Заморозь свое тело за $36 тысяч и стань бессмертным

Расскажите друзьям
Полина Тодорова
Алексей Зеньков

Энтузиасты крионики из московской компании «КриоРус» заморозят ваше тело за $36 тысяч, а только голову – втрое дешевле.

Единственный признак, указывающий на принадлежность этого офиса к компании по криоконсервации, находится на подоконнике: это емкость из нержавеющей стали размером примерно с ловушку для омаров. Эта емкость предназначена для транспортировки человеческого мозга, и при использовании по прямому назначению она будет помещена в еще большую емкость с жидким азотом. Мозг, полностью погруженный в жидкий азот, будет храниться там столько времени, сколько понадобится для решения некоторых важных вопросов. Во-первых, как восстановить ткани, поврежденные в результате заморозки. Во-вторых, и это даже важнее, как получить доступ к информации внутри него – к нейронам, связям и импульсам, формирующим воспоминания, эмоции и характер человека – и снова это оживить, транспортировав в новое тело или загрузив в компьютер.

Во всем остальном офис выглядит как небольшая квартира, чем он отчасти и является. Это временное жилище Данилы Медведева и Валерии Прайд, пары и сооснователей московской компании «КриоРус», а также место вписок для молодых трансгуманистов, которым нужно где-то жить во время работы над проектами по поиску способа жить вечно.

Валерия Прайд. Фото: Оля Иванова для Bloomberg Businessweek

Но сегодня вечером это просто офис. 36-летний Медведев сидит рядом с приспособлением, которое выглядит как сплавленный вместе набор гигантских аудиоштекеров (подарок от клиента – одной из крупнейших в России компаний-производителей современной мебели), за столом напротив большого монитора Apple. 56-летняя Прайд сидит за другим столом с ноутбуком. Они обсуждают судьбу «мозга из Испании» – он принадлежал недавно умершему человеку, которого Медведев называет «главным крионистом Испании». Этот мужчина, хоть и вел испаноязычный сайт о крионике, не собирался завещать свое тело на заморозку после смерти. Его супруге удалось заморозить тело льдом, и теперь Медведев и Прайд думают, как извлечь и сохранить его мозг в том виде, чтобы безопасно переправить в руки «КриоРус». Такие логистические проблемы приходится решать Медведеву, чтобы ему и Прайд удалось превратить «КриоРус» в главных специалистов по крионике в Европе и Азии.

«Суть в том, что при низкой температуре останавливается активность молекул и атомов, так что фактически замирает время», – говорит Медведев, садясь на диван, покрытый большой овечьей шкурой. 

Лучший способ криоконсервации – замена всей воды в организме химическим составом, который при замерзании превращает ткани в стекло. Витрификация, как называют этот процесс, позволяет избежать повреждений от кристаллов льда, которые появляются при замораживании тела в естественном виде. Однако у этого метода есть один недостаток: никто не знает, как обратить этот процесс вспять. Медведев не считает это фатальной проблемой. Важнее всего то, что «информация не удаляется» при замораживании, приводит он цитату американского специалиста по нанотехнологиям Ральфа Меркла. С остальными проблемами они со временем разберутся.

Данила Медведев. Фото: Оля Иванова для Bloomberg Businessweek

Этот же офис иногда стерилизуется и превращается в операционную для подготовки домашних питомцев. «Шиншилла не занимает много места», – шутит Медведев. Пациенты-люди проходят процедуру в больнице при участии одного из нескольких хирургов-крионистов, которые работают под руководством бывшего научного руководителя американского Института крионики Юрия Пичугина.

«Конечно, наша главная цель – добиться наилучшего качества консервации, но все зависит от конкретной ситуации, – говорит Медведев – у вас может быть лучшая технология в мире, но от этого будет мало пользы, если ее не получится реализовать в Барселоне». Как говорят крионисты, любая консервация лучше, чем ничего.

