Архив rb.ru

Политолог: примирения России и НАТО в обозримом будущем не будет

Архив rb.ru
Полина

Полина
Политолог: примирения России и НАТО в обозримом будущем не будет
На этой неделе генеральный секретарь НАТО Йенс Столтенберг заявил о том, что НАТО стремится улучшить отношения с Россией и вернуть их на тот же уровень, который  установился после падения Берлинской стены и окончания холодной войны. Но российский политолог Дмитрий Тренин уверен, что сближения России и НАТО в обозримом будущем не произойдет. Более того, он считает, что если стороны не пропишут новые правила игры в сложившейся ситуации, то следствием может стать война – "уже не холодная война, а война с большой буквы".



Фото: РИА Новости

Начавшиеся 20 октября военные учения России в Средиземном море насторожили НАТО, поэтому генсек ведомства Йенс Столтенберг не раз на этой неделе сообщал журналистам о том, что у альянса есть намерение вернуть взаимоотношения, которые были у Альянса с Россией после холодной войны. "Мы не хотим противостояния в условиях холодной войны, так же как в интересах России принять меры доверия. Мы хотим добиться таких отношений сотрудничества, конструктивных отношений между Россией и НАТО, какие были после падения Берлинской стены и окончания холодной войны", -  цитирует генсека РИА Новости. Столтенберг также отметил, что для выполнения этих целей необходимо повышать готовность военных сил НАТО. "Это значит, что НАТО должна оставаться сильной, что должны быть в постоянной готовности и наши силы. Поэтому мы вкладываем средства в повышение готовности наших вооруженных сил", - сказал  Столтенберг журналистам.

Директор Московского центра Карнеги Дмитрий Тренин поделился своим мнением с RB.ru о природе усиления военных резервов.

- Отношения НАТО и России сегодня в самом трудном положении со времен холодной войны, или это еще не крайняя точка? И что будет дальше: ослабление или усиление противостояния?

Никакого примирения в обозримой перспективе не будет. Либо ситуация напряженности будет как-то стабилизирована на уровне высокого руководства, либо будут написаны новые правила разрешения этой враждебной ситуации, на что я очень надеюсь. Но вполне вероятно, что никаких новых правил не возникнет в этой ситуации, и она будет развиваться непредсказуемо. Тогда мы можем столкнуться с новым витком противостояния, и тогда начнется война. Уже не холодная война, а война с большой буквы.

- Но ведь если война начнется, использования ядерного оружия не избежать? А это значит, что от нашей планеты вряд ли что-то  останется. Зачем нам это? Зачем вообще ее развязывать, мы ведь все хотим жить?

Абсолютно точно – от Земли ничего не останется, если мы нажмем на свои кнопки. Понимаете, зачем-то же ведь и сто лет назад развязали войну? Страны-участники военного конфликта объективно понесли катастрофические потери, да и практически всего лишились. При этом некоторые страны просто перестали существовать. Тогда в 1913 – 1914 годах предпосылки были похожи на нынешнюю напряженность.

На мой взгляд, происходит все это потому что Запад сейчас несколько утратил чувство опасности, которое было еще во время холодной войны. Когда оно отсутствует, гораздо легче совершить непоправимую ошибку, и мы видим, что наши антагонисты к этому и идут. Мы видим, что когда Запад ведет дела с Россией, он абсолютно не думает об опасности, поэтому и позволяет себе вольности. Путин, конечно, напоминает о том, что Россия все-таки ядерная держава, и не стоит с нами общаться в подобном тоне, однако Запад продолжает опрометчиво считать Россию слабым противником.
При коммунистах у СССР был имидж дикой и нецивилизованной страны, которая в любой момент могла применить свое ядерное оружие, поэтому с ней вели себя осторожно. Сегодня Запад перестал нас бояться, но, на самом деле, отсутствие страха у мирового сообщества может стать большой проблемой, поскольку наши силы очень высоки в плане военной мощи.

- Перебрасывание военного контингента и учения, о которых поочередно заявляют обе стороны, - это показатель того, что мы находимся в состоянии боевой готовности номер один?

На самом деле, не так важно, какое количество какого военного контингента переброшено сейчас силами НАТО и России. Тенденция очевидна, а действия и НАТО, и России имеют чисто символическое значение. Все идет к тому, что противостояние обостряется, отношения Запада и России ухудшаются, и это уже больше чем холодная война. Мы ядерная держава и свободно об этом говорим, наш главный аргумент – это ядерное оружие. Кроме того, у нас полно обычного вооружения, и его также достаточно для наступления или обороны. Как однажды выразился Путин, оружия у нас завались. Так и есть, он нисколько не приукрашает ситуацию. Поэтому мы, как и прежде, всегда готовы нажать на кнопку.

- Можно ли назвать Россию проблемой номер один для США?

Нет, для США мы не главная проблема. Да, Россия, имеет место быть как раздражающий их фактор, но мы в этом списке занимаем четвертую позицию. На первом месте для США исламское государство, проблема номер два – Иран, третья – это террористические организации (Аль-Каида и Талибан). Но а дальше за номером четыре идет Россия, после которой – Северная Корея.

- Почему в этом списке нет Китая?

Потому что США пока не считает Китай противником, и на данный момент Поднебесная – это всего лишь стратегический конкурент. На самом деле, американская стратегия в отношении Китая стабильна примерно последние 20-30 лет. США пытаются вовлечь  Китай в американскую систему, с одной стороны, с другой – создать ему комфортные условия, но если он окажется неподатлив, тогда его будут подвергать серьезному давлению, но на данный момент это давление хоть и есть, пока оно не столь жесткое, каким может стать, когда Китай станет противником США.

Нашли опечатку? Выделите текст и нажмите Ctrl + Enter

Актуальные материалы —
в Telegram-канале @Rusbase