Top.Mail.Ru
Истории

Научная оптика: почему сомневаться не только можно, но и нужно

Истории
Илья Голубев
Илья Голубев

Редактор RB.RU

Илья Голубев

Издательство «Манн, Иванов и Фарбер» выпустило книгу Адама Гранта «Подумайте еще раз. Сила знания о незнании».

Это книга о том, что не стоит бояться сомнений — сомневаться нормально и даже необходимо. Сомнения лежат в основе научного мышления, а его, по мнению Адама Гранта должны использовать вообще все, а не только ученые.

Мы публикуем (с незначительными сокращениями) главу «Научная оптика», как раз объясняющую на простых примерах, почему нам так нужны сомнения в своей правоте.

Научная оптика: почему сомневаться не только можно, но и нужно

Если по профессии вы ученый, то всегда и все переосмысливаете. Вам платят за то, чтобы вы постоянно очерчивали границы своих знаний.

Вы должны сомневаться в том, что знаете, интересоваться тем, чего не знаете, и обновлять точку зрения в соответствии с полученной информацией.

<...>

Ученый — не только профессия, но и склад ума. Это способность различать проповедь, обвинения и желание угодить.

Мы переходим в режим ученого в поисках истины, когда экспериментально проверяем гипотезы и совершаем открытия.

Научные инструменты — это не только привилегия людей в белых халатах с мензурками, и, чтобы их использовать, не нужно годами склоняться над микроскопом и чашкой Петри.

В жизни гипотез не меньше, чем в лаборатории. Эксперименты могут помочь нам в повседневных решениях.

Так что я задумался: можно ли научить представителей других профессий рассуждать научно и, если да, поможет ли это им делать более разумный выбор?

Научиться эффективному управлению или прокачать свои навыки можно выбрав курс в каталоге курсов управления.

Этот вопрос заинтересовал и четверых европейских ученых.

Чтобы найти ответ, они организовали масштабный эксперимент с участием более сотни основателей итальянских стартапов в сферах технологий, продаж, кулинарии, здоровья, досуга, производства мебели и механического оборудования.

Деятельность большинства из них пока не приносит ощутимого дохода, что идеально для определения влияния научного мышления на результат.

Предпринимателей пригласили в Милан на образовательную программу.

За четыре месяца они научились разрабатывать бизнес-стратегии, опрашивать потребителей, создавать минимальный жизнеспособный продукт и прототип.

Они не знали, что их случайным образом разделили на две группы, экспериментальную и контрольную.

Курс обучения для обеих выстроили одинаково, но в первой поощряли научный подход.

Он заключался в том, что стратегия — это теория, опрос потребителей помогает разработать гипотезу и проверить ее эмпирически с помощью минимального жизнеспособного продукта и прототипа. Потом оставалось только измерить результат и принять решение исходя из того, подтвердилась гипотеза или нет.

За последующий год доходы стартапов из контрольной группы были ниже 300 долларов.

Зато прибыль бизнесов из экспериментальной группы превысила 12 000 долларов, причем доходы и количество покупателей росли в два раза быстрее. Почему?

Предприниматели из контрольной группы держались за прежние стратегии и продукты.

Они предпочли комфорт: превозносить преимущества прошлых решений, искать недостатки в альтернативных вариантах и слушать только тех, кто согласен с текущим направлением.

Предприниматели, которых обучали научному мышлению, наоборот, неоднократно меняли стратегии. Если гипотезы не подтверждались, они пересматривали бизнес-модели.

Любопытно, что обычно великих предпринимателей и лидеров ценят за упорство и дальновидность.

Решительные и неколебимые, они должны подавать пример уверенности и реактивности.

Однако последние исследования, касающиеся оценки продуктов, показывают: лучше действовать медленно и нерешительно.

Как и ученым, бизнесменам не стоит торопиться. Зачем? Чтобы дать себе время передумать. <...>

Не обязательно становиться ученым, чтобы обрести научное мышление.

Академическое образование не гарантирует человеку, что он сумеет использовать полученные знания.

Ученые перевоплощаются в проповедников, благоговейно вещая о любовно взращенных теориях и приравнивая конструктивную критику к святотатству.

Они ступают на путь политиков, покупаясь на популярность в ущерб точности.