Все это в действительности – лишь лучшее предположение. Впервые идея криоконсервации была предложена Робертом Эттингером в 1964 году в книге «Перспективы бессмертия». Спустя пять лет впервые был заморожен человек, и с тех пор небольшое, но очень увлеченное сообщество крионистов (почти все они из Америки) обсуждают лучшие методы для проведения этой процедуры. На сегодня мировым лидеров в этой области является компания Alcor Life Extension Foundation, основанная в 1972 году в Скоттсдейле, штат Аризона. На территории Alcor хранятся в емкостях с жидким азотом 148 пациентов, в том числе легенда бейсбола Тед Уильямс. Также существует уже упомянутый Институт крионики, созданный в 1976 году. В его хранилище в пригороде Детройта заморожены 114 пациентов. Институт известен более доступными ценами по сравнению с Alcor и тем, что вместо тела целиком здесь предпочитают замораживать только голову.

«КриоРус», основанная в 2005 году, является единственной компанией, имеющей замороженные тела на хранении за пределами США. По темпам роста компания далеко опередила любого из своих американских конкурентов: к концу сентября «КриоРус» заморозила 51 человека (26 тел целиком и 25 голов) и 20 домашних животных (в основном, кошек и собак, но есть и три птицы). Большинство пациентов – русские, однако 12 из них – иностранцы, в том числе один американец. Стоимость консервации тела целиком составляет $36000, однако она сокращается до $12000, если «КриоРус» заморозит только вашу голову. Затраты на международную транспортировку составят дополнительные $6000, так что по возможности лучше уходить из жизни где-нибудь недалеко от Москвы. Большинство клиентов выплачивают сумму по частям, начиная с регистрации в программе.

На данном этапе пациенты хранятся в емкостях с двойными стенками, которые известны под названием «сосудов Дьюара», на принадлежащей одному из клиентов территории в Подмосковье. В отличие от своих американских конкурентов, в «КриоРус» изготавливают свои дьюары не из стали, а из смеси стеклопластика и каучука. Эти емкости производит компания, которая строит гоночные яхты из того же материала. (Он же используется при создании баллистических ракет.) Дьюары хранятся в ангаре площадью 185 кв. м, однако в этом на самом деле нет необходимости.

«Стены дьюаров прочнее, чем стены здания, – объясняет Медведев – люди привыкли думать, что пациентов нужно хранить в специальных зданиях. Реальных причин для этого мало, лишь дань традициям и нерациональность».

У компании большие планы. Скоро она переедет в постоянную штаб-квартиру в сельскохозяйственном колледже недалеко от Твери. И руководство, и клиенты «КриоРус» четко дают понять, что крионика – это всего лишь задел для более серьезной кампании – поиска бессмертия. Медведев и Прайд также руководят Российским трансгуманистическим движением (РТД), общественной организацией и инкубатором идей для увеличения продолжительности жизни, пока не будет найден способ жить вечно.

В РТД состоят несколько сотен активных участников, а в список рассылки входят около 8000 человек. В общем трансгуманисты считают, что технологии развиваются экспоненциальными темпами, и что когда-нибудь в будущем смерти можно будет избежать. Они любят говорить о старении как о болезни, которую можно излечить. Также, в зависимости от конкретного трансгуманиста, с которым вы общаетесь, он может считать, что будут созданы новые тела, которые будут присоединяться к головам, либо наш разум и воспоминания будут существовать вечно внутри какой-либо машины. В любом случае, главное в этом деле – мозг, и именно поэтому большинство трансгуманистов, включая Прайд и Медведева, не считают обязательной заморозку тела целиком – особенно, если оно состарилось или не функционирует в полной мере.

«КриоРус» была создана из их энтузиазма к делу трансгуманизма. Крионика – это стартовая точка. «Это запасной план», – признает Медведев. Никто не хочет быть замороженным. Однако смерть еще хуже. Михаил Батин, предприниматель, трансгуманист и клиент «КриоРус», говорит:

«Это единственная альтернатива смерти, которая есть у нас на сегодня. Лучше, если вас заморозят, а не похоронят или кремируют. Крионика – это наилучший выход в худших обстоятельствах».

