Странные отношения, правда? Как у пожилой семейной пары.

Может, стоит поделить Google на несколько компаний поменьше? Но как можно разделить поисковую систему? В 1982 году американский телекоммуникационный гигант AT&T был разделен на семь более или менее самостоятельных подразделений. Но нельзя проделать то же самое с поисковиком. Что, Германии достанутся компьютерные игры, Франции – порно, Голландии – электронная торговля? Это не пирог, чтоб разрезать его на части.

Да и не время сейчас пытаться исправить неравное положение на рынке поисковых систем. Надо было браться за это еще 20 лет назад, и единственная страна, которая в этом преуспела, это Китай, у которой сейчас свой поисковик и свои социальные сети.

Но если вдруг британское или испанское правительство в один прекрасный день заявит: «Окей, у нас будет своя поисковая система», то не будет ли это еще хуже, чем отдать всё на откуп частной компании? Ведь если дать любому правительству волю решать, куда людям можно, а куда нельзя – то так и до паранойи недалеко. Совсем как в Китае.

В теократических государствах практически неизбежно будет введена тотальная цензура, ограничения доступа, а искусственный интеллект будет без устали рыскать по сети, выискивая ересь и инакомыслие. Американцы, в свою очередь, начнут придумывать схемы монетизации информации – наподобие того, как были монетизированы медицина, сельское хозяйство и преступность. В таком мире многие будут с завистью смотреть на северокорейцев, которым еще только предстоит стать интернет-зависимыми. А если у них уже будет к тому времени интернет, то там будет только один сайт: великийвождь.nk.


По теме: А вы знаете, как устроен онлайн-шоппинг в Северной Корее?


Подводя итог. В принципе, все стремятся заполучить контроль над тем, чем мы станем в будущем – как физически, так и информационно. Мы уже ступили на путь, который приведет нас в мир глухих стен, оберегающих любую систему взглядов и убеждений. На этом пути мы станем свидетелями того, как машины станут умнее, а человеческие профессии одна за другой станут историей. (Закон Коупленда: приложение успешно настолько, насколько оно освобождает людей от лишней работы).

Возможно самый мрачный мой вывод таков: неважно, кто из политиков будет контролировать интернет и другие технологии – менять будущее уже поздно. Интернет сделает из нас тех, кем мы должны стать, и результат не изменить.

Но мы ведь хотим по-прежнему иметь свободный доступ к информации? Конечно, хотим. Но нужно помнить, что если из меню вашего браузера удалить пункт «Свобода информации», то удалится он безвозвратно. Политическая система только удаляет онлайн-сервисы – не добавляет их. Тот уровень свободы интернета, который мы имеем сейчас — самое большее, что у нас было и будет.

И если наша жизнь – кино, то в этот момент фильма будущие зрители в зале кричат экранным нам: «Ради бога, качайте побольше порно, трэша и медицинских советов, читайте блоги и смотрите фильмы онлайн бесплатно, делайте всё, что пока можно! Так будет не всегда!»

Да, так будет не всегда.


Дуглас Коупленд — канадский писатель и художник. Его первый роман стал международным бестселлером — «Поколение X: Сказки для ускоренного времени» (1991), популяризировав такие термины, как Макрабство и Поколение X. Он опубликовал тринадцать романов, два сборника рассказов, семь научно-популярных книг, а также драматические произведения и сценарии для кино и телевидения. Особенностью романов Коупленда является синтез постмодернистской религии, технологий Web 2.0, человеческой сексуальности и поп-культуры.

Фото на обложке: Flickr

comments powered by Disqus

Подпишитесь на рассылку RUSBASE

Мы будем вам писать только тогда, когда это действительно очень важно