А одержимость опровержениями и дискредитацией вместо тяги к открытиям превращает их в прокуроров.

Перевернув физику с ног на голову теорией относительности, Эйнштейн взялся за квантовую революцию: «В наказание за пренебрежение авторитетами судьба сделала авторитетом меня самого».

Порой научного мышления недостает даже великим ученым.

Майка Лазаридиса считали вундеркиндом задолго до создания смартфона.

В средней школе он построил для научной ярмарки солнечную батарею, о которой написали в местных новостях, и получил награду за то, что прочитал все научные книги в библиотеке.

В школьном альбоме за восьмой класс Майк изображен в виде сумасшедшего ученого с молниями, выстреливающими из головы.

Разрабатывая BlackBerry, Майк мыслил как ученый.

У тогдашних беспроводных коммуникационных устройств медленно работали стилусы или была слишком маленькая клавиатура.

Если на них перенаправляли электронную почту, письма загружались целую вечность.

Майк генерировал гипотезы и отправлял команде инженеров на тестирование:

  • Что, если держать устройство обеими руками и печатать двумя большими пальцами?
  • Что, если синхронизировать все устройства с одним почтовым ящиком?
  • Что, если пересылать письма через сервер, чтобы на устройство поступали данные, уже преобразованные в исходную форму?

Пока другие компании догоняли BlackBerry, Майк разбирал и изучал смартфоны.

Его ничто не впечатляло до лета 2007 года, когда он узнал о вычислительной мощности первого iPhone.

«Они запихнули в эту штуку целый Mac», — сказал он.

Дальнейшие действия Майка можно считать началом конца BlackBerry.

Своим успехом он был обязан инженерному мышлению, а провал по большей части стал результатом его неспособности к переосмыслению как руководителя.

Пока iPhone набирал популярность, Майк продолжал верить в характеристики, в прошлом сделавшие BlackBerry сенсацией.

Он считал, что потребителям нужно беспроводное устройство для рабочих писем и звонков, а не карманный компьютер с развлекательными приложениями.

В 1997 году один из лучших инженеров предложил добавить интернет-браузер, но Майк распорядился заниматься только электронной почтой.

Десять лет спустя он все еще считал, что мощный браузер только расходует заряд и занимает каналы беспро- водной связи. Альтернативную гипотезу он не проверял.

К 2008 году рыночная стоимость компании превысила 70 миллиардов долларов, но BlackBerry оставался ее единственным продуктом и браузера у него все еще не было.

В 2010 году коллеги предложили ввести функцию обмена зашифрованными сообщениями.

Майк отнесся к идее положительно, однако его беспокоило, что обмен сообщениями с устройствами конкурентов снизит популярность BlackBerry.

Компания отказалась от этой затеи и упустила возможность, которой позже воспользовался WhatsApp, выросший до стоимости 19 миллиардов долларов.

Как бы ни были велики способности Майка к переосмыслению технических аспектов, он оказался не готов к переоценке рынка для своего детища. Интеллект ему в этом не помог, а может и помешал.

Чем умнее, тем больнее падать

Ментальные лошадиные силы не гарантируют живости ума.

Каким бы мощным ни был мозг, в отсутствие мотивации вы упустите возможности переосмысления.

Согласно исследованиям, чем выше коэффициент интеллекта, тем больше вероятность следовать стереотипам, поскольку в таком случае человек быстро распознает закономерности и цепляется за них.

В недавнем эксперименте выяснилось, что чем человек умнее, тем сложнее ему менять свои убеждения.

<...>

Аналитический склад ума заставляет нас скрупулезно рассматривать результаты, если они соответствуют нашим убеждениям.

Если же они идут вразрез с нашими представлениями, вопрос уже не в математике, а в ответственности.

Чем лучше вы управляетесь с цифрами, тем хуже анализируете закономерности, противоречащие вашей точке зрения.

Либерально настроенные математики менее успешно анализировали данные, касающиеся разрешения на ношение оружия, а консервативные — данные, связанные с его запретом.

Психологи увидели бы здесь по меньшей мере два когнитивных искажения.

  • Первое — это предвзятость подтверждения, когда мы видим только то, что ожидаем.
  • Второе — предубеждение желательности, когда мы замечаем только то, что соответствует нашим чаяниям.

Эти искажения не просто мешают применять интеллект, а превращают его в оружие против истины.

