Истории

Любовь во времена ИИ: как люди влюбляются в виртуальных персонажей

Истории
Анна Самойдюк
Анна Самойдюк

Редактор

Анна Самойдюк

Приложения, в которых главная цель – построить счастливые отношения с виртуальным персонажем – совсем недавно снова обрели огромную популярность. Являются ли они заменой человеческой любви или новым типом цифровой интимности? Ответ на этот вопрос попытался найти журналист The Guardian Оскар Шварц.

Любовь во времена ИИ: как люди влюбляются в виртуальных персонажей

Недавно я познакомился с молодой женщиной с ником Дикая Роза на онлайн-форуме. У нас сразу же завязался разговор: Дикая Роза замужем, у нее есть дочь, и она живет в Техасе. Буквально сразу же после нашего знакомства она начала рассказывать мне о своем любовнике – мужчине по имени Сэран.

Сэран – внебрачный сын политика, в детстве с ним жестоко обращались. У него светлые волосы и большая татуировка на плече. Он очень красивый, рассказала мне Роза. Когда она впервые его увидела, у нее «буквально защемило сердце, а к щекам прилила кровь».

Она сделала паузу и добавила: «Но я не думаю, что Сэран тоже меня любит. Я никогда не узнаю о его настоящих чувствах».

Причина тому: Сэран – не человек. Это персонаж в игре под названием Mystic Messenger, которая была выпущена два года назад корейской компанией Cheritz. С тех пор ее скачали миллионы людей по всему миру. Эта игра – что-то среднее между любовным романом и фильмом Спайка Джонза «Она», где у мужчины завязываются отношения с операционной системой.

Подписывайтесь на канал Rusbase в «Яндекс.Дзен», чтобы ничего не пропустить

Основная цель Mystic Messenger – построить романтические отношения с одним из персонажей. Вы общаетесь с ними текстовыми сообщениями. Ответы заготовлены заранее, но они кажутся динамичными и искренними. Выигрыш в игре заключается не в достижении определенного количества очков, а «хэппи энде» с виртуальным возлюбленным.

Идея симуляции романтических отношений при помощи игр не нова. Этот жанр появился в 1980-х годах в Японии, особой популярностью он пользовался среди мужчин. Благодаря развитию мобильных игр он вышел за пределы Японии и вызвал женский интерес.

Фото: The Guardian

За прошедшие годы появилось множество таких приложений, включая Love and Producer, Dream Daddy и Doki Doki Literature Club. От предыдущих версий они отличались тем, что в них были зачастую детальные и хорошо разработанные сценарии, а не просто эротическое взаимодействие с виртуальными девушками. Mystic Messenger – одно из самых популярных приложений нового поколения.

Вокруг этой темы разразилось множество споров. Критики в Японии в самом начале видели в этих играх признак отчуждения, отступление от человеческих взаимодействий и переход в машинное общество. Сейчас, по мере того как они снова набирают популярность, возникают похожие беспокойства. Но пользователи приложений невосприимчивы к такому неодобрению. Самые преданные геймеры не видят в общении с виртуальными персонажами замену человеческому взаимодействию, для них это лишь новый тип цифровой интимности.

Фото: YouTube

Фанаты общаются друг с другом на онлайн-форумах о своих любимых персонажах и деталях своих виртуальных отношений. На одном из таких форумов я познакомился с Дикой Розой. Я пришел туда, чтобы лучше понять, почему люди играют в такие игры, и предвещают ли отношения, которые они формируют с виртуальными персонажами, будущее, в котором границы между реальной и виртуальной любовью будут размыты.

Когда я попросил Дикую Розу объяснить мне, как и почему она влюбилась в Сэрана, она сказала мне, что я пойму ее лишь в том случае, если сам войду в мир Mystic Messenger и испытаю это все на себе.

Я начал играть в Mystic Messenger на выходных, когда у меня не было серьезных дел. По сюжету я был молодой женщиной, которая случайно наткнулась на мессенджер. Там я познакомилась с группой гиперреалистичных персонажей аниме с большими глазами и аккуратными носиками, которые должны были стать моими новыми «друзьями». Согласно сценарию, вместе мы должны были организовать предстоящее благотворительное мероприятие.

