Рид Хастингс. Как «золотой мальчик» отказался от семейного дела и построил Netflix

Откажись от удобного старта ради настоящего опыта

Детство Рида Хастингса прошло в Бостоне 1960-х — среди людей, которым деньги, связи и место в обществе доставались по наследству. Отец служил юристом в Министерстве здравоохранения, образования и социального обеспечения США при администрации Ричарда Никсона. Мать происходила из старой бостонской семьи, но отвергала правила высшего общества и учила детей относиться к ним скептически.

Прадедом Хастингса по материнской линии был банкир и меценат Альфред Ли Лумис. Он вовремя вывел деньги с фондового рынка перед крахом 1929 года, а затем создал частную лабораторию, где встречались ведущие физики своего времени.

Хастингс учился в частной школе Buckingham Browne & Nichols. Перед поступлением в колледж он выбрал не самый очевидный путь: устроился на летнюю подработку и ходил по домам, продавая пылесосы Rainbow. Работа неожиданно ему понравилась, поэтому он взял годичный перерыв и продолжил заниматься продажами. Во время демонстрации выпускник частной школы и сын привилегированной бостонской семьи сначала чистил ковёр пылесосом хозяев, а затем проходил по тому же месту Rainbow — разница должна была продать технику лучше любых обещаний.

Как DVD по почте превратился в стриминговую империю: история Netflix

Компания начинала с доставки дисков, предлагала Blockbuster купить себя за 50 млн $, пережила провальный запуск Qwikster и спустя четверть века чуть не купила активы Warner Bros. Discovery

Читайте также

Сначала сделай то, чего боишься сильнее бизнеса

Вернувшись к учёбе, Хастингс поступил на математику в Боудойн — престижный частный колледж в штате Мэн. Но примерным студентом с заранее расписанной карьерой не стал: руководил туристическим клубом и чаще прокладывал маршруты в горы и на воду, чем планировал собственное будущее.

Во время учёбы Хастингс проходил программу подготовки офицеров морской пехоты, но не завершил её и отказался от военной карьеры. После колледжа он выбрал другой способ служить: вступил в Корпус мира и на два года уехал преподавать математику в сельскую школу Свазиленда, где учились около 800 детей. Вместе с местным учителем Хастингс организовал курс пчеловодства: школьники строили ульи, ухаживали за пчёлами и учились продавать мёд.

За время жизни в Африке Хастингс путешествовал по континенту автостопом. Позднее он говорил, что этот опыт приучил его полагаться на себя и не бояться неопределённости.

После возвращения в США Хастингс поступил в Стэнфорд и получил степень магистра по информатике со специализацией в искусственном интеллекте.

Смотри на себя строже, чем на тебя смотрит рынок

После Стэнфорда Хастингс устроился программистом в Adaptive Technology — небольшую компанию, которая разрабатывала программные инструменты для инженеров. Там он придумал Purify — программу, которая находила ошибки при работе с памятью в приложениях на языках C и C++, — и самостоятельно собрал первый прототип.

Когда стало понятно, что разработку можно превратить в отдельный бизнес, Хастингс начал собирать команду. Одним из первых к нему присоединился программист Рэймонд Пек, с которым его познакомила коллега. Вместе с Пеком и инженером Марком Боксом Хастингс основал Pure Software.

Продукт оказался востребованным: Pure быстро росла, вышла на биржу, а вскоре в ней работали уже около 600 человек.

Хастингс основал Pure как программист, но вместе с растущей компанией получил должность, к которой оказался не готов, — генерального директора. Рост, который со стороны выглядел безусловным успехом, обнажил слабость основателя. Инженер умел создавать программы, но не умел управлять большой организацией.

Особенно плохо ему давался наём руководителей. Хастингс несколько раз выбирал неподходящих директоров по продажам и постепенно потерял уверенность в собственных кадровых решениях. Дважды он просил совет директоров заменить его. Совет отказывался: выручка продолжала удваиваться, хотя сам генеральный директор считал, что компания заслуживает лучшего руководителя.

Собственные ошибки Хастингс пытался компенсировать правилами. После каждого промаха сотрудника он вводил новую процедуру, чтобы исключить повторение проблемы. Компания продолжала расти, но вместе с выручкой росло и количество инструкций. Pure становилась предсказуемее — и одновременно медленнее.

