Истории

Система цифровых ID в Кении угрожает отрезать часть граждан от общества

Истории
Анна Полякова
Анна Полякова

Редактор

Вероника Елкина

В этом январе Верховный суд Кении приостановил развитие государственной системы цифровых ID в ее текущем виде. Аналогичные решения принимались и в других странах: Верховный суд Индии ограничил работу программы Aadhaar, в ходе которой были отсканированы радужные оболочки более миллиарда человек. Но никогда прежде суд не блокировал систему цифровых ID из-за того, что часть граждан может оказаться отрезанной от общества.

Система цифровых ID в Кении угрожает отрезать часть граждан от общества

Кения является одной из многих стран (включая Филиппины, Нигерию и Мексику), стремящихся оцифровать свои национальные системы идентификации. Связанные с этим проблемы конфиденциальности хорошо известны — например, они были в центре внимания Верховного суда Индии. Меньше освещается то, как эти цифровые системы накладываются на дискриминационные режимы, подобные кенийскому.

Возьмем типичный пример: уборщица и мать-одиночка, которую мы назовем Зия (она попросила изменить имя, чтобы защититься от последствий). Всю свою жизнь Зия провела в самой большой трущобе Найроби. Она принадлежит к нубийской общине Кении. Ее предки были призваны из страны, которая сейчас является Суданом, чтобы сражаться в Первой мировой войне, а затем были переселены Британской империей в Найроби.

Зия подала заявление на выдачу ID-карты сразу же, как ей исполнилось 18 лет. Большинство кенийцев без труда получают документ через месяц. Но нубийцы — это одно из нескольких мусульманских племен, в общей сложности насчитывающих 5 млн человек, которые часто подвергаются дискриминации при получении удостоверений личности.

Люди, принадлежащие к одному из этих племен, месяцами ждут вызова на прием к проверяющей комиссии. Иногда им приходится готовить дополнительный комплект документов, касающихся даже бабушек и прабабушек. Этот процесс может занять годы.

Зия подала заявление на выдачу ID-карты в 2013 году, а на прием к проверяющей комиссии попала в 2014. У нее попросили свидетельство о рождении, которого у нее, как и у многих других кенийцев, нет. Комиссия отказал в выдаче удостоверения личности. Когда Зия запросила копию свидетельства о рождении, госрегистратор сообщил, что в системе нет такой информации. Девушка записалась на еще одну встречу с проверяющей комиссией.

Два юридических помощника в Кибере, крупнейших трущобах Найроби

На этот раз ей сказали подать заявление на получение свидетельства о рождении. Она вернулась в отдел регистрации актов гражданского состояния, но там заявили, что для этого нужна копия ID, так как ей уже исполнилось 18 лет. Зия решила посетить еще одну встречу с проверяющей комиссией, но ее члены не захотели рассматривать альтернативы.

По иронии судьбы, основной причиной, по которой Зия подала заявление на выдачу удостоверения личности, было получение свидетельства о рождении для ее сына. Оно необходимо, чтобы записать ребенка в детский сад. Зия попала в замкнутый круг.

Она изо всех сил пыталась найти работу. Но официальные рабочие места требуют наличие ID. Даже убираться в квартирах было трудно, потому что охранники на входе требовали удостоверение личности. «Моя жизнь катилась в никуда», — вспоминает Зия.

Можно подумать, что цифровое ID поможет предотвратить подобные ситуации. Правительство Кении заявляет, что новая система будет «единственным источником правды о личности человека». По его словам, эта «центральная база данных о численности населения» упростит доступ к госуслугам.

Проект выглядит масштабным: предполагается, что база данных охватит всех граждан Кении и иностранных граждан. Но чтобы получить цифровое ID, понадобится подтвердить свою личность, что часто не удается людям, сталкивающимся с дискриминацией. А в предложенной схеме отсутствие ID вызовет еще более серьезные последствия.

Согласно законопроекту, представленному правительством в июле прошлого года, родителю, который не зарегистрирует ребенка в новой базе данных, может грозить год лишения свободы. И почти все госуслуги — обучение в школе, медобслуживание, подключение к электричеству — будут зависеть от наличия цифрового удостоверения личности.

В прошлом году правительство Кении получило отпечатки пальцев 38 млн человек, то есть около трех четвертей населения. По собственным данным правительства, 10% людей, которые обратились к новой цифровой схеме, отказали из-за отсутствия документов. Дискриминируемые меньшинства подали в суд. На прошлой неделе Верховный суд Кении заявил, что программа не может быть продолжена до тех пор, пока не будет создана «всеобъемлющая и соответствующая» нормативная база.