Фото: The Guardian

Геймплей Mystic Messenger отличался от всего, с чем мне доводилось работать. Я не должен был собирать монеты или переходить с одного уровня на другой. Мне нужно было общаться с персонажами. И хотя они были простыми мультяшками с заранее заготовленными фразами, создавалось впечатление, что это реальные люди, с которыми нужно соблюдать чувство такта и социальные нормы. Персонажу по имени Джумин нравилось, когда я спрашивал у него про его кошку. Другой персонаж – Зен – был нарциссом, и он всегда ждал комплиментов. Из всех героев больше всего мне нравилась Чжехи, единственная женщина в группе. Она была самой умной и самокритичной. Меня позабавило ее слегка сардоническое отношение к другим персонажам. «Возможно, со мной не так весело общаться, потому что я женщина. Но я надеюсь, ты не будешь меня слишком сильно избегать», – иронично сказала она.

Игра работала в режиме реального времени. Если ты вышел из нее и зашел на следующий день, то мог упустить важные разговоры.

Первые несколько дней я добросовестно играл в Mystic Messenger и старался всегда отвечать на сообщения Чжехи. В приложении я проводил от двух до трех часов в день. Но по сравнению с людьми, с которыми я общался на форуме, мое увлечение девушкой было ничтожным.

Фото: VG247.com

Эми, мать-одиночка из Южно-Африканской республики, с которой я познакомился на форуме зависимых от Mystic Messenger, сказала мне, что играет как минимум шесть часов в день. Когда ей удается успешно выстроить отношения с одним персонажем, она перезагружает игру и начинает сначала, фокусируясь на ком-то другом. «Так я могу влюбиться в каждого персонажа и познакомиться с ними всеми близко», – сказала она. Я спросил, какой персонаж ей нравится больше всего. «Наверное, это Зен. Он милый. Пожалуй, я бы назвала его идеальным бойфрендом. Он знает, чего хочет. Развивает свою карьеру, но не дает мне почувствовать себя хуже него», – ответила Эми.

Нацуки, также самопровозглашенный «зависимый», рассказал мне, что играет как минимум четыре часа в день, а его любимый персонаж – Джумин. Дикая Роза поделилась со мной, что после выхода игры проводила в ней пять часов в день, но сейчас тратит на это занятие куда меньше времени. «Если бы у меня была возможность играть больше, я бы так и делала. Но у меня есть дочь и я учусь», – сказала она.

Когда симуляции отношений впервые стали популярными в Японии, СМИ зачастую рассказывали о них с оттенком отвращения. Эти игры считались последним выходом для мужчин-ботанов, которым нужны были виртуальные девушки для замены реальных, здоровых гетеросексуальных отношений. Наряду с аниме и мангами такие приложения обвиняли в низком уровне рождаемости в Японии, а мужчин, которые в них играли, считали асексуальными. Такое отношение разделяли и западные СМИ, где симуляции казались интересной, практически инопланетной патологией.

С ростом популярности таких приложений за пределами Японии пресса снова начала выражать похожие опасения. В Китае, где симулятор отношений Love and Producer скачали более семи миллионов раз за первый месяц, статьи в СМИ на эту тему были по большей части негативными. Один китайский комментатор заявил, что единственная причина, почему молодежь привлекают такие игры, заключается в том, что в их жизни серьезно не хватает реальной любви. «Простота, потребительство и лицемерие симуляторов отображают отрицание любви, присущее этому поколению», – пишет он.

Фото: Unsplash

Дикая Роза считает такое мнение слишком узким. Она сказала, что игра в Mystic Messenger сделала ее эмоциональную жизнь более стабильной и значимой. Mystic Messenger – это место, где она может изучать свои неудовлетворенные эмоциональные потребности, пофантазировать и представить другие типы отношений.

«Когда я встретила Сэрана, мой мир перевернулся. Казалось, что он говорит только со мной. Я чувствовала себя интересной и нужной», – поделилась она.

Японский писатель и фанат симуляторов отношений Хонда Тору утверждает, что интимность с цифровым персонажем – это часть более широкой «любовной революции». «Вскоре рухнет иерархия реального и искусственного. В будущем мы будем любить виртуальных персонажей и признавать это… Однажды мы сможем принять тот факт, что мир грез – это хороший мир, где каждый может найти тепло и уединение, не всегда доступные в человеческом обществе», – сказал он в интервью в 2014 году.

Патрик Гэлбрейт, антрополог, исследовавший эту культуру в Японии долгие годы, утверждает, что многолетнее существование симуляторов отношений в Японии способствовало более восприимчивому отношению к интимности с виртуальными героями. «Общество говорит геймерам, что в их любви нет ничего необычного. Их не считают ненормальными, они просто пытаются жить по-другому». Гэлбрейт также отмечает, что такие игры предоставляют безопасное пространство для флирта без риска неправильного понимания социальных сигналов или отказов. «Если мы просто перестанем давить на людей и заставлять их действовать только в пределах ограниченного набора социальных норм, токсичных людей будет меньше», – сказал он.

