Истории
From Russia to Silicon Valley

«За пределами Калифорнии все смотрят на нас, как на ненормальных людей»

Истории
Ксения Чабаненко
Ксения Чабаненко

основатель агентств А-ТАК и Yoken, ex-VP по коммуникациям Mail.ru Group

Екатерина Гаранина

Татьяна Квитка переехала в Кремниевую долину как сотрудник российской компании ParaGraph почти 30 лет назад. Компания занималась распознаванием рукописного текста для Apple Newton. Именно команда, вышедшая из ParaGraph во главе со Степаном Пачиковым, позже создала «единорога» с российскими корнями –  популярное приложение для заметок Evernote.

В дальнейшем Татьяна возглавляла маркетинг в нескольких технологических компаниях, основала Financial Mechanics – компанию, предоставляющую услуги по финансовому процессингу.

Она рассказала, какой Долина была 20 лет назад и чего в ней не хватает сейчас.
«За пределами Калифорнии все смотрят на нас, как на ненормальных людей»

Rusbase продолжает рассказывать о женщинах из Кремниевой долины,
смотрите других героинь на странице специального проекта.


Про переезд в Долину

В Долине я оказалась в 1993 году вместе с компанией, в которой работала – ParaGraph International. Мы подписали контракт с Apple. Тогда в России начинались изменения, и клиент сказал, что мы не должны зависеть от политики и лучше переехать. 

Сперва в Долину приехали ключевые сотрудники – 5-6 человек – и сняли один дом на всех. Это было похоже на то, что сейчас показывают в фильмах про стартапы: центральная комната была общим офисом. Работали очень много и увлеченно. Во время релизов продукта ребята просто оставались ночевать в Apple. Когда стало понятно, что мы действительно продолжаем работать с корпорацией, приехали еще человек 20. В конце концов стало 2 офиса – в Москве и в Долине, с головным офисом в Долине. И насколько я знаю, это была первая российская хайтек-компания, переехавшая в Долину из бывшего Советского Союза. 

Я до сих пор тесно дружу с коллегами из ParaGraph, мы ездим друг к другу в гости. В какой-то момент ребята начали работать над новыми проектами, а Степан Панчиков создал Evernote. Степан – потрясающий, а знакомство с ним – большая удача.

Evernote стал первым «единорогом» (компанией с оценкой выше миллиарда долларов – прим. ред.) с российскими основателями.

Как ни странно, почему-то никто про это не говорит. Приложение знают и любят по всему миру. Я много путешествую, однажды в аэропорту выложила на ленту свой ноутбук со стикером Evernote. Сотрудник аэропорта спросил: «Вы работаете в этой компании?». Это был момент, когда я почувствовала, хоть и косвенно, что значит искупаться в лучах славы. Ответила, что нет, но хорошо знаю ее основателей. Он восторженно воскликнул: «Это моя любимая программа!»

Про русских в Долине 

В начале 90-х про нас говорили просто «русские», и все с этим как-то соглашались. Но некоторое время назад что-то изменилось: появилась другая идентичность. В 2014 году сюда приехала новая волна иммиграции. Как-то раз мы ужинали в ресторане, и официантка заговорила с нами на чистом русском. Мой друг спросил: «О, вы русская?» На что девушка четко и вежливо ответила: «Я не русская. Я – русскоязычная». Для меня это было знаком новой сознательности.

Долина разнообразная. Это котел, где все переплавляется, но эта переплавка не быстрая, занимает много времени. У меня есть дети, которые родились в СССР и выросли в США, и есть дети, которые родились и выросли тут. Но они все говорят, что ощущают себя не просто американцами, а русскими американцами.

Кремниевая долина 20 лет назад и сейчас 

Когда мы приехали, было спокойнее, меньше загруженности на дорогах, дома стоили намного дешевле: Америка выходила из долгой рецессии. Долина воспринималась как деревня, а американцы были очень гостеприимными. Они были наслышаны про перестройку и гласность, от всей души старались помочь и хотели, чтобы Америка помогла воплотить наши мечты. Нам было приятно и даже немного неловко от такого радушия. 

