Аналитика

«Люди должны привыкнуть к нейрогаджетам так же, как к смартфонам»

Аналитика
Наталья Колодинская
Наталья Колодинская

Журналист, автор статей.

Елена Черкас

Возвращать способность двигаться парализованным пациентам, управлять поведением живого существа по FM-радиоканалу или играть в приставку «силой мысли» — все это стало реальным благодаря нейроинтерфейсам. И если раньше технология использовалась исключительно в медицинских лабораториях, то теперь она вышла на глобальный рынок — разработкой интерфейсов «мозг-компьютер» занимаются в том числе Марк Цукерберг и Илон Маск. 

RB.RU пообщался с российскими учеными и предпринимателями о коммерческом потенциале нейрогаджетов в России и за рубежом, а также о том, сколько стоит создать компанию в этой области. 

«Люди должны привыкнуть к нейрогаджетам так же, как к смартфонам»

Cодержание:

 

Интерфейсы «мозг-компьютер» — с чего началась технология

Нейроинтерфейсы пришли в бизнес и, соответственно, в нашу повседневность из медицины. Поэтому их первая функция заключается в том, что они позволяют пациентам вести полноценную жизнь в случае утраты какой-либо функции: возможности самостоятельно двигаться или говорить. По мере развития технологии открывались и другие возможности — например, глубинно изучать мозг, в том числе его взаимодействие с внешними устройствами. И, наконец, индустрия развлечений тоже не осталась в стороне: управлять силой мысли можно в компьютерных и настольных играх, мобильных приложениях и даже в формате VR. 

История интерфейсов «мозг-компьютер» началась почти сто лет назад. В 1924 году немецкий психиатр и нейрофизиолог Ганс Бергер, которого считают «отцом» электроэнцефалографии (ЭЭГ), впервые зафиксировал электрические сигналы на поверхности головы. 

Следующий шаг — изобретение первого нейроинтерфейса — был сделан в 50-е годы профессором физиологии Йельского университета Хосе Дельгадо. Ученый разработал «стимосивер» — прибор размером всего с пятидесятицентовую монету, который можно было вживлять в мозг и управлять поведением испытуемого по FM-радиоканалу. 

Как сделать контент для соцсетей с одним смартфоном — по ссылке

В 1963 году в родной Испании Дельгадо провел зрелищный эксперимент, для которого отобрал двух агрессивных быков. Животным вживили нейроинтерфейс, чтобы управлять их поведением. Профессору даже удалось остановить одного быка прямо перед собой

Новый виток эволюции нейрогаджетов произошел в 1998 году, когда устройство впервые было внедрено в мозг человека. Таким образом нейрохирург Филип Кеннеди вернул подвижность Джонни Рэю, которую тот потерял после инсульта. В результате операции пациент научился двигать курсором с помощью «силы мысли». 

С начала 2000-х годов началось производство коммерческих нейроинтерфейсов, которые используются уже не только в медицинских целях. Так, настольная игра Mindball, где участники управляют катающимся по столу мячиком с помощью электрической активности своего мозга, появилась на рынке еще в 2003 году. 

 

Перспективы развития рынка интерфейсов «мозг-компьютер» 

К 2027 году совокупный годовой темп роста рынка интерфейсов мозг-компьютер (brain-computer interface — BCI) составит 14-15 % в год. К этому моменту он достигнет $3,85 миллиардов. Аналитики консалтинговой компании Allied Market Research объясняют рост индустрии тем, что нейрогаджеты, решающие медицинские проблемы, становятся все более востребованными во всем мире. 

Возьмем для наглядности самый крупный на данный момент рынок нейроинтерфейсов — США, — где, по статистике Национального института психического здоровья, 1 из 4 американцев страдает от заболеваний, связанных с нарушенной мозговой активностью.

