Кристина Манжула

Утечка инвестиций за рубеж — будут ли вкладывать в российские стартапы?


На фоне шаткой политической и экономической ситуации мы видим, что венчурные фонды все охотнее вкладывают в зарубежные стартапы, нежели в отечественные, а некоторые и вовсе серьезные игроки покидают российский рынок.

В начале декабря Константин Синюшин назвал в Facebook эту тенденцию «новой волной венчурного патриотизма», отметив, что «русские инвестиционные фонды начали массовый сброс своих российских активов местным стратегам, высвобождая еще больше средств для вложений в иностранные проекты».

«Оракул RUSBASE» прогнозировал в текущем году, что кризис подвигнет большинство игроков рынка фиксировать свои убытки или прибыль путем быстрого выхода из стартапов и в целом сокращение венчурных фондов в стране.

Впрочем, о том, что в целом российский венчур ждет утечка инвестиций за рубеж, сейчас говорят многие. Несмотря на то что российские фонды вовсе не вчера начали инвестировать на Запад, есть опасения, что отечественные стартапы останутся без венчурного финансирования.

Но как известно, в сложной ситуации всегда есть те, кто паникует и видит самый страшный ее исход. Мы решили собрать мнения игроков рынка: насколько отчетливо тенденция «утечки инвестиций» будет проявляться и настолько ли это плохо, как всем кажется. А также спросили у представителей фондов, не собираются ли они уходить с российского рынка и что делать в текущей ситуации стартапам.

Все эксперты согласились, что такая тенденция очевидна — чтобы убедиться, достаточно открыть отраслевые новости. Мало того что среди известий о венчурных сделках набираются единицы об инвестициях в отечественные стартапы — некоторые сильные игроки либо официально объявляют, что прекращают активность на российского рынке, либо уходят с него физически, то есть перевозят офисы и команды за границу.

Так, в начале февраля фонд Life.Sreda VC объявил, что собирается продать большую часть российских проектов, перестанет временно инвестировать в России и сосредоточится на зарубежных проектах, в частности, на рынке Азии. В начале февраля фонд объявил о первой сделке в Азии — приобретении южно-азиатского mPOS-игрока iboxPro.

Игорь Песин

инвестиционный директор Life.SREDA VC

Фонд Life.SREDA, несмотря на штаб-квартиру в Москве, изначально создавался как международный фонд и был сфокусирован на инвестициях в зарубежные  финансовые стартапы. Нас всегда интересовали американские и европейские проекты, но в конце прошлого года мы приняли решение сконцентрироваться на инвестициях в проекты Азиатского региона, наиболее перспективного и быстрорастущего. 

Если говорить о физическом присутствии, то штаб-квартира фонда, скорее всего, тоже будет перенесена в Азию. Связано это со спецификой ведения бизнеса в данном регионе, при которой физическое присутствие фонда в Сингапуре или Гонконге оказывает сильное влияние на доступ к сделкам и потенциальным партнерствам. При этом это никак не помешает нам при необходимости инвестировать в те российские проекты, которые покажутся интересными. 

Также недавно стало известно, что инвестиционная компания IMI.VC Игоря Мацанюка вместе с некоторыми своими портфельными проектами окончательно перебирается в Литву.

Flint Capital перенес главный офис в Барселону и планирует закрыть в конце года московский. Тем не менее фонд не отрекается от российского рынка и будет смотреть команды в РФ, нацеленные на глобальный рынок.


Причина не в кризисе


Все единогласно говорят о том, что кризис — это далеко не основная причина этой тенденции, а лишь катализатор проблем, которые складываются в российском венчуре годами.