Признай поражение, даже если за него заплатили 700 млн $

Стремясь расширить линейку продуктов, руководство Pure договорилось о слиянии с Atria Software — самостоятельной компанией, которая разрабатывала ClearCase, систему для хранения разных версий кода и совместной работы больших команд. Сделка проходила через обмен акциями и требовала одобрения акционеров обеих компаний. После неё Хастингс сохранил пост генерального директора, а глава Atria Пол Левин стал председателем совета директоров объединённого бизнеса.

Продукты компаний дополняли друг друга: Pure помогала находить ошибки и оценивать производительность программ, а Atria — управлять кодом и самим процессом разработки. Объединённая компания получила название Pure Atria и могла продавать клиентам уже не отдельный продукт, а набор решений для разработки и тестирования программного обеспечения.

Укрупнение сделало Pure Atria привлекательной целью для Rational Software — крупного разработчика программ, с помощью которых компании проектировали и создавали сложные информационные системы. Rational договорилась о покупке Pure Atria в рамках сделки, которую оценивали примерно в 700 млн $. Вместе с её продуктами компания получила более сильные позиции на рынке программ для разработчиков.

Хотя продажа принесла Хастингсу состояние, но сам он считал историю Pure управленческим поражением. Компания быстро росла, обрастала правилами и постепенно теряла гибкость. В следующем бизнесе он хотел построить организацию, которой не придётся заменять сильных сотрудников инструкциями.

Превращай состояние в возможность что-то изменить

После продажи Pure Atria у Хастингса появились деньги и свобода выбрать, чем заниматься дальше. Тратить состояние на яхты ему не хотелось, поэтому он начал искать сферу, где деньги и предпринимательский опыт могли изменить не отдельную компанию, а целую систему.

Выбор пал на образование. Хастингс уже преподавал математику в Свазиленде и теперь пытался понять, почему технологии быстро меняют медицину, биотех и индустрию развлечений, а школы почти не меняются. Он решил не раздавать деньги разным проектам, а сосредоточиться на реформе школьного образования.

Хастингс познакомился с педагогом Доном Шалви, основавшим первую чартерную школу Калифорнии, и поступил в Стэнфордскую школу образования, чтобы разобраться в устройстве системы. Диплом он не получил — параллельно запускал Netflix, — но успел убедиться, что чартерные школы могут стать альтернативой неповоротливой государственной системе.

Вместе с Шалви он добивался снятия ограничений на открытие таких школ и участвовал в создании Aspire Public Schools — сети бесплатных школ для детей из небогатых районов. Позднее Хастингс вошёл в совет по образованию Калифорнии.

Дай безумной идее шанс

После продажи Pure Software Хастингс решил строить ещё одну компанию и предложил присоединиться Марку Рэндольфу, который отвечал за маркетинг в Pure. Пока сделка ещё оформлялась и Хастингс продолжал руководить компанией, они каждый день вместе ездили в офис. Дорога превращалась в мозговой штурм: партнёры перебирали десятки товаров, которые можно было бы продавать или сдавать в аренду через интернет, вдохновляясь успехом Amazon.

Позднее Хастингс годами рассказывал другую историю создания Netflix. Якобы однажды он слишком поздно вернул в видеопрокат кассету с фильмом «Аполлон-13» и получил штраф в 40 $. И настолько не хотел признаваться в этом жене, что задумался: почему нельзя брать фильмы так же, как заниматься в спортзале, — по подписке без штрафов за каждый день просрочки.

Сооснователь Netflix Марк Рэндольф называл эту версию удобной выдумкой. Но саму идею они проверили без лишней романтики. Когда в США начали появляться DVD, партнёры положили музыкальный компакт-диск в обычный конверт и отправили его домой Хастингсу. На следующий день диск пришёл целым. Проверка будущего бизнеса заняла меньше суток и стоила меньше 1 $.

Рэндольф отвечал за запуск продукта и стал первым генеральным директором Netflix. Хастингс вложил основную часть стартового капитала — 1,9 млн $ — и возглавил совет директоров. Через два года он занял пост CEO, а Рэндольф сосредоточился на продукте.

От книжного магазина в гараже до облака и ИИ: история Amazon

Как компания Джеффа Безоса пережила семь лет убытков и крах доткомов, создала крупнейший облачный бизнес и сделала ставку на ИИ

Читайте также

Увидеть будущее мало — нужно дождаться, пока к нему будут готовы

Netflix начинал как сервис по доставке DVD по подписке. Клиентов становилось всё больше, но денег компании не хватало. Чтобы получить доступ к аудитории и инфраструктуре крупнейшего игрока рынка, Хастингс и Рэндольф предложили союз Blockbuster — крупнейшей американской сети видеопроката. Netflix должен был развивать её интернет-направление.

