Вероника Елкина

Невероятная история «убийцы Facebook»

Создателям социальной сети Ello произошедшее казалось настоящим воплощением мечты: приток новых пользователей, внезапная массовая реклама в СМИ и $11 миллионов финансирования. А затем наступила суровая реальность.


В марте 2014 года Пол Будниц (предприниматель, известный своей компанией по производству авторских игрушек Kidrobot) и дизайнеры Тодд Бергер и Люциан Фёр тихонько запустили сторонний проект под названием Ello. Это была социальная сеть для группы творческих друзей.

С самого начала Ello была альтернативой культуре больших данных.

«Мы считаем, что с помощью социальной сети можно расширить права людей, — гласил манифест Ello. — Она не должна быть средством для обмана, принуждения и управления. Вы — не продукт».

Социальная сеть Ello обещала своим пользователям, что никогда не станет продавать данные о них или показывать какую-либо рекламу.

«Это было классное и интересное решение, — считает Бергер. — Мы начали продумывать идею альтернативной социальной сети для творческих людей, потому что именно ими мы и являлись и знали, что нам нужно».

Осенью 2014 года Ello стала знаменитой. Целый месяц социальная сеть была в центре внимания СМИ, и в нее стекалось множество пользователей из Facebook. Все было, как в легенде о Давиде и Голиафе: маленькая социальная сеть, основанная художниками из Вермонта и Колорадо, всерьез угрожала титану из Менло-Парка. Такой поворот истории был настолько силен, что ошеломил даже создателей Ello.

ello

Фото: Ello

Но на самом деле Ello никогда не задумывалась как «убийца Facebook». Кроме того, все мы знаем, что такие внезапно взлетевшие проекты чаще всего ждет провал. Каждому создателю, чей проект обрел популярность, приходится сталкиваться с одной дилеммой: продолжать придерживаться изначальной миссии компании или ухватиться за ключевой момент и делать то, что, казалось бы, говорит тебе весь мир? И если ты пойдешь за толпой, то стоит ли оно тех потерь, что тебя могут ждать?

Для Ello такой решающий момент наступил осенью 2014 года, когда одна дрэг-квин включила компьютер и обнаружила проблему.

10 сентября 2014 года Сестра Рома зашла в Facebook. Сестра Рома — это псевдоним, под которым выступает актер травести-шоу из Сан-Франциско. Рома неоднократно слышала слухи о том, что Facebook блокирует аккаунты дрэг-квин по всей стране и решила убедиться в этом лично. При попытке войти в систему, появилось сообщение с просьбой ввести свое настоящее имя. Рома его ввела. После этого она увидела свою страничку в Facebook, где была ее фотография с макияжем и перьями в голове. Но над фотографией теперь стояло ее имя по паспорту — Майкл Уильямс.

«Я сказала себе: о, нет-нет-нет, это нехорошо», — вспоминает Рома.

Для Ромы такая смена имени вызывала путаницу. Она не скрывает свое настоящее имя, но и не пользуется им. Людям, скрывающимся под псевдонимами — жертвам домашнего насилия, журналистам, работающим в строгом политическом режиме, активистам, транссексуалам и прочим, — довольно опасно раскрывать свое настоящее имя в социальных сетях. Политика «настоящего имени» ограничивает права людей. По словам социолога Даны Бойд, она насильно утверждает власть над незащищенными гражданами.

Рома продолжала смотреть в монитор. Ее начала охватывать ярость.

«Я подумала, да как вообще Facebook смеет говорить мне, что Сестра Рома — ненастоящая?», — вспоминает она.

И тогда Рома решила выразить протест в Twitter.

roma

«Дорогой, @facebook, то что вы заставляете драг-квин и людей с размытыми гендерными рамками указывать свои настоящие имена это настоящая дискриминация»

Хэштег #MyNameIsRoma подхватили активисты залива Сан-Франциско и пресса. Фотография Ромы появилась в газете San Francisco Chronicle. Ей начали звонить продюсеры каналов CNN и BBC. Ведущая Эллен Деженерис записала специальное шуточное извинение представителей Facebook перед всем дрэг-квин, которое было показано в рамках ее шоу. Своим сообщением в твиттере Сестра Рома положила начало целому движению. И тут возник вопрос: если Facebook будет требовать, чтобы представители ЛГБТ-сообщества указывали только свои настоящие имена, то захотят ли они дальше пользоваться этой социальной сетью? И тут Ello с гостеприимством распахнула свои двери.

