Истории

Мы уволили самого талантливого сотрудника. Это лучшее решение, которое мы когда-либо принимали

Истории
Алена Сомова
Алена Сомова

Редактор

Алена Сомова

«Вы никогда не сможете понять, что я создал. Я новый Альберт Эйнштейн, а вы пещерные люди». Вот что заявил наш гений перед командой разработчиков, дизайнеров и менеджеров, когда один из спонсоров проекта осмелился спросить, сколько времени потребуется на устранение проблемы.

Глава команды разработчиков в Университете Калифорнии рассказал, как один гениальный системный архитектор поставил под угрозу весь проект.

Мы уволили самого талантливого сотрудника. Это лучшее решение, которое мы когда-либо принимали

Гений – личность непредсказуемая. Иногда вам выпадает случай поработать с безумным гением. В других случаях вы обречены иметь дело с чистым безумием. Бывают времена, когда трудно отличить первое от второго.

Эта история о том, как мы расстались с чрезвычайно одаренным членом нашей команды с глубоким пониманием архитектуры нашего продукта. У него была сверхъестественная способность прогнозировать будущие потребности и тонны знаний о домене.

Он вносил основной вклад в работу. И он медленно, но верно, разрушал наш флагманский проект.

Мы назовем этого человека Риком.

Рик был признан самым талантливым в команде. Он был ведущим разработчиком и архитектором наших программных проектов.

Изображение: Warner Bros.

В любое время, когда у кого-то возникал вопрос о коде или когда была нужна помощь, он отправлялся к Рику. У Рика в офисе была гигантская доска, установленная в этих целях. Она была испещрена следами прошлых дискуссий, которые не стирались годами.

Каждый раз, когда возникала исключительно сложная проблема, ее решал Рик. У Рика был сервер с теми же характеристиками, что и наш производственный сервер. Он использовал его для самостоятельного запуска всего стека приложений и устранения неполадок каждого уровня одновременно.

Рику никто не нужен. Он предпочитал работать в одиночестве на своем рабочем месте.

Помощники только мешали Рику. Он создавал все необходимое с нуля, потому что был в разы лучше и умнее, чем простые смертные.

Вскоре Рик перестал посещать планерки. У Рика больше не было времени на встречи, потому что он был слишком занят кодом.

Рик закрыл дверь своего кабинета. Его доска больше не использовалось по назначению. У него больше не было времени на обучение, ведь ему надо было решить столько задач.

У Рика скопилась уйма невыполненных задач. В его кодах появлялось все больше багов. Ошибки появлялись в старых инструментах, которые он построил. Они отвлекали его внимание от выполнения обязательств по разработке новых программных продуктов.

Конечно, эти ошибки происходили из-за того, что пользователи неверно излагали свои требования. Разумеется, это не его вина. Само собой.

Зеленые флажки на нашем дашборде превратились в желтые. Желтые — в красные. Красные начали мигать. Один за другим срывались дедлайны. Все ждали Рика.

Менеджер проекта получил шестимесячное продление от спонсора. Через полгода разработчику потребовалось еще семь месяцев. Далее целый год.

Рик составлял код все быстрее и быстрее. Он работал семь дней в неделю по 12 часов в сутки.

Все знали, что только Рик может вытащить команду из этого хаоса. Все затаили дыхание и ждали, пока Рик придумает чудодейственное средство, которое исправит застопорившийся проект.

С каждым днем Рик становился все более воинственным и изолированным.

Я взглянул на исходный код. Рик был прав: никто не мог понять, что он создал. Кроме самого Рика. Это было отражением работы его собственного разума: что-то было очень умно, что-то — копипаста, но все было одинаково не универсально и почти не задокументировано. 

Я пришел к нашему IT-директору с приговором. Только Рик сможет поддерживать этот продукт. Плюс, пока Рик над ним работал, дата запуска переносилась много раз. Рик разрушал наш продукт быстрее, чем создавал его.

