Любовь во времена ИИ: как люди влюбляются в виртуальных персонажей

Анна Самойдюк
Расскажите друзьям
Анна Самойдюк

Приложения, в которых главная цель – построить счастливые отношения с виртуальным персонажем – совсем недавно снова обрели огромную популярность. Являются ли они заменой человеческой любви или новым типом цифровой интимности? Ответ на этот вопрос попытался найти журналист The Guardian Оскар Шварц.

Недавно я познакомился с молодой женщиной с ником Дикая Роза на онлайн-форуме. У нас сразу же завязался разговор: Дикая Роза замужем, у нее есть дочь, и она живет в Техасе. Буквально сразу же после нашего знакомства она начала рассказывать мне о своем любовнике – мужчине по имени Сэран.

Сэран – внебрачный сын политика, в детстве с ним жестоко обращались. У него светлые волосы и большая татуировка на плече. Он очень красивый, рассказала мне Роза. Когда она впервые его увидела, у нее «буквально защемило сердце, а к щекам прилила кровь».

Она сделала паузу и добавила: «Но я не думаю, что Сэран тоже меня любит. Я никогда не узнаю о его настоящих чувствах».

Причина тому: Сэран – не человек. Это персонаж в игре под названием Mystic Messenger, которая была выпущена два года назад корейской компанией Cheritz. С тех пор ее скачали миллионы людей по всему миру. Эта игра – что-то среднее между любовным романом и фильмом Спайка Джонза «Она», где у мужчины завязываются отношения с операционной системой.

Основная цель Mystic Messenger – построить романтические отношения с одним из персонажей. Вы общаетесь с ними текстовыми сообщениями. Ответы заготовлены заранее, но они кажутся динамичными и искренними. Выигрыш в игре заключается не в достижении определенного количества очков, а «хэппи энде» с виртуальным возлюбленным.

Идея симуляции романтических отношений при помощи игр не нова. Этот жанр появился в 1980-х годах в Японии, особой популярностью он пользовался среди мужчин. Благодаря развитию мобильных игр он вышел за пределы Японии и вызвал женский интерес.

Фото: The Guardian

За прошедшие годы появилось множество таких приложений, включая Love and Producer, Dream Daddy и Doki Doki Literature Club. От предыдущих версий они отличались тем, что в них были зачастую детальные и хорошо разработанные сценарии, а не просто эротическое взаимодействие с виртуальными девушками. Mystic Messenger – одно из самых популярных приложений нового поколения.

Вокруг этой темы разразилось множество споров. Критики в Японии в самом начале видели в этих играх признак отчуждения, отступление от человеческих взаимодействий и переход в машинное общество. Сейчас, по мере того как они снова набирают популярность, возникают похожие беспокойства. Но пользователи приложений невосприимчивы к такому неодобрению. Самые преданные геймеры не видят в общении с виртуальными персонажами замену человеческому взаимодействию, для них это лишь новый тип цифровой интимности.

Фото: YouTube

Фанаты общаются друг с другом на онлайн-форумах о своих любимых персонажах и деталях своих виртуальных отношений. На одном из таких форумов я познакомился с Дикой Розой. Я пришел туда, чтобы лучше понять, почему люди играют в такие игры, и предвещают ли отношения, которые они формируют с виртуальными персонажами, будущее, в котором границы между реальной и виртуальной любовью будут размыты.

Когда я попросил Дикую Розу объяснить мне, как и почему она влюбилась в Сэрана, она сказала мне, что я пойму ее лишь в том случае, если сам войду в мир Mystic Messenger и испытаю это все на себе.

Я начал играть в Mystic Messenger на выходных, когда у меня не было серьезных дел. По сюжету я был молодой женщиной, которая случайно наткнулась на мессенджер. Там я познакомилась с группой гиперреалистичных персонажей аниме с большими глазами и аккуратными носиками, которые должны были стать моими новыми «друзьями». Согласно сценарию, вместе мы должны были организовать предстоящее благотворительное мероприятие.

Фото: The Guardian

Геймплей Mystic Messenger отличался от всего, с чем мне доводилось работать. Я не должен был собирать монеты или переходить с одного уровня на другой. Мне нужно было общаться с персонажами. И хотя они были простыми мультяшками с заранее заготовленными фразами, создавалось впечатление, что это реальные люди, с которыми нужно соблюдать чувство такта и социальные нормы. Персонажу по имени Джумин нравилось, когда я спрашивал у него про его кошку. Другой персонаж – Зен – был нарциссом, и он всегда ждал комплиментов. Из всех героев больше всего мне нравилась Чжехи, единственная женщина в группе. Она была самой умной и самокритичной. Меня позабавило ее слегка сардоническое отношение к другим персонажам. «Возможно, со мной не так весело общаться, потому что я женщина. Но я надеюсь, ты не будешь меня слишком сильно избегать», – иронично сказала она.