Когда началось движение #MyNameIs, Будниц опубликовал в своем блоге на Ello запись, в которой объяснил, зачем Facebook требует указывать настоящие имена. По его мнению, Facebook делает это затем, чтобы ей было легче продавать данные о пользователях.

«Но в Ello вам никогда не нужно будет вводить настоящее имя. И ничто не будет отслеживать данные о вас», — написал Будниц.

До сообщения Будница Ello была маленькой закрытой социальной сетью, где было зарегистрировано всего 30 тысяч пользователей. Но тут в ней стали регистрироваться десятки тысяч пользователь — более 50 тысяч человек в час. В какой-то момент сайт упал от такого количества запросов. Когда он наконец-то поднялся и снова начал принимать заявки на регистрации, об это даже написала пресса. Хоть Бергер (сейчас он является генеральным директором Ello) не знает точного количества новых пользователей, он предполагает, что тогда их стало около трех миллионов.

roma

Фото:  Гарет Гуч

Все были удивлены таким успехом, включая самих основателей социальных сетей. Люди начали задумываться — слова Будница, несомненно, впечатлили общество. Неужели Ello действительно может стать «убийцей Facebook», как ее называли некоторые издания?

Но на самом деле основатели Ello были не готовы к ее звездному часу.

«Социальная сеть даже была не на стадии бета-тестирования, — рассказал директор по маркетингу Марк Гелбанд. — У нас было готово только 10% серверной архитектуры, которая была предназначена для беты».

В это время Бергер еще работал в студии дизайна.

«Мои клиенты жаловались: где, черт возьми, вас всех носит? Что там с нашим проектом?», — вспоминает он.

Со временем он и его партнер решили закрыть студию и полностью переключиться на работу над Ello.

«Целых две недели я только и делал, что давал интервью, — сказал Бергер. — Уверен, мы запороли большинство из них».

Маленькая команда разработчиков не справлялась с ростом сайта, и вскоре это начали замечать пользователи. В Ello было много ошибок и не хватало базовых функций, например, настроек конфиденциальности или возможности заблокировать какого-нибудь пользователя — а ведь эти функции были крайне необходимы обществу, которое пришло сюда в поисках убежища.

«Люди начали загружать в нашу социальную сеть порно, — рассказывает художница Креатрикс Тиара, которая восстановила свой аккаунт в Ello во время всего этого ажиотажа. — Не было никакой модерации. Все это выглядело настораживающе».

По ее словам, Ello выглядела «наполовину сырой».

ello

Фото: Пол Будниц

Разработчики социальной сети этого не отрицали. Они были в восторге от поддержки, которую получил их сайт, но вскоре поняли, что отклоняются от изначальной цели. Бергер и Будниц создали эту социальную сеть для художников и творческих людей, вроде самих себя, а не для того, чтобы привлечь аудиторию Facebook.

«Моя тетя Руфь не будет сидеть на Ello, — сказал Гелбанд. — Да, она получит свой Facebook, но не станет беседовать о современном искусстве и субкультурах».

Создатели Ello должны были принять важное решение, которое звучало так: стоит ли нам поддаться всей этой медийной шумихе и заработать денег? Они решили все-таки поддаться. Будниц продолжил давать интервью и стал часто писать в блоге на Ello. Когда группа активистов организовала протест возле офиса Facebook в Менло-Парк, Ello предоставила ей специальные автобусы. Деньги пришли очень быстро. Спустя несколько недель после сообщения Сестры Ромы в твиттере, Ello привлекла $5,5 миллиона. Полгода спустя она заработала еще $5 миллионов. Довольно неплохой результат для бизнеса, который запускался с бюджетом в $30000.

Но примерно в это же время команда разработчиков почувствовала, что заключила невыгодную сделку.

«Нас было только семеро — четверо инженеров, генеральный директор и два дизайнера, — рассказал Бергер. — Все кругом говорили: "Facebook, Facebook, Facebook". Но наша команда была меньше мельчайшего отдела самой маленькой команды в Facebook».

Когда Сестру Рому спросили, помнит ли она о такой вещи, как Ello, она ответила не сразу.

«По-моему, они выделили нам автобусы для протеста, — сказала она и замялась. — Да, точно, они предоставили транспорт».