Другая проблема, в борьбе с которой помогают интерфейсы «мозг-компьютер», — деменция. По данным Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ), в 2020 году в мире насчитывалось около 50 миллионов людей с эти заболеванием. И ежегодно статистика пополняется около 10 миллионами новых случаев. Причем, по прогнозам ВОЗ, общее число людей, страдающих деменцией, составит около 82 миллионов человек в 2030 году и 152 — к 2050 году.

Важно отметить, что сегодня сегмент BCI охватывает не только медицину, из которой технология вышла в «массы», но и промышленность, военный сектор, спорт, образование, HR и сферу развлечений. Современные нейрогаджеты регистрируют активность головного мозга в виде сигналов магнитоэнцефалограмм (МЭГ), электроэнцефалограмм (ЭЭГ) и ближней инфракрасной спектроскопии. 

 

Мозг и ключ

Jolygon/Shutterstock

Особенность заключается в том, что эти методы регистрируют не только реальные действия человека — например, движения конечностями или моргание, — но и воображаемые. Именно это позволяет вернуть возможность общаться и двигаться пациентам, которые утратили эти функции в результате травмы или заболевания.

 

Рынок нейрогаджетов в России

По информации компании «НейроЧат», российский рынок «Нейронет» возник около пяти лет назад. Сейчас в этой области насчитывается около 30 отечественных стартапов. 

Основатель i-Brain.Tech — компании, создающей нейротренажеры для восстановления и совершенствования двигательных функций — Константин Сонькин считает, что глобально отрасль интерфейсов «мозг-компьютер» находится сегодня на переломном этапе развития. По его подсчетам, точку первого хайпа она уже прошла — люди массово познакомились с концепцией, когда в разработку включились такие бренды как Facebook, Neuralink Илона Маска и Valve. Теперь пришло время доказывать делом ценность этой технологии.

Что касается нынешнего нынешнего состояния рынка интерфейсов мозг-компьютер, эксперты материала сходятся в двух мнениях. Во-первых, индустрия выжидает момента, когда технология сможет проявить себя в полной силе — российский сегмент еще находится в начальной стадии своего развития. Во-вторых, пандемия повысила интерес к решениям, направленным на мониторинг состояния здоровья. В том числе наших когнитивных процессов.

Так, российская компания «НейроЧат» разрабатывает интерфейсы, которые позволяют набирать текст на экране с помощью электроэнцефалограммы — записи биоэлектрической активности мозга с поверхности головы. И если изначально аппарат разрабатывался для людей с ограниченными речевыми и двигательными функциями, то сейчас им пользуются клиенты и без нарушений. 

По словам генерального директора Наталии Галкиной, с начала пандемии начался рост спроса на когнитивные тренинги, которые позволяют людям развивать свою память и концентрацию. Прежде всего это объясняется тем, что многие переболевшие COVID-19 отмечают ослабление когнитивных способностей. Вторая причина — на ухудшение их качества влияет и самоизоляция. 

«Без офлайн-общения и новых впечатлений у нас затормаживается когнитивная деятельность. Мозгу необходима "живая пища" из внешнего мира, которую нельзя получить за просмотром новостей или фильмов»

И, наконец, отсутствие физических нагрузок также снижает способность концентрироваться и запоминать. Из-за набора этих факторов люди без таких диагнозов как детский церебральный паралич, рассеянный склероз и других нейронарушений начали прибегать к когнитивным тренингам. 

Другой российский проект — Brainstorm — разрабатывает нейростимуляторы, которые с помощью направленного воздействия на определенные зоны мозга способствуют изучению иностранных языков, развитию математических способностей и решению других интеллектуальных задач. 

По словам основателя стартапа, кандидата биологических наук Тимофея Глинина, сейчас сложно выводить новые технологии на российский рынок. Это объясняется пандемией и, как следствие, сложной финансово-экономической ситуацией в стране в целом: «Сейчас приоритет в том, чтобы не откатываться назад». 