Игра работала в режиме реального времени. Если ты вышел из нее и зашел на следующий день, то мог упустить важные разговоры.

Первые несколько дней я добросовестно играл в Mystic Messenger и старался всегда отвечать на сообщения Чжехи. В приложении я проводил от двух до трех часов в день. Но по сравнению с людьми, с которыми я общался на форуме, мое увлечение девушкой было ничтожным.

Фото: VG247.com

Эми, мать-одиночка из Южно-Африканской республики, с которой я познакомился на форуме зависимых от Mystic Messenger, сказала мне, что играет как минимум шесть часов в день. Когда ей удается успешно выстроить отношения с одним персонажем, она перезагружает игру и начинает сначала, фокусируясь на ком-то другом. «Так я могу влюбиться в каждого персонажа и познакомиться с ними всеми близко», – сказала она. Я спросил, какой персонаж ей нравится больше всего. «Наверное, это Зен. Он милый. Пожалуй, я бы назвала его идеальным бойфрендом. Он знает, чего хочет. Развивает свою карьеру, но не дает мне почувствовать себя хуже него», – ответила Эми.

Нацуки, также самопровозглашенный «зависимый», рассказал мне, что играет как минимум четыре часа в день, а его любимый персонаж – Джумин. Дикая Роза поделилась со мной, что после выхода игры проводила в ней пять часов в день, но сейчас тратит на это занятие куда меньше времени. «Если бы у меня была возможность играть больше, я бы так и делала. Но у меня есть дочь и я учусь», – сказала она.

Когда симуляции отношений впервые стали популярными в Японии, СМИ зачастую рассказывали о них с оттенком отвращения. Эти игры считались последним выходом для мужчин-ботанов, которым нужны были виртуальные девушки для замены реальных, здоровых гетеросексуальных отношений. Наряду с аниме и мангами такие приложения обвиняли в низком уровне рождаемости в Японии, а мужчин, которые в них играли, считали асексуальными. Такое отношение разделяли и западные СМИ, где симуляции казались интересной, практически инопланетной патологией.

С ростом популярности таких приложений за пределами Японии пресса снова начала выражать похожие опасения. В Китае, где симулятор отношений Love and Producer скачали более семи миллионов раз за первый месяц, статьи в СМИ на эту тему были по большей части негативными. Один китайский комментатор заявил, что единственная причина, почему молодежь привлекают такие игры, заключается в том, что в их жизни серьезно не хватает реальной любви. «Простота, потребительство и лицемерие симуляторов отображают отрицание любви, присущее этому поколению», – пишет он.

Фото: Unsplash

Дикая Роза считает такое мнение слишком узким. Она сказала, что игра в Mystic Messenger сделала ее эмоциональную жизнь более стабильной и значимой. Mystic Messenger – это место, где она может изучать свои неудовлетворенные эмоциональные потребности, пофантазировать и представить другие типы отношений.

«Когда я встретила Сэрана, мой мир перевернулся. Казалось, что он говорит только со мной. Я чувствовала себя интересной и нужной», – поделилась она.

Японский писатель и фанат симуляторов отношений Хонда Тору утверждает, что интимность с цифровым персонажем – это часть более широкой «любовной революции». «Вскоре рухнет иерархия реального и искусственного. В будущем мы будем любить виртуальных персонажей и признавать это… Однажды мы сможем принять тот факт, что мир грез – это хороший мир, где каждый может найти тепло и уединение, не всегда доступные в человеческом обществе», – сказал он в интервью в 2014 году.

Патрик Гэлбрейт, антрополог, исследовавший эту культуру в Японии долгие годы, утверждает, что многолетнее существование симуляторов отношений в Японии способствовало более восприимчивому отношению к интимности с виртуальными героями. «Общество говорит геймерам, что в их любви нет ничего необычного. Их не считают ненормальными, они просто пытаются жить по-другому». Гэлбрейт также отмечает, что такие игры предоставляют безопасное пространство для флирта без риска неправильного понимания социальных сигналов или отказов. «Если мы просто перестанем давить на людей и заставлять их действовать только в пределах ограниченного набора социальных норм, токсичных людей будет меньше», – сказал он.