Олег Сейдак

партнер венчурного фонда Flint Capital

Даже такие исконно российские игроки, как венчурный фонд Сбербанка все больше интересуются иностранными проектами. Не говоря уже о небольших частных фондах, таких как Flint Capital, Life.Sreda VC, TMT Investments, AltaIR и пр. Но мы бы не ставили на первое место среди причин этой тенденции текущий экономический спад, который стал заметен лишь несколько месяцев назад. В целом у российской отрасли венчурных инвестиций за последние 4 года сформировался набор критических проблем, которые сами по себе привели бы к снижению активности на домашнем рынке.

Среди этих проблем Олег Сейдак в первую очередь называет отсутствие устойчивого интереса среди международных и российских стратегических покупателей к приобретению компаний, работающих на российском рынке. По словам инвестора, большинство российских проектов имеет нерешенные, в первую очередь ментальные, трудности при выходе на международные рынки. Это приводит к рудиментарному характеру рынка выходов для инвестиций в российские высокотехнологичные компании. Отсутствие системного рынка выходов не позволяет фиксировать прибыль на капитал, вложенный в такие проекты и, следовательно, лишает процесс инвестирования главного экономического смысла.

Олег Сейдак

партнер венчурного фонда Flint Capital

Таким образом, первопричиной сложившейся ситуации мы считаем недостаток ликвидности и интереса возможных покупателей, обеспечивающих выход из инвестиции путем продажи проекта стратегу или структурированному рынку, например через листинг на ликвидной бирже.

По теме: Корпораты vs Венчур — почему прохудилась труба венчура? 

Эту же причину называет Михаил Лобанов, партнер Target Ventures. Он отмечает, что фонд изначально сделал свой выбор в пользу большей концентрации усилий на западных рынках до наступления экономического кризиса в России. В 2014 году из 7 сделок фонда — 2 сделаны в России, а 5 — в Европе. 

Михаил Лобанов

партнер Target Ventures

Для нас это осознанное решение, которое является не способом пережить кризис, а движением в рамках реализации наших долгосрочных планов. Что касается причин тенденции в целом — кризис явился лишь ее катализатором. Причины точно лежат глубже. По моему мнению, это практически полное отсутствие выходов на российском рынке. Ведь чтобы заработать, фондам необходимо продать портфельные компании и вернуть деньги инвесторам. Если вернуть их сложно, то непонятно зачем их вкладывать. Знаете чем венчурный инвестор отличается от обычного человека? Он входит в дверь спиной вперед. Почему? Чтобы видеть выход.

Target Ventures пришел в венчур с фондового рынка. Михаил Лобанов отмечает, что в 2009 году этот рынок достаточно быстро вернулся на позиции, оставленные годом ранее. В венчуре процесс будет происходить дольше, но, как отмечает инвестор, «с самого низа все пути наверх». Он считает, что на российском рынке просто останутся наиболее профессиональные игроки, которые будут предоставлять инвестиции наиболее перспективным и профессиональным командам. Уходить с российского рынка фонд не собирается.

По теме: Выходы российских венчурных фондов 2014

Runa Capital, который стал самым активным по выходам в прошлом году, продав 4 стартапа, также изначально строился, как глобальный фонд. Как отмечает управляющий партнер фонда Дмитрий Чихачев, инвестиционная стратегия второго фонда Runa Capital, который был запущен летом 2014 года, продолжает текущую. Около 60% инвестиций первого фонда Runa было сделано в России. Во втором фонде доля зарубежных проектов вырастет до половины или даже до 60%. Географический фокус фонда останется глобальным, но приоритет будет отдаваться регионам Центральной, Восточной и Западной Европы, а также Израилю.

Дмитрий Чихачев

управляющий партнер Runa Capital  

Многие венчурные фонды приняли решение инвестировать за рубежом еще до кризиса, это было следствием возникшего пузыря, когда, с одной стороны, количество денег на рынке выросло в 10 раз, а количество интересных проектов не выросло пропорционально, что привело к инфляции. Компании стали стоить дороже, как и кадры. Кто-то, вероятно, уходит из России, потому что у них здесь что-то не получилось.

Тем не менее, инвестор считает, что активность и конкурентоспособность на российском рынке все-таки возрастет.