Фото: Оля Иванова для Bloomberg Businessweek

Аргументы Эттингера в «Перспективах бессмертия» в основном изложены в рациональном и научном виде, однако, возможно, неудивительно, что свои идеи он почерпнул в научной фантастике. В рассказе «Спутник Джеймсона» Нила Джонса, опубликованном в 1931 году в журнале «Удивительные истории», приводится история профессора Джеймсона, который завещает законсервировать свое тело после смерти, поместить в космическую капсулу и запустить в космос. Джеймсон летает по космосу 40 млн лет, пока раса инопланетных киборгов под названием Зоромы не находит его, восстанавливает мозг и оживляет.

Эттингер прочитал «Спутник Джеймсона в молодости и не мог в это поверить. История была невероятной во многих моментах, но основная идея – что можно сохранить свое тело после смерти и затем оживить его – показалась ему осуществимой. К 1964 году он достаточно тщательно обдумал эти идеи и представил миру практическую крионику. «Это факт: при очень низкой температуре можно сколь угодно долго хранить тело мертвого человека без каких-либо повреждений», – заключил он.

Три года спустя Роберт Нельсон, последователь Эттингера и учредитель Калифорнийского общества крионистов, провел первую в истории операцию криоконсервации на психологе по имени Джеймс Бедфорд. Процедура была не продумана до подробностей, и временами приходилось импровизировать, но Нельсон при помощи двух открытых к новому докторов сделал все, что смог, и стал знаменит. Его историю напечатали в журнале Life, а сам Нельсон через год опубликовал собственную версию в книге под названием «Мы заморозили первого человека».

Пожалуй, это стало главным событием в истории крионики.

В следующие несколько лет были заморожены еще 17 человек, многие – также Нельсоном, однако затем череда трагических событий погрузила всю практику в противоречия. Самым драматичным из этих событий был так называемый инцидент в Чатсуорте, когда девять пациентов Нельсона, в том числе умершая от рака девятилетняя девочка из Канады, были найдены в склепе на кладбище разлагающимися. У Нельсона закончились деньги на жидкий азот. Эта история повергла Америку в ужас, и с тех пор индустрия пытается избавиться от своей отвратительной репутации. Спустя почти 40 лет на криоконсервацию согласились меньше 250 американцев.

Медведев еще подростком прочитал «Перспективы бессмертия», и «эта книга сразу нашла во мне отклик», говорит он.

Он работал инвестиционным банкиром в Санкт-Петербурге в 2000 году, когда на вечеринке вдруг решил уйти в тихую комнату и начал переводить книгу Эттингера на русский с помощью своего КПК, пока его коллеги пили, танцевали и веселились. В 2003 году перевод книги был опубликован, а в 2005 году Медведев и Прайд – которые познакомились годом ранее и сблизились на почве общего интереса к трансгуманизму в России – основали «КриоРус» на небольшие инвестиции от десяти частных лиц.

Медведев решил всерьез заняться развитием крионики в России. Он стал изучать историю этой индустрии в США, чтобы понять причины спада интереса к ней в 70-е годы, а затем начал искать способы сделать то, что у американских коллег не получилось – избавить крионику от всяких противоречий и сделать ее «уважаемой и общепринятой» научной практикой. Одним из главных ответов на этот вопрос стала прозрачность. «Люди инстинктивно относятся с подозрением ко всему необычному, и можно ожидать того, что вас станут обвинять в мошенничестве или оккультизме», – объясняет Медведев. В 2005 году «КриоРус» пригласила прессу на первую процедуру криоконсервации, и с тех пор компания не пытается утаить свой ограниченный бюджет или небогатое имущество.

