В соцсетях обсуждают интервью с русским "солдатом, которого нет", воевавшим в Дебальцево

Между тем в "Новой газете" вышло интервью Елены Костюченко с российским танкистом, которого вместе с его батальоном отправили на Украину сражаться за Дебальцево. Беседа происходила в больнице Донецка, где танкист, 19 февраля выбравшийся из горящего танка, лечит сильнейшие ожоги рук и лица.


Фото: РИА Новости

В интервью Елена Костюченко расспрашивает 20-летнего Доржи Батомункуева о том, как его ранило, как он попал на Украину (обо всем процессе, как контрактников отправляют в зону боевых действий), про сам бой в Дебальцево, про то, как воюют ополченцы, про общение с мирными жителями (например, про Макеевку солдат сказал следующее: "Уже мысленно ждешь подвоха от всех. Вдруг он тебя… ну там приносили нам покушать. То чай, то что. Мы брали, но не пили. Вдруг отрава. Но как говорят: "Русских не победить. Русских можно только подкупить") и многом другом.

Некоторые уже называют это интервью одной из сильнейших журналистских работ года. Его, согласно статистике "Новой", уже прочитали более миллиона человек. ("Миллион человек прочитало. Миллион. И все так же", - заметила на это на своей странице в Facebook сама Елена Костюченко.)

"Лена, я тобой не первый год восхищаюсь, но тут и слов почти нет. Это совершенно нездешний уровень работы. Ты прекрасный и я тебя люблю. Береги себя, пожалуйста", - написал Елене Костюченко российский литературный критик Александр Гаврилов.

"А мы даже после интервью Елены Костюченко с российским танкистом и всех его откровений продолжим говорить: "армии ДНР и ЛНР"? Какие "армии"? Каких "ДНР/ЛНР"? Есть разнообразная боевая техника, российские граждане, солдаты и офицеры, которые на территории Украины воюют, убивают и гибнут. Именно они по ошибке сбили пассажирский "Боинг", по приказу расхреначили Дебальцево, по ходу дела лишили местных жителей родных, друзей, денег и мирной жизни. Мы же все это знаем, теперь и предельно доказательно, но продолжаем говорить про "армии ДНР и ЛНР", про какую-то их тяжелую технику, которую они куда-то отводят. Даже те, кто против войны, даже у себя в Фейсбуке часто повторяют эту херню. Не, ребята, больше так не пойдет. Иначе это предательство Бориса Немцова и всех, кто, рискуя жизнью, публикует факты, говорит правду. Это - наша армия. Это никакие не "ополченцы" - это Россия напала на Украину. Это мой, ваш, наш крест и позор. Только так и никак иначе", - написал журналист Айдер Муджабаев.

"Лена Костюченко - девочка с большим сердцем и знатными яйцами - год за годом делает самые важные для нас материалы. И вот сегодня - опять, из Донецка. Лена, спасибо", - написала участница панк-группы Pussy Riot, ныне - правозащитница Надежда Толоконникова.

"Важное свидетельство российского военного, воевавшего в Украине, от Елены Костюченко.

- Вы ехали на учения?
- Нам сказали, что на учения, но мы знали, куда едем. Мы все знали, куда едем. Я уже был настроен морально и психически, что придется на Украину. Мы танки еще в Улан-Удэ закрасили. Прямо на вагонном составе.
- Можно было отказаться?
- Можно, конечно. Никто тебя не принуждал. Были и такие, кто еще в Улан-Удэ отказался, когда уже почуяли, что жареным пахнет. Один офицер отказался.
- Рапорт нужно писать?
- Я не знаю. Я же не отказался", - приводит выдержку из интервью журналистка Мария Эйсмонт.

"О бедный мальчик. Бедные все мальчики. Елена Костюченко, какой материал страшный.

"У меня танк был очень хороший. Не просто 72, а танк 72б. А бэшка исключается тем, что есть прицел 1К13, он для ночной стрельбы, ночного наблюдения, для выстрелов с управляемыми ракетами. Управляемых ракет у меня было 9. Кумулятивные, осколочные еще. Главное - мне показали, как пользоваться этим. Теперь тяжело промахнуться. Всякие блиндажи, убежища - все поражалось спокойно. Допустим, вот разведка докладывает, что за зданием скопление пехоты противника, один БМП и два "Урала"… У нас всего было два таких танка - мой и моего командира взвода. Так мы по переменке и выезжали. И всегда поражали. Такой молодец танк был, хороший танк. Сейчас сгорел", - написала преподавательница Института общественных наук РАНХиГС Екатерина Шульман.

Главный редактор "Русской жизни" Дмитрий Ольшанский интервью раскритиковал. По мнению Ольшанского, целью Елены Костюченко было "создать в интервью образ "Вьетнама", "Афгана". Образ бессмысленной, ненужной войны, из которой Россия должна скорее выйти, чтобы потом пришли СБУ, батальон "Азов" и... И сделали так, чтобы Костюченко была довольна". Однако, по мнению Ольшанского, цель достигнута не была: Да, разговор с раненым, совсем молодым, с трудом разговаривающим после "всего этого" парнем - вызывает и сострадание, и ощущение драмы.
Но только чувства бессмысленности в нем нет. Вот слова парня:

"Чем ближе сюда, тем больше людей нас приветствовало. Руками машут, крестят нас. Мы в основном все буряты же. Крестят нас. (Смеется, кровь снова течет).
А и здесь тоже, когда ездили. Бабушки, дедушки, дети местные крестят… Бабки плачут...
- Можно было отказаться?
- Можно, конечно. Никто тебя не принуждал.
- Жалеете?
- Сейчас-то что жалеть уже. Обиды никакой нет. Потому что знаю, что за правое дело боролся".

Свой пост Ольшанский заканчивает умозаключением о том, что у Елены Костюченко не получилось ни "потерянного поколения битвы при Сомме", ни "Вьетнама", ни "Афгана". А получился - советский военный госпиталь, 1943 год. Отдадим ей должное. Она честно старалась. Это все "русский народ-раб" виноват. Даже если бурят".