Еще один негативный фактор, связанный с COVID-19 — это закрытие офлайн-магазинов во время карантина. «Для популяризации нашего аппарата важно, чтобы люди «встречались» с ним вживую. На примере магазинов Madrobots мы тестировали, как продавцам нужно общаться с посетителями. Наша целевая аудитория — представители интеллектуальных и часто прикладных профессий: инженеры, программисты, врачи, ученые из разных областей. Для них важно досконально разобраться в принципах работы устройства, прежде чем его покупать. Теперь мы лишились возможности лично коммуницировать с нашей ЦА, ведь даже после снятия карантина люди все равно стали меньше ходить в офлайн-магазины». 

Другой офлайн-формат, реализации которого помешала пандемия — это презентация аппаратов в ортопедических салонах, особенно в регионах. По мнению Тимофея, в таком формате между клиентом и консультантом происходит более активная и открытая коммуникация. «Это не как в аптеках, куда вы заходите на пять минут, чтобы купить сироп от кашля. В ортопедических салонах пациенты делятся проблемами, подробно рассказывают о болячках. Такой открытый диалог позволяет продавцу детальнее считать запрос и предложить гаджет, который поможет человеку». 

В самом Brainstorm ситуация следующая: COVID-19 действительно тормозит темпы развития бренда, однако это компенсируется последствиями пандемии. Например, повышенным интересом к ЗОЖу (здоровому образу жизни), а также тем фактором, что люди стали больше свободного времени проводить дома, чтобы уменьшить риск заражения. В итоге получается, что сейчас нет развития, но и критического спада также не наблюдается.

 

мозг и очки

Jolygon/Shutterstock

Пандемия ощутимо повлияла и на работу «НейроЧата». Прежде всего — и эта тенденция сказалась на всех областях бизнеса — работа компании перешла в сеть. До весны 2020 года сотрудники «НейроЧата» вживую общались с участниками «Московского долголетия» — проектом, который работает с москвичами старшего поколения. До локдауна и последующих ограничительных мер эксперты компании вели офлайн-группы с участниками проекта.

Также год назад «НейроЧат» индивидуально приезжал на дом к возрастным клиентам, чтобы показать им, как правильно пользоваться нейрогарнитурой, настроить программу или провести полноценный нейротренинг со специалистом компании. Сейчас основные занятия перешли в сеть, а точнее, в Zoom. 

Впрочем, несмотря на сложности, появившиеся из-за пандемии, Наталия Галкина считает, что при наличии инвестиций сейчас лучший момент для усовершенствования имеющихся разработок. Вынужденная пауза дает время на то, чтобы доделать, переделать технологию и выйти на рынок уже с улучшенной версией. С практикой, правда, будет сложнее — больницы и реабилитационные центры все еще работают в особом режиме из-за пандемии.


Читайте по теме:

«В будущем все наше тело будет напичкано датчиками» — интервью с нейробиологом Сколтеха и главой neurotech-стартапа


 

Кому интересны нейрогаджеты? 

Если говорить о востребованности конкретных BioTech-решений в разных регионах мира — в США, в странах Западной и Восточной Европы, в Азии, — то запрос будет разным. По словам Константина Сонькина, в России наблюдается уклон в сторону нейрореабилитации. Эксперт считает, что у этой области высокий потенциал для работы с передовыми технологиями. А также в ней дефицит решений, которые уже внедрены в клиническую практику для облегчения процесса реабилитации. 

А вот внутри России география незначительно влияет на клиентские запросы — по наблюдению экспертов, девайсы заказывают по всей стране. Однако предприниматели отмечают, что крупные города, такие как Москва, Санкт-Петербург, Краснодар, все-таки проявляют больший интерес. Создатель Brainstorm объясняет это тем, что жители миллионников могут напрямую приехать в магазин и самостоятельно забрать аппарат. А вот в регионы его можно отправить только посылкой — впрочем, это не мешает получать заказы из маленьких городов или даже деревень. 