Несмотря на то что большинство фондов давно инвестирует на Запад, как и проблемы российского венчура тянутся корнями вглубь, кризис все же существенно усугубляет эту ситуацию.

Герман Каплун

Сооснователь, директор по стратегическому развитию TMT Investments

Рынок в долларах стал меньше в два раза, экономика не растет. Соответственно, стартапы, которые ориентированы на создание бренда и продажи на российском рынке, неинтересны. Им придется не только строить новый бизнес с нуля, но и бороться с трендом.

Кризис сильно усугубил проблемы. Мы развивающийся рынок, со многими неизвестными. При инвестициях в российский рынок инвестор хочет вдвое большую доходность, чем на развитых рынках. Это плата за большие риски, за несовершенное законодательство, за меньшую предсказуемость действий законодателей и правительства, за общую нестабильность. А когда в России доходность меньше, чем в других странах — причин инвестировать нет. Всегда есть исключения — суперпрорывные технологии, продукты, нацеленные на зарубежную экспансию. Но исключения только подтверждают правила.

TMT Investments также не собирается менять свою стратегию. Приоритеты фонда — это рынки США (как самый развитый рынок), Израиль (10% от Nasdaq), Прибалтика, Россия, Белоруссия, Украина (как наиболее близкие нам). В России фонд остается инвестировать, но будет делать это более осторожно, пока ситуация не стабилизируется.

Фонд Prostor Capital работает по модели Media for Equity, предполагающей вложения в проекты в виде рекламного инвентаря в обмен на долю в бизнесе. Фонд сконцентрирован на российском рынке и не собирается менять стратегию, поскольку российский медийный инвентарь интересен тем, кто работает на местном рынке. Тем не менее, управляющий директор Prostor Capital, Алексей Соловьев, согласен с тем, что снижение инвестиционной активности в России неизбежно, но считает, что на это можно смотреть с неплохой стороны.

Алексей Соловьев

управляющий директор Prostor Capital

Тенденция есть, и появилась она не вчера — кризис только придал ей новое ускорение. Из-за скачка доллара рынок отбросило назад, стоимость рублевых активов упала, так как инвестировали, в основном, все в долларах, а капитализация портфеля в части чисто российских компаний исчисляется через рублевые выручку и прибыль. Все это убедило многих моих коллег по цеху, что диверсификация портфеля по страновому признаку — важный элемент снижения рисков. Это не значит, что чисто российских сделок сейчас не будет. Будут, однозначно. Просто изменятся правила игры, в которых инвестиции будут поднимать только те команды, которые не словом, а делом доказали, что они лучшие из лучших. Либо же те, у которых совершенно понятный международный потенциал.

Управляющий партнер фонда венчурного капитала Almaz Capital Partners Александр Галицкий также считает, что утечка инвестиций за рубеж — не такая уж и плохая практика. Об этом он говорил 18 февраля на бизнес-завтраке, организованном LaunchGurus. Он советует, вкладывая деньги в зарубежные фонды, «прикладывать» к ним учеников, чтобы они учились там, возвращались и развивали индустрию здесь. Кроме того, по словам инвестора, хороший сценарий развития: инвестировать в компанию за рубежом, привести на российский рынок и дать ей рост здесь. Он отмечает, что многие стартапы хорошо продают у себя в регионах, но по различным причинам не растут, приводя в пример американскую компанию Vyatta, долю в которой фонд продал международной корпорации Brocade, работающей в России и СНГ, в том числе.

Almaz Capital Partners в ближайшем будущем также не собирается изменять своей основной стратегии: фонд инвестирует в компании, которые могут выйти на мировой рынок, фокусируясь территориально на стартапах Силиконовой долины, стран Балтии и Восточной Европы.

Фонд Maxfield Capital также следует сходной стратегии и будет ее придерживаться. Фонд инвестирует в b2b-проекты с потенциалом выхода на международные рынки в трех географиях — Европа, США и Израиль. Кроме того, совсем недавно Maxfield Capital инвестировал в российскую компанию «Здравпринт».

