YOUNG

Как студенты ВШЭ запустили проект Boss Kids и учат детей обращаться с деньгами

YOUNG
Екатерина Гаранина
Екатерина Гаранина

Редактор Rusbase

Екатерина Гаранина

Константину Сейланову и Магомеду Расулову по 22 года: они познакомились в соцсетях и вместе учатся во ВШЭ. Год назад они решили открыть школу финансовой грамотности Boss Kids, в которую вложили 1,2 млн рублей личных средств. Открытие не обошлось без казусов: молодые предприниматели забыли сделать сайт и первые две недели были без клиентов. 

Сейчас в школе обучается 74 человека. Пандемия заставила предпринимателей переработать курс для онлайна: «Мы заранее понимали, что будет карантин, и оперативно перевели курс в другой формат. Благодаря этому число учеников выросло в два раза». 

Константин и Магомед рассказали о том, почему ради проекта оставили стабильную работу, сколько уходит на привлечение лидов и зачем нужно учить детей финансовой грамотности.

Как студенты ВШЭ запустили проект Boss Kids и учат детей обращаться с деньгами

Тебе ещё нет 25 лет и ты предприниматель? Успей подать заявку на Rusbase Young Awards 2020 — и стань частью российского бизнес-сообщества!



Бизнес в цифрах

  • Дата основания: январь, 2019 
  • Оборот за 2020: 1 134 000 рублей
  • Оборот за первый квартал 2020: 648 500 рублей
  • Суммарные инвестиции за 2019 год составили порядка 1 200 000 рублей
  • NPS score: 94,2%
  • Клиентов в данный момент: 74 ученика
  • Прошло обучение: 247 человек
  • Число сотрудников: 14
Константин Сейланов

Сооснователь
Магомед Расулов

Сооснователь

Константин: Я и Магомед познакомились еще до начала учебы через соцсети и стали хорошими друзьями. На четвертом курсе нам в голову одновременно пришла идея открыть школу финансовой грамотности — в тот момент мы на парах исследовали проблемы финансовой грамотности в России. Подумали, что эту проблему нужно решать комплексно и лучше всего начинать сразу с детей.
К тому моменту основания Boss Kids я успел поработать в нескольких стартапах, а Магомед — в дочерней компании «Газпрома».

— Магомед, то есть ты ради проекта оставил работу в корпорации со стабильной зарплатой и возможностью карьерного роста?

Магомед: Я был младшим аналитиком в проектном офисе АГПЗ (Амурский газоперерабатывающий завод), и это был мой первый серьезный опыт работы, причем у меня все получалось. Но я чувствовал, что это не мое. Испытывал неловкое ощущение: однокурсники уже работали, а я понимал, что не нашел себя.

Не могу сказать, что я жил идеей открыть какой-то бизнес срочно — не видел нишу, которая бы сильно нравилась. Мы просто сидели на паре, рассуждали о финансовой грамотности и поняли, что детям никто не рассказывает про это.

— Почему это вообще нужно объяснять? В школе же преподают экономику.

Константин: Экономика — это теория, а финансовая грамотность намного шире. Она включает в себя знания о том, как устроена экономическая система и как что работает, некоторые умения и мотивацию работать, накапливать капитал. Есть исследования, которые говорят что Россия находится на уровне стран третьего мира по знанию финансовой грамотности.

Среди стран G20 Россия ощутимо ниже других стран по этому показателю. Когда мы открывали бизнес, мы закрывали в том числе свою боль. Я поступил на экономфак, потому что не знал, кем точно хочу быть, но понимал, что это мне пригодится в жизни.

Финансовое мышление и понимание, как устроена экономика, может существенно упростить жизнь. Например, надо знать, как избежать долговых ям, планировать бюджет и накапливать деньги, эффективно их использовать через кешбек-сервисы, депозиты и т.д. Сейчас есть много разных способов получения доходов, например, стриминг и донаты. Важно понимать, как работают деньги и как ими грамотно управлять, чтобы не прогореть. Если каждый человек будет разбираться в этом, у нас будет другая страна.


— Вы уверены, что это все так нужно в регионах? У среднестатистического россиянина в регионе зарплата не зависит от финансовой грамотности. Возможно, поэтому, у нас такой уровень грамотности — люди предпочитают делать то, что им поможет в работе или увеличении дохода.