Фото: Оля Иванова для Bloomberg Businessweek

Медведев считает Россию местом, где крионика может родиться заново, без культурного и исторического багажа, мешающего ее развитию в США. В СССР науку всегда ставили выше религии, которая была фактически вне закона, и несмотря на восстановление Русской православной церкви в постсоветский период, религия в России оказывает на политику намного меньшее влияние, чем в США. Несколько видных российских политиков положительно отзывались о попытках найти способ жить вечно. В ходе недавнего опроса выяснилось, что 18% россиян хотели бы стать бессмертными, и в этом результате Медведев видит миллионы потенциальных клиентов.

Тем не менее поиск финансирования остается непростой задачей. Медведев не сомневается, что крупный капитал рано или поздно появится – инвесторы присматриваются отчасти из-за приближения старости и в поиске лекарства от угнетающей неизбежности смерти. Пока он ждет инвестиций, которые позволят «КриоРус» заняться продвинутыми исследованиями низких температур, Медведев решил сосредоточиться на развитии бизнеса. Цель этого процесса – создать в российском обществе систему, в которой заморозка станет такой же законной и реальной, как погребение в землю и кремация. Близким партнером компании является глава Российской ассоциации предприятий похоронной отрасли, и «КриоРус» активно участвует и привлекает немало внимания на ежегодной профильной выставке «Некрополь». В 2013 году компания получила золотую медаль в номинации «Инновации».

Кроме того, Медведев хотел бы, чтобы и медики заинтересовались этой темой, и он замечает положительную динамику в современной медицинской науке. Уже сейчас криобиологи – ученые, которые, к слову, открыто скептически относятся к крионике – могут замораживать определенные типы тканей человека для хранения, а затем возвращать их в рабочее состояние – к примеру, стволовые клетки и эмбрионы, а также простые структуры вроде вен и клапанов. Эти ученые планируют научиться замораживать и хранить более сложные ткани. Это сделало бы возможным банкирование органов, что стало бы огромным достижением для трансплантологии и позволило бы вместо долгого ожидания в очереди получать нужный орган «по требованию», особенно в свете стремительного прогресса в области лабораторного производства органов. Следующим этапом станет развитие технологий кратковременной клинической заморозки, при которой пациента переводят в состояние временной криоконсервации для сохранения его жизни при восстановлении от серьезных травм или, скажем, при космических перелетах. Первый вариант интересен для оборонной отрасли, в то время как вторым (это состояние известно как криосон) недавно начали заниматься в NASA, а именно в аэрокосмической компании SpaceWorks Enterprises в Атланте. Подобные проекты помогли бы крионике выйти из тени, и Медведев надеется, что «КриоРус» сможет способствовать похожим исследованиям в России.

Между тем, конечной целью все равно остается бессмертие. Крионика – самое очевидное направление работы для Медведева и Прайд как для руководителей РТД, но они открыты и для других идей. Они не считают себя конкурентами Alcor и Института крионики – вместо этого они предпочли бы развивать сотрудничество. «Мы обсуждали с американскими спонсорами крионических организаций возможность объединения всех технологий в одном месте, чтобы там проводить эксперименты в наилучших условиях», – рассказывает Медведев.

Этим местом, надеется он, станет Тверь.

Как происходит заморозка тела:

  1. В идеале команда крионистов осуществляет поддержку работы сердца и легких сразу после смерти и в ходе начального охлаждения. Если человек умирает до появления специалистов, важно сразу положить тело в лед.
  2. Для предотвращения свертывания крови проводится инъекция антикоагулянта.
  3. Специалист по крионике «вымывает» кровь из тела и замещает ее криозащитным веществом. Этот процесс называется «перфузия».
  4. После этого в течение нескольких дней тело, или же только голова, охлаждается с помощью сухого льда до температуры -120 °С.
  5. При постепенном охлаждении клетки начинают «остекловываться» – то есть превращаться в стеклоподобное вещество. Витрификация позволяет предотвратить катастрофическое разрушение клеток, которое происходит, если замораживать их, не извлекая воду.
  6. Когда тело или голова достигают температуры жидкого азота (-196 °С), их помещают в емкость для криоконсервации – дьюар – и заливают жидким азотом.
  7. Азот периодически доливают, но больше ничего не требуется – пациента можно хранить без электричества или дополнительного ухода.
  8. Ждем наступления Сингулярности.