Алексей Мельничек

аналитик Maxfield Capital

Турбулентность в экономике отражается в большой степени на проектах, ориентированных на локальный рынок. Таким компаниям получить инвестиции может быть сложнее, чем это было еще год назад. Для нас, в первую очередь, важна уникальность технологии, сильная команда, а уже потом география происхождения. Что касается ухода фондов из России, нужно понимать, что за рубежом к ним может быть скептическое отношение. Для выхода на международный рынок нужен сильный партнер, который уже зарекомендовал себя, как компетентный инвестор, у которого уже есть большой pipeline в регионе.


Что делать стартапам


Герман Каплун (TMT Investments): Запад или самоокупаемость

Если проект может быть развит за рубежом, то лучше идти в западные инкубаторы. И чем быстрее, тем лучше. Если проект ориентирован на российский рынок, надо думать про быстрый выход на окупаемость+ искать российского инвестора. В том числе среди ангелов, которые уже стали заметны на российском рынке.

Дмитрий Чихачев (Runa Capital): Ориентироваться на фонды с фокусом в России

Ориентироваться на те фонды, которые имеют опыт работы с российскими командами в прошлом. Если зарубежный фонд до сих пор ни разу не инвестировал в российские компании, вряд ли он будет делать это впредь.

По теме: Что делать стартапам в кризис: как меняются настроения инвесторов

Михаил Лобанов (Target Ventures): Трезво себя оценивать

Спуститься на землю. Мы не в Кремниевой долине. Кто бы что ни говорил, рейтинг России — BB+, Бразилии — BBB-, Тайланда — BBB+. Интересное сравнение, правда? Мы же думаем что это «развивающиеся страны»: чего с них взять? А они уже впереди нас. Поэтому не надо российским компаниям сравнивать себя с бенчмарками в Америке. Сравнивайте с Бразилией, с Тайландом — получите вашу реальную оценку. И поднимете деньги.

Алексей Соловьев (Prostor Capital): Мыслить глобально

Мыслить глобально, как в масштабах бизнеса внутри страны, так и в масштабах всего мира. Компании, которые замахиваются на огромные рынки и демонстрируют хороший трекшн, будут наиболее интересны инвесторам. Посмотрите сами: GetTaxi — огромный рынок такси, «Нетология» — огромный рынок репетиторства, «Эрудитор» (Profi.ru) — огромный рынок частных услуг и т.д. Если вы хотите быть venture backed бизнесом, то только такие масштабы позволят вам рассчитывать на благосклонность инвесторов. Это не отменяет мысли о том, что если у вас есть какие-то бизнес-идеи не такого масштаба, то от них нужно отказываться. Ни в коем случае. Нужно дерзать и пробовать, просто шансов получить внешнюю подпитку будет значительно меньше.

Игорь Песин, Life.Sreda VC

Чтобы в текущих реалиях привлечь внимание фондов, российским стартапам нужно думать о выходе на международные рынки - причем, уже в 2015 году. Они должны иметь глобальную стратегию развития. К примеру, LifePay еще в конце 2014 года принял решение перефокусироваться на зарубежные рынки и сейчас начал активную экспансию в ЮВА с помощью сделки с iboxPro.

Но несмотря на то, что многие профессиональные фонды сейчас замедляют инвестиционную активность в России, на отечественном рынке осталось много частных инвесторов, которые в кризис вышли из бизнеса, но не хотят стоять на месте и ищут возможность выгодно разместить свои средства. Также для российских стартапов все еще есть активные государственные венчурные фонды (например, ФРИИ) и фонды, созданные при крупных госкорпорациях.

Images via Shutterstock

comments powered by Disqus

Подпишитесь на рассылку RUSBASE

Мы будем вам писать только тогда, когда это действительно очень важно