Мы находим причины обращать других в свою веру, осуждать виновных и ловим волну политической популярности. Трагедия в том, что мы не знаем об этих уловках своего мышления.

Мое любимое искажение — когда человек уверяет, что у него «нет никаких искажений», считая себя объективнее других.

Как оказалось, этому в большей степени подвержены обладатели недюжинного ума. Чем выше интеллект, тем сложнее увидеть его границы.

Гениально мыслить еще не значит уметь переосмысливать.

Включая мышление ученого, мы не даем идеям превращаться в идеологии.

Мы не начинаем с ответов и решений, а идем к ним путем вопросов и загадок. Мы не полагаемся на интуицию, а делаем выводы из фактов. Мы относимся со здоровым скептицизмом не только к чужим аргументам, но и к собственным. Научное мышление больше, чем широкие взгляды. Это сознательный отказ от предрассудков.

Ищите, в чем вы можете быть неправы, — а не наоборот, — и переоценивайте свое мнение в соответствии с новой информацией.

В остальных перечисленных режимах мышления это невозможно.

Для проповедника изменение взглядов — признак легкомыслия, а для ученого — свидетельство интеллектуальной работы.

Для прокурора согласиться с чужим мнением означает признать свое поражение, а для ученого это шаг к истине.

Политик меняет курс, как ослик, бегущий за морковкой, а ученый — под влиянием логики и фактов.

<...>

Изучив деятельность таких выдающихся научных авторитетов, как Лайнус Полинг и Джонас Солк, психолог Михай Чиксентмихайи пришел к выводу, что от коллег их отличала гибкость мышления, готовность «под влиянием обстоятельств бросаться из одной крайности в другую».

То же можно сказать о великих художниках, и это подтвердилось в исследовании работы известных архитекторов.

Не переставайте сомневаться

Изучая процесс переосмысления, я заметил, что он цикличен.

Начинается он с интеллектуальной скромности — признания того, что мы чего-то не знаем.

У каждого из нас наберется длинный список тем, в которых мы несведущи.

<...>

Признав свою неосведомленность, мы открываем двери сомнению. Не доверяя имеющейся информации, мы начинаем искать дополнительную. Поиск приводит к новым открытиям, которые подпитывают скромность, демонстрируя, как много нам еще предстоит узнать. Знание — сила, а признание неведения — мудрость.

В научном мышлении скромность стоит выше гордыни, сомнение выше уверенности, любознательность выше убежденности.

Отключив режим ученого, из цикла переосмысления мы попадаем в цикл самонадеянности.

Проповедуя, не увидишь пробелов в своих знаниях: все затмевает иллюзия обретенной истины.

Гордость больше способствует уверенности, чем сомнениям, что превращает нас в прокуроров: мы хотим изменить чужое мышление, а свое сохранить неприкосновенным.

Это приводит к предвзятости подтверждения и предубеждению желательности.

<...>

Майк Лазаридис попал в цикл самонадеянности, потому что возгордился успешным изобретением и расслабился.

Яснее всего это доказывает его предпочтение клавиатуры тачскрину.

Он превозносил клавиатуру в BlackBerry и осуждал ее отсутствие у Apple.

Когда акции компании начали падать в цене, Майк пал жертвой предвзятости подтверждения, предубеждения желательности и одобрения поклонников.

«Это культовый продукт, — говорил он о BlackBerry в 2011 году. — Его используют бизнесмены, его используют лидеры, его используют звезды. К 2012 году iPhone захватил четверть международного рынка смартфонов, но Майк все еще сопротивлялся экранной клавиатуре.

«Я этого не понимаю, — сказал он на встрече директоров, показывая на смартфон с тачскрином. — BlackBerry выбирают в числе прочего за клавиатуру».

Как политик, выступающий только за свою партию, он видел лишь миллионы пользователей, предпочитающих клавиатуру, и закрывал глаза на миллиарды потенциальных покупателей, которые хотят печатать прямо на экране.

Когда Майк наконец начал пересматривать свое отношение к экрану и программному обеспечению, некоторые инженеры воспротивились инновациям.

Отказ от переосмысления заразен.

В 2011 году один из сотрудников, занимавший не последнее место в компании, отправил Майку и второму директору анонимное открытое письмо: «Мы смеялись над теми, кто пытался сделать из телефона компьютер, и думали, что у них ничего не получится. А теперь мы отстали от них на три-четыре года».