Кенийское правительство официально не объясняет, почему оно подвергает кенийцев-мусульман специальной проверке, хотя это практикуется с 1980-х годов. Чаще всего официальные лица говорят, что это делается в целях безопасности. Кения пережила многочисленные террористические атаки, в том числе в университете города Гарисса в 2015 году, когда боевики убили почти 150 человек. Восточноафриканская группировка «Аш-Шабаб» взяла на себя ответственность за это нападение и ряд других.

Но нет никаких доказательств того, что проверка делает Кению безопаснее. Документы, которые требуют комиссии, и вопросы, которые они задают, не имеют никакого отношения к терроризму. Напротив, проверка, вероятно, контрпродуктивна. Юсуф Башир — ведущий адвокат по делу против системы цифровых ID и основатель правозащитной организации Haki na Sheria отметил: «Лучший способ загнать человека в подполье, сделать его восприимчивым к ненависти — это отказать ему в бумагах и исключить его из общества».

Выездная регистрация в Килифи, Кения

В Кении работает несколько правозащитных групп наподобие Haki na Sheria. В конце 2017 года Зия познакомилась с двумя юридическими помощниками, Зеной и Захрой. Они помогли девушке сориентироваться в запутанной и нелогичной системе и предложили ей еще раз пройти проверку во время выездной регистрации населения.

На этот раз — возможно, под влиянием уверенности Зии и ее знания закона — комиссия дала положительный ответ. Это означало, что вместе с ID девушка сможет получить свидетельство о рождении для сына, социальные выплаты и работу.

Мобильная регистрация проходила в мечети. Восемь членов комитета сидели на пластиковых стульях за деревянными столами, расставленными в форме буквы U. Стоя перед ними и держа в руках бумагу, в которой говорилось, что она получит свое удостоверение личности, Зия расплакалась. Прошло сто лет после того, как ее семья приехала в Найроби, и пять лет после того, как она начала получать ID. Она впервые почувствовала себя гражданкой Кении.

С 2013 года 24 юридических помощника помогли более чем 12 тысячам человек получить документы, удостоверяющие личность, что привело к прекращению проверок в целом. Зия делилась своей историей с журналистами, общественниками и даже с группой чиновников, созванной ООН. Многие кенийцы-немусульмане не знают, что существует такая проверка. «Если вы считаете дискриминацию ложью, — говорит Зия, — выслушайте меня».

Такие ситуации встречаются не только в Кении. Всемирный банк инвестирует $1 млрд в создание системы цифровых ID в 45 странах, и многие из этих режимов в той или иной степени дискриминируют часть населения. Так, Индия уже создала свою цифровую идентификационную систему. В конце прошлого года правительство страны объявило о реформах в присвоении гражданства, которые открыто дискриминировали мусульман. Эти изменения привели к протестам по всей стране.

Правительствам необходимо соблюдать принцип инклюзивности. Он означает устранение дискриминации и наказаний за неспособность получить удостоверение личности. По общему признанию, это легко потребовать и трудно сделать. Политики побеждают на выборах, демонизируя меньшинства, а придя к власти, стремятся выполнить свои обещания.

Предоставление правовой помощи — работа, которую выполняют такие юридические помощники, как Зена и Захра, — полезно в борьбе с дискриминацией по двум причинам. Во-первых, когда вы собираете отдельные истории борьбы за права, вы показываете, как система работает на практике. Эти данные необходимы для просвещения кенийской общественности и для аргументации того, что проверка противоречит конституции страны. Во-вторых, это придает уверенности людям, сталкивающимся с дискриминацией.

Больше всего Зию мотивировало то, что при наличии свидетельства о рождении ее сын никогда не столкнется с тем, через что прошла она. После того, как девушка начала публично выступать, она слышала, что некоторые чиновники жалели о решении выдать ей ID. Изображение на ее карточке получилось темным и размытым. Но Зия не хочет идти и просить замену, потому что боится встретить чиновника, которого она разозлила. Однако она продолжает говорить о проблеме, и ее примеру стоит последовать.

Источник.

Фото: Нор Камис / Namati

Нашли опечатку? Выделите текст и нажмите Ctrl + Enter

Материалы по теме

  1. 1 Как китайцы скрываются от цифровой слежки властей
  2. 2 Как система цифровых ID может отсеять недобросовестных исполнителей
  3. 3 «Контроль дает нам чувство безопасности»: как жители Китая относятся к тому, что власти следят за ними
  4. 4 Электронные паспорта в России: какие сложности могут возникнуть в ходе внедрения

Актуальные материалы —
в Telegram-канале @Rusbase