Почему государство должно помогать частным венчурным фондам

О «грантоедстве»

Сегодня наше государство вкладывает большие деньги с помощью грантовых программ в различные исследования. К сожалению, эти программы не очень эффективны для развития рыночных инноваций: существует большое количество людей, которые с удовольствием получают гранты, «осваивают» их и прекрасно на это живут. Они – крупные специалисты по подготовке всевозможной документации, особенно запросов на получение средств и отчетов о том, как здорово они поработали.

Но что на выходе? – Ноль, «грантоедство». Из этого не получается ни продукта, который можно купить на рынке, ни реальной вещи, которая была бы кому-то нужна.

О взаимодействии государства и частных фондов в России

Чтобы стимулировать коммерциализацию инноваций, в дополнение к упрощенному процессу получения грантов государство должно инвестировать в частные венчурные фонды и таким образом помогать им финансировать рискованные и, на первый взгляд, бесцельные попытки реализовать идеи с неочевидным потенциалом. Мотивация здесь простая – фонд зарабатывает с прибыли, с результата, и ему не нет смысла тратить деньги на проекты, которые в перспективе не коммерциализируются.

Опыт Израиля и США

Как пример, посмотрите на ту венчурную индустрию, которую построил Израиль в 90-е и теперь пожинает плоды: страна трансформировалась из некого аутсорсингового центра в генератор новых идей и продуктов, построив очень крупную статью экспорта для такого небольшого государства.

А все благодаря правительственным программам, которые стимулируют приток частных инвестиций и обеспечивают значительные налоговые льготы, а также участию государства в непосредственном финансировании проектов. Одним из успешных примеров такой программы можно назвать создание венчурного фонда «Йозма» («Инициатива») в 1993 году. В течение трех лет «Йозма» сформировал 10 венчурных фондов, каждый с капитализацией в $20 млн, и начал напрямую инвестировать в стартапы. В то время, в результате их усилий, годовые вложения венчурного капитала Израиля выросли почти в 60 раз, с $58 млн до $3,3 млрд за период с 1991 до 2000 года. Число компаний, использующих средства запущенных израильских венчурных фондов, выросло с 100 до 800. Доходы сектора IT-технологий – с $1,6 млрд до $12,5 млрд.

Если говорить о лидере венчурного сектора, США, то степень государственной поддержки данной индустрии там очень велика. В стране существует несколько программ, нацеленных не только на спонсирование исследований, но и на поддержку малого бизнеса и преодоление так называемого «инновационного барьера» – разрыва между наукой и коммерциализацией инновационной разработки.

К примеру, с 1958 по 2004 г. в рамках программы SBIC было проинвестировано свыше 97 тыс. малых предприятий на общую сумму свыше $43 млрд. Самым распространенным видом финансовой поддержки в рамках программы SBIC стали инвестиции объемом до $750 тыс., по которым SBA может предоставлять гарантии. Инвестируют на срок до 10 лет – для вложений в активную часть фондов, например, оборудование и технологии, или до 25 лет – для вложений в здания и сооружения.

Но не стоит забывать: никакое государство не сможет стимулировать создание частных коммерческих продуктов, а они необходимы. Как минимум, для того, чтобы предпринимательство двигалось вперед и создавались новые и новые компании, которые увеличивают валовый продукт, и, как следствие, строилась инновационная структура будущего.

Фото: Shutterstock.