***

Настоящее имя Прайд – Валерия Удалова, фамилию она сменила в знак уважения к человеческому потенциалу. По профессии она физик-термодинамик, но уже больше десяти лет областью ее интереса является крионика и другие трансгуманистические практики, статьи о которых она часто публикует в российских научных изданиях. (Кроме того, она пишет фантастические рассказы и играет в рок-группе.) Ее собака Алиса в 2008 году стала первым животным, замороженным «КриоРус», а в 2009 году криоконсервации был подвергнут мозг матери Прайд. Ее дочь Дарья Халтурина является одним из главных в стране юристом в области здравоохранения и работает с профильным министерством. Изначально она скептически относилась к крионике, однако в какой-то момент и сама стала клиентом «КриоРус».

«Я увлекаюсь трансгуманизмом столько, сколько себя помню», – говорит Прайд. Три поколения ее родственников были атеистами: «Уже в 15 лет я писала философские статьи о бессмертии».

Прайд и Медведев занимаются вопросами распространения интересов «КриоРус» за рубежом, и в прошлом году были начаты переговоры с группами из Швейцарии и Китая о создании филиалов. Китай похож на Россию тем, что там тоже есть обширная научная база и система вертикальной бюрократии, которая позволяет действовать быстро. В Швейцарии легализована эвтаназия, что делает ее идеальной страной для крионики, так как для идеального прохождения консервации необходимо четко контролировать финальные мгновения жизни. Медведев использует термин «криоэвтаназия» и сейчас сотрудничает со швейцарскими юристами для подготовки первого прецедента в истории, который может случиться уже в этом году.

Тем не менее базой для операций будет Тверская государственная сельскохозяйственная академия. На ее обширной территории группа, во главе которой стоят представители местного Института «Верхневолжье», планирует создать развитый центр борьбы с раком, в котором будет построена первая в России установка протонно-лучевой терапии, а также центр паллиативной помощи для неизлечимых больных, в котором криоконсервацию можно будет выбрать в качестве дополнительного финального этапа, когда смерти уже не избежать.

Фото: Оля Иванова для Bloomberg Businessweek

Штаб «КриоРус» начнет с малого. Сначала это будет офис с базовым лабораторным оборудованием, который может служить в качестве учебного центра по крионике для иностранцев. Транспортировка дьюаров с пациентами «КриоРус» не входит в список первоочередных дел, поскольку в этом нет необходимости, а средства компании лучше потратить на другие нужды.

«Мы находимся в самом начале пути к вечной жизни»

Пока что представить все это довольно трудно. Тверская сельскохозяйственная академия – это типичный вуз советского времени, набор панельных зданий, стоящих в еловом лесу в 15 минутах от центра города. Ректор академии Олег Балаян, приятной внешности мужчина с седыми волосами и в твидовом пиджаке, приглашает нас в конференц-зал рядом с его кабинетом. За его спиной висит снимок российского истребителя МИГ, выпускающего ракету, и это выглядит достаточно странно для конференц-зала в аграрном вузе, пока Балаян не объясняет, что он генерал-лейтенант ВВС. Он ушел со службы в 2009 году, но все еще остается резервным пилотом.

По словам Балаяна, помимо земли академия может предложить инициативных студентов, активные лаборатории и даже некоторый опыт в области заморозки органических материалов – к примеру, собственную технологию быстрой заморозки мяса и овощей для хранения и транспортировки. Также в вузе есть ветеринарная лаборатория, в которой один из профессоров занимается восстановлением зрения у слепых собак с помощью генной терапии. Более того, интерес к сотрудничеству проявляет и расположенный неподалеку медицинский университет, а затея в целом пользуется полной поддержкой местных и федеральных властей.