Константин Сонькин считает, что применение нейроинтерфейсов в России начинается с государственных или корпоративных клиентов — клиник, центров реабилитации, спортивных клубов. Так, в рамках стартапа i-Brain.Tech были созданы методики, способствующие восстановлению после инсультов и травм мозга, а также технологии для спортивной медицины. 

Неочевидную закономерность можно наблюдать в формировании спроса по отраслям. О ней рассказывает кандидат технических наук Эдвард Крыжановский, основатель «Телебиомет» — компании, которая разрабатывает первые в России нейроинтерфейсы на базе ближней инфракрасной спектроскопии.

По словам предпринимателя, BioTech-решениями в образовательной сфере интересуются повсюду, даже если мы берем такие отдаленные от столицы регионы, как Якутия или Дальний Восток.

А вот технологии для HR заказывают, как правило, в головных офисах корпораций — чаще всего в Москве. 

Если говорить о среднем возрасте пользователей нейрогаджетов — на примере Brainstorm, — то он составляет 25-40 лет. Тимофей Глинин отмечает, что это люди активного возраста, которые начинают обращать внимание на свое здоровье и искать способы увеличить продуктивность. 

 

Что мешает, а что способствует развитию рынка нейроинтерфейсов в России

В цикле формирования нового рынка Константин Сонькин выделяет три основных фактора:

  • ценность разработки,
  • ее доступность,
  • открытость значительной части потребителей инновациям.
В этом смысле наличие сильной технической школы в России позволяет создавать более бюджетные технологии. С другой стороны, основатель i-Brain.Tech говорит о многочисленных правовых барьерах и общей культурной консервативности клиентов – и, в частности, россиян. Причем о последней сложности так или иначе упоминают все эксперты — это недоверие к аппаратам, которые воздействуют непосредственно на мозг.

Однако есть и хорошая новость: разработчики замечают, что страх перед нейроинтерфейсами постепенно уходит, а интерес, наоборот, растет. «Изначально такие сложные, связанные со здоровьем технологии эффективнее внедряются через рынок для людей с нейрозаболеваниями. Потом они приходят на рынок для “ленивых” — массовый рынок, потому что нейроинтерфейсы — это удобно». 

Причем Сонькин уверен, что в ближайшем будущем такие гаджеты будут повсеместно использоваться в обычной жизни: дома, на рабочем месте, при спортивных тренировках. Их функции можно сравнить со смарт-часами — только у нейроинтерфейсов гораздо бó‎льшие возможности по мониторингу и тренировке функций мозга.

Наталия Галкина подтверждает слова коллеги — проблемы при работе с законодательством она называет главным подводным камнем. Ввиду того, что «НейроЧат» является коммуникационным устройством без медицинской сертификации, не все учреждения рискуют покупать такие аппараты. А оформить ее можно только в том случае, если есть официально одобренная врачами методика — что невозможно для таких интерфейсов «мозг-компьютер»: ведь они ничего не лечат и не диагностируют, а дают пациенту возможность восстановить связь с внешним миром. По словам предпринимательницы, над решением этого вопроса сейчас работает «Платформа НТИ». 

Если юридические нюансы притормаживают развитие рынка нейротехнологий, то государственная поддержка — гранты, нейронет-центры, акселераторы — действительно поддерживают предпринимателей, говорят все эксперты. Вместе с тем — добавляет Константин Сонькин — затраты на бюрократию зачастую превышают стоимость основных работ. 

«Это безусловно нужно менять — разработчики и ученые не должны на самых первых шагах упираться в жесткого и циничного чиновника»

Системы, где нет такого бюрократического давления, самые эффективные в мире. Израиль и Кремниевая долина в США — две точки с самым большим количеством стартапов на душу населения и с самой лояльной бюрократией, говорит основатель i-Brain.Tech. 