Магомед: Если ты хочешь что-то поменять в своей жизни, нужно изучать новое. Поэтому самообразование — это конкурентное преимущество в будущем. Нашему обществу есть куда расти. Коронавирус показал, что люди оказались не готовы: у многих не было финансовой подушки. Но все начинается с изменения мышления.

Константин: Важно уметь планировать, распределять средства. Сегодня в России много людей, которые имеют два кредита и должны банкам вдвое больше, чем они зарабатывают.


Константин и Магомед, август 2020

«Забыли сделать сайт перед открытием» 

— Вы решили создать свою школу. Какими были ваши первые шаги?

Константин: После идеи мы сразу начали действовать — в итоге открылись через два месяца. Сперва мы вдвоем создали программу, затем начали искать помещение. Смешно, но за день до открытия поняли, что забыли создать сайт, чтобы привлекать клиентов.

Первые две недели мы простаивали. Попробовали раздавать листовки, но поняли, что это не работает. В итоге перешли на рекламу в онлайне и долго общались с потенциальными клиентами и рассказывали, кто мы такие, зачем нужна финансовая грамотность и почему это важно. Нам очень помогло то, что мы составили качественную программу: после пробного занятия многие оставались. 

— Сколько у вас сотрудников?

Магомед: Первые шаги мы делали вдвоем. Потом поняли, что нам нужен еще один человек, с которым мы могли бы советоваться. Так в кофаундерах появился мой брат — тоже студент «Вышки». У него большой опыт в построении бизнес-процессов и оценке бизнеса — на тот момент он работал в Ernst & Young и был готов трудиться за идею. Затем мы нашли специалиста через Hh.ru, но потом у нас возникли трения и через пару месяцев мы расстались. Потом в команду пришла Анастасия Ливандовская. Сейчас в команде помимо нас еще восемь человек: это преподаватели, авторы курсов и координатор.

— Когда вам удалось выйти в плюс?

Магомед: Уже на 2-3 месяц работы, так как почти все мы делали своими руками. Сейчас что-то делегируем. Траты возросли, но 40% от выручки остается.


— Как вы разрабатываете курсы? Смотрите на популярные темы или нужность?

Константин: Перед созданием курса мы делаем cusdev с группой лояльных клиентов, выявляем их боли, потребности и только потом планируем курс. Самый популярный и он же наш базовый — «финансовая грамотность».

Ключевую роль в наших занятиях играет вовлечение учеников: есть много элементов геймификации, которые связаны между собой. У нас есть методологи, которые разрабатывают программы под нас. Есть программы с внешними специалистами, например, с экспертом из Кремниевой долины, инвестиционным аналитиком Евгением Якушевым. Но в целом мы справляемся своими силами.

Как самоизоляция сказалась на школе

— COVID-19 заставил вас перейти из офлайна в онлайн. Расскажите, как это было.

Магомед: Мы развивались без внешних инвестиций на личные сбережения, поэтому масштабироваться было сложно. Понимали, что под школу будет сложно найти финансы. До карантина мы существовали 10 месяцев. Оффлайн-формат накладывал ограничения: люди ходили в выходные, а остальные пять дней помещение пустовало. Плюс, это сезонный бизнес: сентябрь-октябрь спрос есть, после он падает и снова растет только в феврале-марте.

Я в основном читаю зарубежные источники, Twitter, например, и в начале марта понимал, что дело движется к ограничениям. Поэтому нам быстро удалось среагировать на самоизоляцию. Мы с Костей собрались в кафе, создали лендинг на онлайн-обучение и начали переводить программы в онлайн. С этим было сложности: как я уже говорил, у нас много элементов геймификации.

За месяц мы показали такой рост, которого не было в офлайне за год. Офлайн у нас обучалось 30 человек. А онлайн — 109.

Когда мы начинали, школ финансовой грамотности было не так много. Стоимость привлечения одного лида была две тысячи рублей. Сейчас 200-300 рублей.
Мы рады, что с нами осталось большинство клиентов. Мы не делаем рекламу на регионы, а работаем только с Москвой — 80% наших клиентов из столицы. Тут более платежеспособная аудитория, которая готова вкладываться в развитие детей. Мы знаем эту аудиторию и умеем с ней работать. Но из регионов клиенты есть — порядка 20-30 человек. Есть экспаты из Барселоны, США и Израиля. И это не платный трафик.