Мы сели с Риком и поговорили о его роли в проекте. Мы рассмотрели наши проблемы и объяснили новую стратегию. Команда собиралась сотрудничать с ним в создании нового продукта с нуля, но коллаборация будет ограниченной. Вся команда внесет свой вклад в работу над проектом. Больше никаких узких мест.

Как Рик отреагировал на это? Единственным возможным для себя способом. Они был в ярости. Рик не хотел участвовать в этом фарсе. Если мы не можем оценить его гениальность, это наша вина, а не его. Рик предсказал, что в течение нескольких месяцев мы приползем к нему на коленях, умоляя спасти нас.

Коллективная работа. То, о чем никогда не слышал Рик. Фото: Medium

К сожалению, Рик отказывался принимать замечания руководства. Он был против делегирования любой работы. Он не одобрял изменения кода, включая исправления его ошибок другими разработчиками. Он утверждал, что не желает нести ответственность за работу других людей. Он продолжал открыто приуменьшать заслуги своих коллег.

Итог? Мы уволили Рика.

Прошла неделя, и все улеглось. Команда разработчиков, потерявшая своего гуру, собралась с силами. Затем я увидел, что они сгруппировались у доски.

Они сотрудничали. Они создали новый продукт. Все стало намного проще.

Всего за шесть месяцев команда качественно выполнила работу, на которую Рику понадобилось бы пять лет. Далее они вернулись к другим продуктам Рика. В них тоже пришлось переписать весь  код.

Прорабы очень опытны, но небоскребы строят обычные строители. Фото:  Warner Bros.

В команде не было ни одного Рика, ни одного безумного гения. И наша производительность стала как никогда высокой.

Рик был очень талантливым разработчиком. Он мог решать сложные задачи и создавать сложную архитектуру для поддержки ультрасложных проектов. Но он не умел самого главного – эффективно работать в команде.

Присутствие Рика было разрушительным по нескольким причинам.

Во-первых, он создал культ личности. Любая проблема в конечном итоге становилась проблемой Рика, и он поощрял этот миф. Разработчики перестали верить в свои силы и просто сидели, сложа руки.

Во-вторых, он не мог создать читабельный код. Его уверенность в собственной непогрешимости превзошла здравый смысл.

В-третьих, он расхолаживал коллектив. Члены команды не хотели высказываться и предлагать свои собственные идеи, потому что он все брал на себя. Он ни с кем не считался, поэтому остальные разработчики недооценивали свои силы.

В-четвертых, у него не было личной ответственности. Что бы ни произошло, он был ни при чем. Он искренне верил в это, и это мешало ему учиться на своих ошибках.

Я не верю, что Рик начинал с этого. Мы говорим о последней стадии. Это стало результатом многолетней сверхурочной работы и усилению критики со стороны клиентов и коллег.

К тому моменту вся команда знала, что он разрушителен. Но зависимость была настолько сильной, что все считали, что он — единственный вариант.

Всегда есть другой вариант.

Сила вашей команды не зависит от таланта отдельных ее членов. Она заключается в сотрудничестве, упорстве и взаимном уважении.

Сосредоточьтесь на создании команды, члены которой ценят друг друга и стараются максимально использовать свой потенциал.

Вместе они смогут справиться с более серьезными задачами, чем Рик.

Источник.

Об авторе: Джонатан Солорзано-Гамильтон — глава отдела разработки, ассистент IT-директора в Университете Калифорнии.


Материалы по теме:  

Ловушка ложных ожиданий при найме: как не попасться на крючок

Как распознать коллегу-зомби и не стать таким же

Хочу туда: как искать работу за рубежом

Почему надо инвестировать в развитие персонала, а не в автоматизацию (и не слушать экспертов)

Нашли опечатку? Выделите текст и нажмите Ctrl + Enter

Актуальные материалы —
в Telegram-канале @Rusbase