 

Финансовый вопрос: сколько стоит запустить стартап, где искать деньги и как быстро окупятся инвестиции

Существует мнение, что стартапы в сфере высоких технологий — это непомерно дорого, и что за подобными инвестициями нужно ехать на Запад. Эксперты материала на собственном примере опровергают этот миф и рассказывают, где найти достойное финансирование в России.

Эта некоммерческая организация была создана, чтобы объединить предпринимателей и ученых для развития технологических рынков в России. Всего насчитывается девять базовых отраслей, одна из которых — нейрокоммуникации. Бизнес может обратиться в НТИ за финансовой поддержкой в виде грантов или инвестиций в размере до 500 млн руб. 

  • Краудфандинг

Удачное проведенная кампания на краудфандинговой площадке помогает убить не двух, а сразу трех зайцев: собрать деньги, протестировать продукт и прорекламировать его. 

Так, часть денег на создание и запуск Brainstorm — более 1,2 млн рублей — команда собрала на российской платформе Boomstarter. Выбор именно отечественной площадки, а не глобально известной Kickstarter, Тимофей объясняет тем, что эта ниша была и все еще остается свободной в России. 

  • Бизнес-инкубаторы: российские и зарубежные

Причем такие консорциумы могут работать как на базе университетов, так и независимо. Генеральный директор «НейроЧат» рекомендует идти именно в них, если у вас есть оформленная идея. 

Так, бизнес-инкубатор «Ингрия», работающий с технологическими компаниями Санкт-Петербурга, помогает искать инвестиции и выстаивать сотрудничество, в том числе иностранное, со сторонними структурами. В частности, дает возможность своим резидентам получить доступ к контактам экспертов, инвесторов и крупных компаний-партнеров. 

Именно благодаря ему команда Brainstorm получила грант на развитие новых проектов в Китае. По словам Глинина, в Поднебесной выгодно запускать производство, однако процесс реализации аппаратов пока вызывает у него сомнения, и команда изучает юридические нюансы договора. 

  • Фонды 
Фонд содействия инновациям

Или Фонд Бортника — это организация, которая поддерживает предпринимателей, в ее конкурсных отборах могут участвовать как школьники, так и крупный бизнес. Согласно данным за 2018 год, за 25 лет фонд профинансировал 32 тыс. проектов, 6900 из которых — стартапы, созданные при его же поддержке. При отборе жюри смотрят на три критерия: оригинальность идеи, ее рыночные перспективы и привлекательность для потенциального покупателя. 

В рамках фонда проводятся и программы с иностранным партнерством: так, до 12 мая 2021 года открыта подача заявок на российско-испанский конкурс международного сотрудничества. 

«Сколково»

По словам Эдварда Крыжановского, организация предоставляет возможность ежегодно компенсировать до 5 млн расходов на такие статьи как участие в конференциях, маркетинг, создание MVP. Предприниматель отмечает, что раньше в «Сколково» были и другие, более внушительные гранты, но из-за пандемии и сопутствующих экономических трудностей эти возможности пока заморожены. 

Эксперты материала отмечают эффективность и прозрачность работы этих двух фондов — более того, часть из них непосредственно участвовали в их конкурсных программах. 

Один из главных финансовых вопросов — сколько стоит запустить стартап в этой области? Итоговая сумма будет зависеть от дороговизны и доступности используемого метода. Эдвард Крыжановский делится цифрами своего проекта: чтобы довести проект до работающего MVP и начать первые испытания в Институте мозга человека, компания потратила около 3 млн рублей с 2009 по 2011 год.

Что касается окупаемости инвестиций, генеральный директор «НейроЧат» Наталия Галкина называет отрезок в пять лет. Значительная часть инвестиций идет не только на создание самого аппарата, но и на его внедрение. По словам эксперта, пиар высокотехнологичных решений остается достаточно сложной и затратной частью проекта.
«Люди должны привыкнуть к нейрогаджетам так же, как к смартфонам: до них был пройден длинный путь с кнопочными телефонами и пейджерами».