Константин: Карантин показал, что мы можем работать и онлайн. Мы увидели возможности: такая модель больше масштабируется.


«Рынок новый и открытый» 

— Сколько людей остается после пробного занятия?

Магомед: Для родителей это возможность попробовать формат обучения, а для преподавателя — понять, вписывается ли ученик. Конверсия в продолжение обучения — 90%. 80% клиентов после прохождения курсов покупают второй.

— Кто ваши конкуренты и чем вы по факту отличаетесь от инфобизнеса?

Магомед: Мы даем практическую информацию. И не даем советы, как зарабатывать. У нас фокус на знаниях, которые нужно применять на практике. Есть понятная научная часть: теории менеджмента и практики, как составлять бизнес-план. Мы переводим это все на язык, понятный подросткам и добавляем геймификацию.
Если говорить про конкуренцию, то наш рынок новый и открытый. Мы не чувствуем конкуренцию и не можем сказать, что кто-то съедает наш кусок. Когда мы открывались, то на были KidsMBA и KinderMBA, но ничего про их программы не скажу. С KinderMBA мы пару раз пересекались в онлайне.




— К вам относились предвзято из-за молодого возраста?

Константин: Скорее, обманывали. Мы арендовали помещение у человека — заплатили 80 тысяч рублей. А потом оказалось, что сам арендатор — посредник, который съехал и не заплатил аренду хозяину помещения. Это был для нас ощутимый удар. Мы нашли юристов, составили все документы для суда и через месяц получили всю сумму обратно.

— Вы как основатели получаете зарплату?

Константин: Мы строим глобальную историю, поэтому деньги из проекта почти не забираем. И постоянно вкладываемся в развитие — улучшаем автоматизацию, методологию и не только.  


Юрий Ярцев
Основатель и куратор школы стартапов RUSSOL

Ниша бизнес-школ для подростков практически не занята. Предприниматели делают разные попытки, у кого-то как у Kids Mba они удачные, но чаще всего инициативы проваливаются. Из отечественных школ на мой взгляд пока никто не нащупал ценности. А больших денег на широкий пиар, как было у sv.camp (имеется ввиду реклама в фильме Юрия Дудя. — Прим.), нет.

Сейчас стоимость порога может быть ограничена несколькими сотнями тысячей рублей и настойчивостью основателей, а спрос только начинается формироваться. Это сделано в том числе тем самым фильмом Дудя про Кремниевую долину, а также карантином. Родители, которые переживают за своих детей стали понимать, что никакого другого дяди, который даст тебе работу, кроме тебя самого, нет. А школы для юных предпринимателей могут стать палочкой-выручалочкой.

Мы в RUSSOL стали присматриваться к подросткам в прошлом году и запустили курс для подростков, который сейчас хотим сделать открытым и бесплатным. Взрослым сложнее изменить убеждения и преодолеть страхи неудач и ошибок. Кроме того, взрослым сложнее воспринимать советы менторов или отзывы первых пользователей продукта, особенно критичные. У подростков пока еще нет такого багажа, они смелее. 

В бизнес-образовании подростков мы все конкуренты.  Если у Boss Kids получится сделать лучше, быстрее, качественнее, выиграет всегда общество. А в этом плане и мы, и они — партнеры, потому что работаем с одной целью.  

Советую отдать ребенка на курс финансовой грамотности, чтобы научить его считать деньги. А чтобы уметь считать деньги, их нужно ценить. Чтобы ценить деньги, нужно научиться зарабатывать самому.



Подробнее о том, зачем отдавать ребенка в бизнес-школу и какие школы финансовой грамотности и предпринимательства есть в России, можно прочитать тут.


Фото: личный архив героев

Нашли опечатку? Выделите текст и нажмите Ctrl + Enter

Материалы по теме

  1. 1 «Ты можешь записываться с нулевым бюджетом и делать классно». Кристина Вазовски — о бизнесе на подкастах
  2. 2 Как выпускник МГУ развивает приложение LikePay в Японии
  3. 3 Как в 21 год запустить маркетплейс в реселле

Актуальные материалы —
в Telegram-канале @Rusbase