Мемы, криптовалюта и упадок: как меняется восприятие денег

Тяжелее всего сейчас приходится финансово грамотным. Представьте, как в последние месяцы друзья и дальние родственники атаковали их вопросами о феноменах ковидной экономики.

• Родители спрашивают: «Я могу купить NFT?» (Подробнее о невзаимозаменяемых токенах можно прочитать здесь).
• Двоюродный брат интересуется: «Стоит ли инвестировать в GME и AMC?» (Тикеры GameStop и сети кинотеатров AMC, «мемных акций», которые в начале этого года подорожали благодаря инвесторам с Reddit).
• «Что такое SPAC и почему он сливается с компанией, где я работаю?» — задает вопрос друг, который работает в медиастартапе.
• «Могу ли я провести SPAC акций GameStop с моими NFT?» — пишет дядя (пожалуй, лучше всего проигнорировать).

Каждый день в ленте появляются странные новости из мира финансов: молодые звезды TikTok извиняются за то, что рекомендовали криптовалюту с символикой Star Wars, которая оказалась обманом, длинноволосый трейдер, известный под никами DeepFuckingValue и Roaring Kitty дает показания перед конгрессом США, а R&B певец Эйкон сообщает, что строит в Сенегале город с собственной криптовалютой.

В таких условиях одним из главных людей в сфере финансов стал основатель Barstool Sports Дэйв Портной, который в начале этого года запустил биржевой инвестиционный фонд для торговли «мемными акциями». Илон Маск — его главный соперник по степени влияния на экономику мемов. Ему достаточно написать в Twitter одну фразу (например, «Используйте Signal»), чтобы копеечная акция выросла на 6000%.

Разумеется, это не единственные герои. Художник Beeple продает анимированные NFT за десятки миллионов долларов. И следуя той же иррациональной логике, Шакил О'Нил запустил SPAC в партнерстве с одним из сыновей Мартина Лютера Кинга.

Что происходит? Очень заманчиво обвинить в мутациях финансовой системы коронавирус и рассматривать торги на Robinhood и растущие цены на NFT как протест скучающих, запертых и лишенных радостей людей.

Несмотря на то, каким футуристичным кажется этот момент в истории рынков — киберискусство покупают на цифровых маркетплейсах за компьютерные доллары! — основной тренд вполне узнаваем. Очень многие хотят быстро разбогатеть, ничего не делая. Экономика всегда была странной: в какой-то степени это сумма человеческого поведения, а люди странные.

Но под этим кроется более фундаментальное изменение: меняется наше отношение к деньгам.

Для большинства из нас деньги были способом понять, какую жизнь мы могли бы получить. Где жить, что есть, сколько отдыхать — все это зависело от того, сколько мы заработали. Это редкий и ценный ресурс. Нас учили: чтобы накопить больше денег, нужно проявить ответственность. Колебания экономики трудно предсказать, и чтобы ограничить ущерб для бизнеса, управлением деньгами занимались эксперты, а не политики. Они руководствовались научными принципами, как смотрители парков, взаимодействующие с исчезающими животными. Иначе рынку грозила бы инфляция, и нам пришлось бы возить деньги на тележке от магазина к магазину, чтобы купить каши для детей.

Однако в последнее время деньги стали чем-то иным. У кого-то их может быть очень много (скажем, $150 млрд). Но даже менее обеспеченные люди тратят деньги, чтобы сделать что-то глупое (см. аббревиатуры и упомянутые выше приложения), одновременно умудряясь зарабатывать. История GameStop одновременно кажется и забавной, и безумной, но, похоже, она не слишком повлияла на экономику в целом.

С тех пор, как Байден стал президентом США, 156 млн американцев получили денежные выплаты. В общей сложности сумма чеков, дебетовых карт и прямых выплат составила $372 млрд. Почти половина населения США получила деньги без каких-либо обязательств. Это стало чем-то вроде чуда. Бесплатные деньги? От правительства? Это возможно? Почему так не делали раньше? Полученные средства тратили на покупку еды, оплату счетов и выплату кредитов. Кто-то также спекулировал на рынке акций.

Если выбрать момент, когда деньги перестали быть полностью серьезными и стали, по крайней мере, немного смешными, можно обратиться к интервью бывшего председателя Федеральной резервной системы США Бена Бернанке программе 60 Minutes в 2009 году. Корреспондент CBS Скотт Пелли спросил его, какие деньги ведомство перечисляло банкам во время мирового финансового кризиса и не были ли это деньги налогоплательщиков. Бернанке покачал головой и ответил: «Чтобы занять деньги банку, мы просто используем компьютер, чтобы определить размер счета, открытого ФРС».

Итак, во что же превращаются деньги? После мирового финансового кризиса появляется все больше теорий. Биткоин и криптовалюты, появившиеся позже, предложили новое видение. Появилась и так называемая «Современная денежная теория», похожая на кейнсианскую теорию в объяснении Морфеуса из фильма «Матрица» («Что если бы я сказал тебе... что налоги не оплачивают расходы?») и обещающая будущее с расточительными тратами и всеобщим трудоустройством. И либералы, и консерваторы одинаково очарованы идеей универсального базового дохода. Даже марксисты возвращаются к «Капиталу», чтобы перечитать его как текст о деньгах и ценности.

Фото: Pexels

Если кризис открыл дверь новому мышлению, то денежные выплаты навсегда покончили со старым. Деньги больше не кажутся редким ресурсом, которым управляют эксперты, незаинтересованные в политике. Вопрос в том, что их заменит? Какая концепция победит — хартализм, анархия криптовалют или марксизм?

Пока гиганты рынка не дадут ответа, неопределенность будет сохраняться. Реальность становится все более странной. NFT, «мемные акции» и криптоцивилизации — это не просто знакомые нам продукты в новой технологической форме. Это симптомы переходного периода, в котором меняются роль и идентичность денег.

Активисты, чудаки и участники культов могут спорить из-за денежной политики, но в 21 веке ее, по-видимому, будет определять Кремниевая долина. Во время очередного многомиллиардного IPO деньги появляются и пропадают сами собой. Индустрия разработки программного обеспечения строится на том, что деньги может принести что угодно: просмотры, пользовательский опыт, милые дети и желанный для многих образ жизни. На практике, однако, все не так радужно.

В эпоху, характеризующуюся медленным ростом и низкой производительностью (если не откровенной экономической стагнацией) и отмеченную растущим неравенством и неполной занятостью, концепция денег кажется одновременно и очень серьезной, и откровенно глупой. С этой точки зрения экономика пандемии — не аномалия, но утрированная версия возможного будущего: мира, где денег много, надежных долгосрочных инвестиций мало, а быстрое обогащение — самый надежный способ обеспечить себе стабильную жизнь. Если предполагается, что вы покупаете акции в качестве ставки на будущее состояние бизнеса, зачем вам покупать акции в розничной сети видеоигр, если вы на самом деле не верите в какое-либо будущее вообще? Чем фондовый рынок отличается от ставок на футбол?

Может быть, Бернанке был более прозорлив, чем он думал: многие начинают воспринимать деньги просто как цифры на экранах смартфонов. Вы платите за аренду с помощью одного приложения и покупаете опционы на продажу с помощью другого. Цифры увеличиваются и уменьшаются, живя в маленьком портале, который мы держим в руках.

Источник.

Фото на обложке: Unsplash