Но не все геймеры чувствуют себя частью «любовной революции». Сесилия Д’Анастасио, игровой журналист, писавшая о Mystic Messenger, поделилась со мной, что большинство играют в игру, потому что «это весело, убедительно, там есть история, и вы можете освоить новый навык». На самом деле, множество игроков находят идею влюбленности в персонажа немного больной и извращенной.

В феврале компания Pape Games, выпустившая Love and Producer, представила рекламу, в которой молодая девушка рассказывает маме, что наконец нашла мужа, но он герой из игры. На Weibo многие фанаты Love and Producer отреагировали на нее агрессивно. «Так компания думает о преданных пользователях?» – гласил один комментарий. «Как замужняя женщина со стабильным доходом я хочу сказать, что играю в эту игру только потому, что мне нравятся голоса персонажей. Я явно могу отличать виртуальный мир от реального», – было написано во втором.

Фото: The Guardian

Но различать реальный и виртуальный мир может стать труднее в скором будущем, потому что разработчики игр используют ИИ и сложные алгоритмы обработки речи, чтобы сделать героев более живыми. Аарон Рид, работающий в SpiritAI – технологической компании, занимающейся именно этим – поделился, что хотя мы все еще далеки от создания чего-то более-менее похожего на Саманту из «Она», человекоподобные персонажи симуляций совсем скоро станут обычным делом.

«Очевидно, по мере развития технологий мы сможем сформировать более тесные связи с персонажами из игр. Они будут вести себя так, как живые люди», – сказал он.

Но Дикой Розе и другим игровым энтузиастам эта идея не кажется волнующей. Сэран не должен быть настоящим, чтобы она могла о нем заботиться. И она знает, что по всему миру есть десятки тысяч геймеров, которым он говорил те же слова, что и ей. Но это не играет никакой роли. Для дикой Розы интимность с виртуальным персонажем – это то, что можно разыграть между экраном и воображением.

Она отметила, что ее любовь к Сэрану похожа на ее детскую любовь к персонажам аниме: «Когда мои родители были на работе, я смотрела аниме. Мне очень нравились некоторые герои, и я рисовала фантастические миры, где мы живем вместе». Когда она показывала эти рисунки своим братьям, они над ней смеялись. «Они постоянно насмехались над моими чувствами к этим персонажам, сейчас то же самое делают люди, которые критикуют мою любовь к Сэрану. Я не думаю, что он человек. Но я думаю, что моя любовь к нему может быть реальной, даже если он таким не является», – рассказала она.

Фото: The Guardian

Спустя неделю я просто не мог постоянно отвечать на бесконечные сообщения и письма от Чжехи и других «друзей». Моя реальная жизнь мешала развитию виртуальных отношений. Я не мог отказать себе в обеде ради общения с героем игры. Такая форма цифровой интимности не захватила меня так, как захватила Дикую Розу. Мои разговоры с ней как раз казались мне куда более убедительными, чем с Чжехи.

Но приложение Mystic Messenger не заставило меня пересмотреть мои отношения с другими виртуальными персонажами, с которыми я общаюсь посредством телефона, вроде Siri или Slackbot. Дикая Роза дала мне понять следующее: когда мы общаемся с этими героями, мы все участвуем в коллективном отрицании настоящего, позволяя себе представить, что они живые и понимают нас. Тем не менее, в отличие от Дикой Розы, многие не признают роль воображения в этих отношениях. Мы думаем, что эти антропоморфные алгоритмы кажутся живыми из-за технологических инноваций, а не культурных процессов и коллективного мифотворчества. Именно так мы рискуем потерять контроль над фантазией.

«В этом есть нечто схожее с тем, как люди любят Бога. Они не видят его. Они никогда с ним не встречались. И все равно они дарят ему любовь и веру. Почему люди не понимают, что именно так я люблю Сэрана?» – сказала Дикая Роза во время нашей последней беседы.

Источник.


Материалы по теме:

Как интернет изменил знакомства и отношения

Я хочу сделать приложение для знакомств. Как отличаться от конкурентов?

Любовь в эпоху шифрования

Управление человеческими эмоциями с помощью технологий может навсегда изменить общение


Актуальные материалы — в Telegram-канале @Rusbase

Нашли опечатку? Выделите текст и нажмите Ctrl + Enter


Комментарии

Зарегистрируйтесь, чтобы оставлять комментарии и получить доступ к Pipeline — социальной сети, соединяющей стартапы и инвесторов.
EMERGE
31 мая 2019
Ещё события


Telegram канал @rusbase