«Многие достижения современной науки находятся на пересечении разных дисциплин», – поясняет Балаян.

«Это называется конвергенция, – добавляет Прайд – мы с Данилой являемся соавторами первой в России статьи о конвергенции. Здесь, в этом центре, мы станем свидетелями конвергенции биологии и ИТ». В перспективе она не исключает появления лабораторий генной инженерии, клонирования и печати органов.

Что заставило генерала ВВС и видную политическую фигуру, управляющую крупным государственным вузом, встать на сторону трансгуманизма?

«Мне уже не 18 лет, – широко улыбается Балаян – я бы хотел жить вечно. И здесь мы можем заняться исследованиями на эту тему».

Проявляет ли к этой теме интерес государство? Он смеется: «Думаете, я один такой? Этого хочет каждый человек». И, добавляет он, эту идею они уже изучают – с картофелем: «Когда мы выкапываем картофель из земли, мы задаемся вопросом: как продлить ее срок годности?» Кроме того, есть и мясо, которое нужно сохранить свежим и качественным: «Все это первые шаги по решению одного и того же вопроса, – говорит он – мы находимся в самом начале пути к вечной жизни».

Елена Милова — психолог и сооснователь Международного альянса за продление жизни, который выступает за поиск средств борьбы со старением по всему миру. Милова вступила в РТД пять лет назад после прозрения из-за смерти Стива Джобса. «Люди продолжают умирать, даже по-настоящему великие люди – и это огромная проблема общества», – говорит она мне. Милова заключила контракт на криоконсервацию для себя, а год назад по настоянию Прайд заморозила свою кошку Ласку.

Фото: Оля Иванова для Bloomberg Businessweek

В основном работа Миловой сосредоточена на поиске финансирования для изучения науки о старении. Один из недавних проектов – краудфандинговая кампания по поиску защитной терапии для замедления старения мыши. «Это способ приблизить клинические испытания на людях», – говорит она и добавляет, что, хотя прогресс идет не так быстро, как ей бы хотелось, «искусственный интеллект точно поможет нам решить проблему старения».

«Между этими двумя событиями пройдет немало времени», – отвечает она, и к разговору присоединяется Артюков, который отмечает, что искусственный интеллект уже может больше, чем лучшие онкологи мира. «Представьте онколога, который прочитал миллион научных статей и в точности помнит каждую из них, – говорит Милова, соглашаясь с ним – в сущности, именно на это способен Watson от IBM». В комнате разражается оживленная дискуссия на тему того, как вывести трансгуманизм с задворок науки и сделать популярным движением.

В конце концов, Прайд вмешивается в разговор и сообщает, что работы над базой в Твери официально продолжаются, а ее руководителем станет Медведев. К концу года «там будет все необходимое для жизни и работы. В России есть несколько проектов для людей, которые хотят что-то делать», говорит она.

Почти все засмеялись, когда Медведев провозгласил Тверь «будущим центром России».

Но кто знает? Крупнейшая автомагистраль страны, которая строится между Москвой и Санкт-Петербургом, пройдет в нескольких сотнях метров от Твери, а добраться сюда на скоростном поезде из Москвы можно за пару часов. Новая база крионической компании будет по площади в два раза больше, чем территория Alcor и Института крионики, вместе взятых, обещает Медведев.

«Я хочу, чтобы все сообщество трансгуманистов поняло – пора вставать и действовать!», – говорит Медведев. Годами РТД призывало людей работать бесплатно или за копейки, но это меняется. «Множество людей готовы инвестировать, – объясняет он – время крионики настало!»

Источник


Материалы по теме:

Питер Тиль считает, что переливание крови позволит ему жить вечно

Российский трансгуманист создал инструмент для достижения электронного бессмертия

Наркобаронами будущего станут биохакеры

Экологичные похороны — новое слово в индустрии ритуальных услуг



Комментарии

Комментарии могут оставлять только авторизованные пользователи.
Sibos
16 октября 2017
Ещё события


Telegram канал @rusbase