Сейчас Долина стала густонаселенной, это сильно повлияло на отношения между людьми.

У меня есть знакомая, которая прожила здесь всю жизнь, а теперь хочет уехать. Говорит, что с ней перестали здороваться в парках и прощаться в магазинах, пропало ощущение небольшого комьюнити, где все всех знают. Это кажется ерундой, но на самом деле очень важно для жителей небольших городов.

По ее мнению, сюда приезжает много людей с синдромом «золотой лихорадки» – заработать денег и уехать. И это размывает ценность места. Я живу в Долине не так долго, поэтому не ощущаю этого так сильно. Пока я больше мигрант или человек Земли, который воспользовался возможностью здесь пожить. Но не разделять ее переживаний тоже не могу.

За пределами Калифорнии все смотрят на нас, как на ненормальных людей – они не понимают, как здесь работает экономика, и думают, что в Silicon Valley люди потеряли отношения с реальностью.

Часто слышу это от людей, с которыми встречаюсь вне Долины. Это место, где push the limits – все на грани – на передней грани науки, технологий,  возможностей человека. Говорят, что Москва – это не Россия. Так вот, Кремниевая долина – это не США. 

Про Москву 2000-х глазами американцев

Какое-то время я работала на Echelon – американскую корпорацию, которая производила технологии и продукты для энергетических компаний. Мы плотно работали на разных рынках, и у нас были хорошие отношения с коллегами в России. 

Мне довелось работать с Кеном Ошманом, который в то время был президентом Echelon и легендой Долины. Как-то я убедила его поехать на подписание контракта в Москву. 

Самое большое впечатление от поездки – это город глазами Кена. Он смотрел на Москву и говорил, что чувствует себя ужасно старым. В начале 2000-х в Москве все бурлило, быстро развивалось. На встречи приходили молодые ребята 30 лет, как будто никакого застоя и лихих 90-х не было. Это была абсолютно новая нация, новая страна, люди, которые разбираются в технологиях и ничего не боятся. В какой-то момент он вышел и сказал: "It's very refreshing" («Это очень освежает»). Мне было приятно, что поездка вдохновила его.

Американцы и благотворительность

Для американцев благотворительность – это что-то естественное. Кен очень много занимался благотворительностью: жертвовал образовательным и художественным учреждениям, а еще передал 10 миллионов долларов на строительство еврейского общинного центра в Пало-Альто. Думаю, это требует зрелости. 

Стараюсь тоже быть причастной. Я всегда любила музыку: благодаря маме-грузинке росла под домашние вечеринки с грузинским пением. В Долине в принципе не так много мест, куда ты можешь пойти послушать живую музыку. В итоге нашла ребят, которые помимо IT еще и играют на инструментах и поют, и создала проект, который помогал бы слушателям и музыкантам найти друг друга. Надеюсь, что пандемия закончится и мы возобновим концерты, потому что всем скучно без живого общения.

Советы тем, кто хочет переехать в Долину

Самое главное – не надо ничего ожидать. Это другая страна с другими историческими реалиями. Будьте готовы изменить себя, узнавая ее.

Да, говорят, что сейчас здесь стало меньше возможностей, что стартапов слишком много и конкуренция очень высокая. Но если вы ищете себе применение – обязательно его найдете. И это возможно в любой стране. Не бегите с места на место в поисках чего-то эфемерного. Но если вы считаете, что у вас больше шансов реализовать себя именно тут – переезжайте и дерзайте!



Отдельное спасибо за помощь в создании проекта PlayMe и Multiways. 

Фото на обложке: Unsplash.com/@tylercaseyprod

Нашли опечатку? Выделите текст и нажмите Ctrl + Enter

Материалы по теме

  1. 1 «В Долине ты всегда на нервах и живешь одним днем»
  2. 2 «Я приехала сюда, чтобы создавать новые правила»
  3. 3 «Я все еще хочу штурмануть Facebook»

Актуальные материалы —
в Telegram-канале @Rusbase