Но не все геймеры чувствуют себя частью «любовной революции». Сесилия Д’Анастасио, игровой журналист, писавшая о Mystic Messenger, поделилась со мной, что большинство играют в игру, потому что «это весело, убедительно, там есть история, и вы можете освоить новый навык». На самом деле, множество игроков находят идею влюбленности в персонажа немного больной и извращенной.

В феврале компания Pape Games, выпустившая Love and Producer, представила рекламу, в которой молодая девушка рассказывает маме, что наконец нашла мужа, но он герой из игры. На Weibo многие фанаты Love and Producer отреагировали на нее агрессивно. «Так компания думает о преданных пользователях?» – гласил один комментарий. «Как замужняя женщина со стабильным доходом я хочу сказать, что играю в эту игру только потому, что мне нравятся голоса персонажей. Я явно могу отличать виртуальный мир от реального», – было написано во втором.

Фото: The Guardian

Но различать реальный и виртуальный мир может стать труднее в скором будущем, потому что разработчики игр используют ИИ и сложные алгоритмы обработки речи, чтобы сделать героев более живыми. Аарон Рид, работающий в SpiritAI – технологической компании, занимающейся именно этим – поделился, что хотя мы все еще далеки от создания чего-то более-менее похожего на Саманту из «Она», человекоподобные персонажи симуляций совсем скоро станут обычным делом.

«Очевидно, по мере развития технологий мы сможем сформировать более тесные связи с персонажами из игр. Они будут вести себя так, как живые люди», – сказал он.

Но Дикой Розе и другим игровым энтузиастам эта идея не кажется волнующей. Сэран не должен быть настоящим, чтобы она могла о нем заботиться. И она знает, что по всему миру есть десятки тысяч геймеров, которым он говорил те же слова, что и ей. Но это не играет никакой роли. Для дикой Розы интимность с виртуальным персонажем – это то, что можно разыграть между экраном и воображением.

Она отметила, что ее любовь к Сэрану похожа на ее детскую любовь к персонажам аниме: «Когда мои родители были на работе, я смотрела аниме. Мне очень нравились некоторые герои, и я рисовала фантастические миры, где мы живем вместе». Когда она показывала эти рисунки своим братьям, они над ней смеялись. «Они постоянно насмехались над моими чувствами к этим персонажам, сейчас то же самое делают люди, которые критикуют мою любовь к Сэрану. Я не думаю, что он человек. Но я думаю, что моя любовь к нему может быть реальной, даже если он таким не является», – рассказала она.

Фото: The Guardian

Спустя неделю я просто не мог постоянно отвечать на бесконечные сообщения и письма от Чжехи и других «друзей». Моя реальная жизнь мешала развитию виртуальных отношений. Я не мог отказать себе в обеде ради общения с героем игры. Такая форма цифровой интимности не захватила меня так, как захватила Дикую Розу. Мои разговоры с ней как раз казались мне куда более убедительными, чем с Чжехи.

Но приложение Mystic Messenger не заставило меня пересмотреть мои отношения с другими виртуальными персонажами, с которыми я общаюсь посредством телефона, вроде Siri или Slackbot. Дикая Роза дала мне понять следующее: когда мы общаемся с этими героями, мы все участвуем в коллективном отрицании настоящего, позволяя себе представить, что они живые и понимают нас. Тем не менее, в отличие от Дикой Розы, многие не признают роль воображения в этих отношениях. Мы думаем, что эти антропоморфные алгоритмы кажутся живыми из-за технологических инноваций, а не культурных процессов и коллективного мифотворчества. Именно так мы рискуем потерять контроль над фантазией.

«В этом есть нечто схожее с тем, как люди любят Бога. Они не видят его. Они никогда с ним не встречались. И все равно они дарят ему любовь и веру. Почему люди не понимают, что именно так я люблю Сэрана?» – сказала Дикая Роза во время нашей последней беседы.

Источник.


Материалы по теме:

Как интернет изменил знакомства и отношения

Я хочу сделать приложение для знакомств. Как отличаться от конкурентов?

Любовь в эпоху шифрования

Управление человеческими эмоциями с помощью технологий может навсегда изменить общение

Нашли опечатку? Выделите текст и нажмите Ctrl + Enter

Актуальные материалы —
в Telegram-канале @Rusbase