Руководство Blockbuster отказалось. Хастингс предлагал сети купить Netflix примерно за 50 млн $. По воспоминаниям Рэндольфа, глава Blockbuster, услышав цену, едва сдержал смех. Через десять лет Blockbuster объявил о банкротстве, а его многотысячная сеть магазинов вскоре почти исчезла.

Хастингс одним из первых поверил, что будущее за просмотром видео через интернет. За три года до банкротства Blockbuster, когда основную часть выручки Netflix ещё приносила доставка DVD по почте, компания запустила стриминг.

Но желание как можно быстрее отказаться от старой модели однажды сыграло против Хастингса. В Netflix одновременно существовали два бизнеса: доставка DVD и просмотр видео через интернет. Хастингс решил окончательно разделить их. Компания ввела отдельную плату за обе услуги.

Затем Хастингс объявил, что почтовый прокат станет самостоятельным сервисом Qwikster, а под брендом Netflix останется только стриминг. Клиентам предстояло пользоваться двумя сайтами, вести отдельные очереди фильмов и оплачивать два счёта.

Главной ошибкой стало резкое подорожание. После разделения тарифов клиентам, которые хотели сохранить доставку DVD и стриминг, пришлось платить примерно на 60% больше. Анонс Qwikster только усилил недовольство: компания собиралась не просто повысить цену, но и разделить привычный сервис на два сайта и два счёта.

По итогам квартала Netflix потерял более 800 тыс. американских подписчиков. Отток клиентов и опасения, что рост компании закончился, обрушили акции: за несколько месяцев её рыночная стоимость сократилась примерно на 12 млрд $.

Хастингс признал: «Я всё испортил». Через три недели он отменил решение. Qwikster так и не запустили, а доставка дисков и стриминг остались под одним брендом.

Сильным людям не нужны инструкции — им нужно право решать

Одну из самых рискованных ставок Netflix сделал не Хастингс. Решение вложить около 100 млн $ сразу в два сезона «Карточного домика» (2013–2018), отказаться от пилотной серии и выпустить весь сезон целиком продвигал директор по контенту Тед Сарандос. Проект получил девять номинаций на «Эмми» — впервые в истории премии для сериала онлайн-платформы.

Хастингс видел свою задачу не в том, чтобы проверить каждый шаг, а в том, чтобы дать сильному руководителю право рискнуть. Такой подход вырос из его неудачи в Pure Software. Там Хастингс отвечал на ошибки новыми правилами и постепенно построил систему, в которой самостоятельность стала почти невозможной.

В Netflix он выбрал противоположную модель: руководители объясняли сотрудникам цели и ограничения, но не диктовали способ действий. Хастингс считал, что генеральный директор должен не сосредоточивать решения у себя, а создавать условия, в которых их принимают другие.

Доверие не делало Хастингса мягким руководителем. Он давал сотрудникам широкие полномочия, но требовал постоянно подтверждать свою ценность. Руководителям предлагали представить, что подчинённый решил уйти: если они не стали бы убеждать его остаться, с этим подчинённым следовало расстаться и выплатить ему выходное пособие.

Как поисковая строка превратилась в бизнес на $400 млрд: история Google

Два студента из Стэнфорда придумали новый способ искать информацию и построили на нём технологическую империю

Читайте также

Уходи, когда компания уже умеет жить без тебя

Хастингс руководил Netflix больше 20 лет. Но он не хотел, чтобы компания зависела от одного основателя. Поэтому заранее начал готовить преемников: Тед Сарандос уже отвечал за контент, а Грег Питерс — за продукт и операционное управление. Убедившись, что они способны вести компанию через кризисы без его постоянного участия, Хастингс постепенно передал им повседневное руководство.

После передачи власти Сарандосу и Питерсу Хастингс сначала остался председателем совета директоров, а затем отказался и от этой роли. Он покинул совет в 65 лет — спустя почти 29 лет после основания Netflix.

Уход из компании не означал полного разрыва с ней. Хастингс сохранил долю в Netflix стоимостью в несколько миллиардов долларов. Точно подсчитать, сколько он заработал за всё время существования компании, невозможно: основную часть его состояния составили не зарплата и премии, а выросшие в цене акции компании.

После Netflix Хастингс сосредоточился на благотворительности и образовании. В 2025 году он передал Боудин-колледжу 50 млн $ на программу, посвящённую влиянию искусственного интеллекта на обучение, исследования и общество.

Хочешь быть как Рид Хастингс?

Признавай ошибку до того, как она станет необратимой, и помни: понимание будущего не освобождает от необходимости слышать людей.