Истории

«Кризисная усталость»: что происходит с организмом в условиях постоянного стресса

Истории
Елена Лиханова
Елена Лиханова

Редактор

Елена Лиханова

Когда мы сталкиваемся с угрозой, надпочечники начинают вырабатывать гормон стресса кортизол (усиливает метаболизм и борется с воспалением) и адреналин (ускоряет кровообращение и дыхание). Это биохимическая реакция «дерись или беги» — она помогает либо уйти от опасности, либо справиться с ней.

Но когда кризис длится долго, реакция на стресс начинает угнетать организм. Сейчас чувствовать потерянность и оцепенение совершенно естественно. Психологи называют это кризисной усталостью: тело хорошо приспособлено к временным стрессам, но постоянное давление ему вредит.

«Кризисная усталость»: что происходит с организмом в условиях постоянного стресса

Есть причина, по которой организм готов пережить сильный стресс, то есть очень страшную кратковременную ситуацию: когда мы очень бдительны, нам лучше удается обнаруживать угрозы и уклоняться от них. Но если высокий уровень кортизола сохраняется неделями, это разрушает организм и вызывает беспокойство и бессонницу. Болезнь под названием синдром Кушинга, при которой тело подвергается воздействию высокого уровня кортизола в течение длительного времени, показывает, насколько мощным является этот гормон: он вызывает увеличение веса, повышение давления и даже потерю костной массы. Стресс может убить.

«Наши тела не выдерживают такого уровня нервной нагрузки, — говорит Эдриен Хайнц, психолог из Национального центра ПТСР, который входит в Министерство по делам ветеранов США. — Все начинает рушиться, разваливаться на части. Мы переживаем множество последствий — прямо сейчас мы наблюдаем всплеск тревоги и депрессии по всей стране. Появляются бессонница, разлад в отношениях».

Кризисная усталость проявляется на двух уровнях. На уровне общества она может заставить людей опустить руки и отказаться от гражданской активности. «А почему бы и нет, если все катится к чертям? Давайте просто наслаждаться завтрашним днем», — объясняет Мэтью Флиндерс, директор-основатель Центра сэра Бернарда Крика по общественному пониманию политики в Университете Шеффилда.

Социальные сети и телевидение непрерывно засыпают нас негативными новостями — и эта ситуация знакома как минимум одному поколению. В течение 20 лет после терактов 11 сентября США и Великобритания решали почти непрерывный поток проблем, который привел к эмоциональному истощению населения. Экономический кризис 2008 года, лесные пожары на западе США, все более сильные ураганы на восточном побережье и Брексит — лишь некоторые из них. «Я думаю, что существует большая проблема, поскольку кризисы практически наслаиваются один на другой и рискуют подорвать чувство социальных достижений и стабильности», — сказал Флиндерс.

На индивидуальном уровне постоянная выработка кортизола, гормона, необходимого для выживания, становится тяжким грузом. Большую часть стресса вызывает неопределенность: заражусь ли я COVID-19? Если это случится, пройдет ли болезнь без симптомов или я попаду в реанимацию? Неужели я случайно заражу своих бабушку и дедушку? Будет ли зимой вторая волна пандемии и окажется ли она хуже первой? Никто из нас не сталкивался с такой болезнью, и ни у кого нет нужных знаний, чтобы благополучно ее пережить. «Это совершенно другой тип кризиса, и он просто утомляет нас таким способом, к которому мы не привыкли», — говорит Хайнц.

Это чувство отличается от той неопределенности, которую мы можем испытывать после региональной катастрофы, такой как лесной пожар или ураган, потому что она затрагивает гораздо меньше людей и заканчивается относительно быстро. «Неопределенность присутствует всегда. Это общее свойство катастроф», — говорит Джошуа Морганштейн, председатель Комитета Американской психиатрической ассоциации по психиатрическим измерениям катастроф. Но «эта катастрофа в некотором роде уникальна, так как неопределенность связана с более фундаментальными вещами, длится дольше, чем обычно, и затрагивает гораздо больше людей, чем климатические бедствия».

Никто не знает, что мы будет с нами через год, или месяц, или даже завтра, что делает обычную жизнь сюрреалистичнее. «Мне кажется, сюрреализм наступает, когда ты оказываешься в ситуации, в которой никогда раньше не был. Это очень дезориентирует, — отмечал детский психиатр Фредрик Мацнер в марте, когда по всей стране вступили в силу приказы о самоизоляции. — Если вы когда-нибудь бывали в художественном музее, входили в комнату с большой абстрактной картиной на стене, смотрели на нее и не могли понять, что это такое, то вам становилось не по себе. Вы чувствовали себя некомфортно».

Убийство Джорджа Флойда сотрудниками полиции Миннеаполиса 25 мая усугубило кризис в США. Протесты распространились по стране и всему миру. Иногда столкновения были жестокими: от Миннеаполиса до Лос-Анджелеса и Вашингтона полиция применяла против толпы слезоточивый газ и резиновые пули, а демонстранты поджигали и разрушали здания.

Именно такие события провоцируют выброс кортизола и адреналина, и они, вероятно, продолжат усиливать эмоциональное выгорание людей. Но Хайнц отмечает, что протесты могут стать для страны способом разрядки. «Происходит социальный распад, и сердца устают от коллективного горя, — говорит он. — С одной стороны, мы надеемся на реальные и значимые перемены, а с другой — испытываем глубокое отчаяние. Этот парадокс очень утомляет. Если мы сможем каким-то образом ощутить и потерю, и приобретение, тогда мы подлинно почувствуем свою человечность и, возможно, это станет для нас катарсисом».

Источник.

Нашли опечатку? Выделите текст и нажмите Ctrl + Enter

Материалы по теме

  1. 1 Жизнь после удаленки: как подготовить себя к возвращению в офис
  2. 2 «В Долине ты всегда на нервах и живешь одним днем»
  3. 3 Ходьба по часовой стрелке и прозрачные перегородки: как коронавирус может изменить офисы
  4. 4 Спорт против выгорания: как физическая нагрузка помогает справляться со стрессом

Актуальные материалы —
в Telegram-канале @Rusbase

ВОЗМОЖНОСТИ

14 июля 2020

FoodTech

15 июля 2020

NeuroTech

19 июля 2020

FTh Connection