 

Иностранное партнерство

Эксперты выделяют несколько основных регионов, где активно развиваются нейротехнологии и где заинтересованы в работе с российскими разработчиками: 

  • США: здесь наблюдается самый высокий спрос на нейрогаджеты в мире;
  • Западная Европа;
  • Австралия;
  • Экономические развитые страны Азии (Китай, Южная Корея, Япония, Сингапур). Причем Наталия Галкина выделяет азиатское направление как одно из самых перспективных. Она объясняет это тем, что, несмотря на большую популярность интерфейсов «мозг-компьютер» в США, напряженные геополитические отношения с американцами сказываются на ведении совместных проектов. 

В этих странах стартапы, работающие с нейрогаджетами, привлекают крупные инвестиции. Так, американский проект Halo sport, который работает на стыке технологий и спорта, привлек $13 млн. 

Популярность нейрогаджетов — это скорее вопрос мировоззрения, чем платежеспособности, считает Тимофей Глинин.

Современные аппараты продаются по достаточно доступным ценам — так, прибор Brainstorm стоит 6500 рублей. «Чем более консервативное общество, тем меньший процент людей прибегает к нейрогаджетам. Представим ситуацию — человек хочет подтянуть иностранный язык. Он может поступить традиционным способом — к примеру, купить дополнительный курс лекций. А может — купить девайс, который стимулирует зону, ответственную за изучение иностранных языков». 

По словам Наталии Галкиной, иностранцы часто пытаются переманить к себе талантливых российских специалистов — ведь «купить» эксперта и организовать его релокацию выйдет гораздо дешевле, чем платить за уже готовую разработку с оформленной интеллектуальной собственностью. 

 

Советы по развитию бизнеса

Стартап начинается с анализа рынков, на которые вы планируете вывести продукцию. А чтобы изучить проекты конкурентов, перспективы развития отрасли и запросы потенциальных клиентов, важно провести исследование. 

Эдвард Крыжановский рекомендует обратиться к англоязычным источникам: Worldwide Market Forecasts, Bloomberg, Brain Monitoring Market By Product, Cognitive Assessment and Training Market Worldwide Market Forecasts and Analysis. Второй совет от создателя «Телебиомет» — найти единомышленников. На начальном этапе у проекта могут возникать финансовые трудности, а общие цели и искренняя заинтересованность помогут сохранить команду. И затем, наконец, идти в один из центров, поддерживающих развитие стартапов. 

«Важно пройти через сито экспертизы. Такие организации открывают доступ в инновационную среду, где можно заполучить менторов, инвестиции и гранты, найти стратегических партнеров и, в конце концов, выйти на международный уровень. Можно также обратиться к акселератору GenerationS — самому крупному в России. Участие в нем гарантирует, что вы попадетесь на глаза заинтересованным инвесторам».

Другая рекомендация предпринимателям, занимающимся созданием нейрогаджетов, — это регистрация марки, считает Тимофей Глинин. Процедура обойдется в 25-30 тыс. рублей и поможет защититься от патентных троллей. Они отслеживают перспективные проекты и на начальном этапе могут перехватить ваше название. «Это важный момент, но о нем не всегда задумываются в начале пути».

 

Фото на обложке: Jolygon/Shutterstock

Нашли опечатку? Выделите текст и нажмите Ctrl + Enter

Материалы по теме

  1. 1 Заменит ли нейросеть копирайтеров?
  2. 2 Школьники создали NLP-модель, которая при генерации текстов учитывает здравый смысл
  3. 3 Студент НИТУ «МИСиС» создал нейросеть, которая пишет картины
  4. 4 «В будущем все наше тело будет напичкано датчиками» — интервью с нейробиологом Сколтеха и главой neurotech-стартапа
  5. 5 Что такое deepfake-видео (Face Swap) и как его сделать
Dyson
Как создавать продукты, которые хотят все. Рассказывает Джеймс Дайсон.
Узнать больше