Из воспоминаний об Ello у Ромы осталось только чувство сопереживания. По ее мнению, эта социальная сеть надеялась на «великий исход» из Facebook, чего, как ей кажется, никогда не случится. Отчасти именно в том, что подтолкнуло Рому к протесту и заключается важность Facebook.

«В этой сети мы остаемся на связи с близкими, храним наши воспоминания и знакомимся с новыми людьми, — сказала Рома. — Я и не собиралась из нее уходить».

Через несколько месяцев после протеста Рома вместе с активистами ЛГБТ-общества встретилась с представителями Facebook. Через два года спустя после этой встречи в Facebook произошли кое-какие изменения. Несмотря на то что пользователи по-прежнему могут пожаловаться на «фейковое» имя, эта функция теперь находится в самом низу соответствующего меню. Кроме того, пользователь может указать причину выбора ненастоящего имени, например, что он находится в программе защиты свидетелей, трансгендер, использует сценическое имя или скрывается от недоброжелателей. Facebook создала специальную небольшую команду для рассмотрения жалоб на «фейковые» имена.

ello

Фото: Facebook

Да, система не идеальна, но, тем не менее, она работает. Взгляните на некоторых участников движения #MyNameIs, например, на журналистку из Гондураса, которая беспокоилась о своей безопасности, на художницу которая скрывалась от троллей или на саму Сестру Рому. Никто из них не ушел из Facebook. А что насчет всех этих пользователей Facebook, которые бросились в Ello? Большинство из них не осталось в этой социальной сети. Бергер отказывается сообщать текущее количество активных пользователей Ello, но оно, конечно же, невероятно мало по сравнению с числом пользователей Facebook.

Сейчас Ello больше соответствует изначальной задумке Бергера, Будница и их команды. Эта «социальная сеть для творческих людей» предназначена для художников, мастеров, писателей и дизайнеров — людей из мира творчества, которым нужно место для показа и обсуждения своих работ. С самого начала Бергер видел Ello именно так, но мнения основателей разделились.

«Пол считал эту идею слишком ограниченной, а уж инвесторы тем более», — рассказал Бергер.

Поскольку сейчас мастера задают дух времени, такую идею стало легче продать. В марте прошлого года издание Wired опубликовало профили некоторых художников, которые обитают в этой социальной сети. Бизнес-модель проекта начала постепенно развиваться. Ello показывает спонсируемый контент, но только если он от подходящего бренда и если спонсор проводит конкурс для сообщества. В дальнейшем разработчики хотят превратить Ello в многофункциональную площадку для творческих людей. Они работают над созданием встроенной торговой площадки, а также надеются сделать сайт с вакансиями и проводить тематические мероприятия. Но Ello по-прежнему не размещает рекламу и не продает компаниям данные о пользователях.

Может ли такая социальная сеть действительно заменить Facebook? Бергер так не думает. Facebook легко исправил оплошность, из-за которой Ello обрела популярность.

«Вряд ли кто-то сможет создать сейчас такой продукт, — считает Бергер. — Для этого понадобятся сотни миллионов долларов».

Ну, и, конечно, нужно будет продавать данные.

Компании тратят годы на то, чтобы добиться расположения прессы, а Ello завоевала его практически сразу. Теперь, когда все шумиха поутихла, социальная сеть находится в том же положении, что и большинство двухлетних стартапов: по-прежнему пытается найти точку опоры.

«Какое-то время мы шли на поводу [у движения против Facebook], — сказал Бергер. — Нам пришлось это сделать, чтобы занять хоть какое-то место. Мы следовали этому движению и старались следить за ним по мере наших возможностей. В итоге оно привело нас к тому месту, где мы и должны находиться».

Но это событие не помешало развитию Ello, наоборот, оно определило, на кого стоит ориентироваться. Многие до сих пор больше думают об Ello как о неудачном «убийце Facebook», чем о маленьком стартапе, который пытается расти.

Гелбанд и Бергер хотят вернуть тот момент славы, чтобы на сей раз не поддаться общему движению. Но в этом и есть вся суть мимолетной славы: ты не можешь выбрать время, когда она тебя настигнет и почему.  

«Это был творческий проект, который обрел славу, и мы слегка потеряли над ним контроль», — сказал Бергер.

Источник.


Материалы по теме:


comments powered by Disqus

Подпишитесь на рассылку RUSBASE

Мы будем вам писать только тогда, когда это действительно очень важно