Своей самонадеянностью мы сами себя заключаем в тюрьму. Чтобы избежать этого, надо не медленнее думать, а быстрее переосмысливать. Именно это уберегло Apple от банкротства и сделало самой дорогой компанией в мире.

По легенде, своим расцветом Apple обязана одинокому гению Стиву Джобсу.

Считается, что iPhone появился на свет благодаря его уверенности и дальновидности.

На самом деле Джобс был категорически против смартфонов. Перспективным это направление сочли сотрудники, и им удалось переубедить главу компании. Он, безусловно, мыслил неординарно, но переосмысливали за него подчиненные.

Надоевшие отговорки от переосмысления

  • Здесь это ни за что не сработает
  • Мой опыт подсказывает другое
  • Это и так сложно, давайте не будем усложнять еще больше Мы так всегда делали

 В 2004 году несколько инженеров, дизайнеров и маркетологов предложили Джобсу превратить хитовый продукт компании, iPod, в смартфон.

«Да на кой нам это надо? — рявкнул Джобс. — В жизни такого бреда не слышал».

В коллективе заметили, что функция воспроизведения музыки в смартфонах пользуется спросом, но Джобс боялся, что это снизит продажи iPod.

Он терпеть не мог мобильных операторов и не хотел плясать под их дудку.

Когда звонки не проходили или смартфон зависал, Джобс иногда в ярости разбивал его вдребезги.

На частных встречах и публичных выступлениях он не раз зарекался заниматься разработкой телефонов.

Но инженеры Apple уже начали исследования и совместными усилиями убедили Джобса, что его познания не безграничны, чем посеяли в нем сомнения.

Они настаивали, что можно сделать смартфон, который всем понравится, и в то же время предъявить операторам свои условия.

Согласно исследованиям, когда человек сопротивляется переме- нам, его проще убедить, объяснив, чего они не затронут. А самыми привлекательными кажутся перемены, ведущие к постоянству. Стратегии меняются, а идентичность остается.

Приближенные к Джобсу инженеры поняли, что это самый действенный способ заставить его передумать. Они заверили, что не собираются превращать Apple в компанию, зацикленную на телефонах.

Компьютеры всегда будут на первом месте, а они просто предлагают добавить функцию телефона к существующему продукту.

Раз можно носить в кармане двадцать тысяч песен, почему не положить туда еще что-нибудь?

Они переосмыслят технологии, но суть останется прежней.

После полугода переговоров Джобс наконец дал добро, и две команды ринулись исследовать, стоит ли расширять функционал iPod до смартфона или лучше поместить Mac в миниатюрный планшет с функцией звонков.

Всего через четыре года после выпуска iPhone обеспечивал половину доходов компании.

iPhone — это колоссальный прорыв в переосмыслении смартфона.

После его появления все инновации стали поступательными: варьировались форма и размеры, улучшались камеры, росла емкость аккумулятора — и при этом основательные изменения в назначении устройства и опыте пользователя можно пересчитать по пальцам.

Переосмысли Майк Лазаридис свое детище, интересно, к чему привела бы конкуренция BlackBerry и iPhone?

Проклятье знаний в том, что они перекрывают путь к восприятию непознанного. Чтобы трезво мыслить, надо уметь — и хотеть — расширять горизонты.

Скажу с уверенностью, что в жизни переосмысление становится все более насущной привычкой. Разумеется, я могу ошибаться и с готовностью переоценю свою точку зрения, если это так.

Фото на обложке: T.Dallas/Shutterstock

Нашли опечатку? Выделите текст и нажмите Ctrl + Enter

Материалы по теме

  1. 1 Расследование о крипте. Отрывок из книги «На шифре. Инсайдерская история криптовалютного бума»
  2. 2 90 этажей мало, нужно 163: секреты планирования из книги «Управляй как шейх»
  3. 3 История Веры Фирсановой: как в 19 веке девушка развила успешный строительный бизнес
  4. 4 Кто покупает Ferrari: портреты клиентов из биографии Энцо Феррари
  5. 5 Студенчество Баффета: первые вложения инвестора

ВОЗМОЖНОСТИ

16 июня 2024

16 июня 2024