«Без учителя ты ничего не знаешь и не можешь. У тебя не хватает мотивации»

Никита Стаценко
Никита Стаценко

Внештатный автор

Расскажите друзьям
Людмила Чумак

Серия интервью DZ Online посвящена диджитализации традиционных сервисов; организациям, для которых «цифра» — инструмент для изменения рынка и главное конкурентное преимущество. Мы будем публиковать самое интересное из интервью по тегу.

Ведущий Дмитрий Завалишин, основатель группы компаний DZ Systems, создатель Яндекс.Маркета и ОС «Фантом», приглашает на откровенный разговор представителей различных отраслей, которые показали успешный переход из оффлайна в онлайн. Как они поменяли рынок? Где измеряется эта точка успеха, как происходит монетизация? На чем основана используемая модель?

Сегодня в DZ Online Александр Ларьяновский, управляющий партнер Skyeng — компании, которая учит людей английскому языку. А нас она, наверное, научит тому, как правильно строить бизнес в современном информационном мире. Александр, компании, по-моему, 5 лет. Но сегодня она существенно изменилась.

Мы каждый день меняемся. У нас сейчас работают около 1,5 тысячи преподавателей. Мы не биржа, наши педагоги – штатные сотрудники. Это примерно половина от всего профессорского и преподавательского состава МГУ или Оксфорда.

То есть это серьезно?

Да. Это значит, что, при существующих темпах роста, к весне следующего года мы сравняемся с ними по количеству учителей.

И когда ты управляешь сотней преподавателей, потом пятью сотнями, тысячей, тремя, то, конечно, компания будет все время немножко разной.

У нас три тысячи уроков каждый день, и каждый заканчивается тем, что человек должен захотеть прийти на следующий. И это в результате должна быть фабрика, которая на конвейере делает качественный образовательный продукт.

У нас же не платят «вперед»: закончился курс, купил еще немножко, потом еще. Средний lifetime у нас в районе 9 месяцев, что достаточно много.

А почему этот lifetime заканчивается? Потому что он считает, что научился или потому что деньги кончаются?

Есть умный ответ, а есть простой. Простой ответ звучит так: самые страшные враги человека — это отпуск и длинные каникулы. Это примерно, как фитнес.

То есть они ушли в отпуск и забыли продолжить?

Нет, они даже не забыли. Вот вы ходите в зал, а потом раз и на Новый год — на пляж. И вернуться в график всегда тяжело.

Мы не привлекали никакие инвестиции. Из своих денег в платформу, в продукт, мы вложили практически $2 миллиона, то есть довольно большие деньги. Если разделить их на методическую часть и на мотивационную, то последняя будет занимать 80%. То есть 80% усилий мы направляем на то, чтобы человек сохранял мотивацию делать то, за чем он к нам пришел.

Онлайн — это та штука, которая позволяет конкретному ученику дать то, за чем он сейчас пришел. Когда можно работать стандартизованно, но абсолютно персонально, как поиск «Яндекса».

Подстраиваясь под локальные потребности конкретного покупателя в данный момент времени?

Поиск «Яндекса» — стандартная штука? Стандартная. Но для вас и для меня он будет давать разные результаты. Вот тут та же самая история. Приходит человек и говорит, что ему нужен английский для того, чтобы с девчонками знакомиться или чтобы по работе перепиской заниматься.

И это разный английский?

Абсолютно. Что делает классическое образование? «Садись, будем учить грамматику, и только потом остальное». В результате ты должен все пройти, чтобы потом воспользоваться 2% знаний. Мы подумали и решили наоборот: давайте сразу возьмем 2%, а остальное — не надо. Если тебя интересует кулинария, то мы будем учить Джейми Оливера, и если ты разобрал его рецепт на уроке, то потом ты можешь приготовить. Вот он твой возврат инвестиций.

Сейчас ты описал некоторый уникальный продукт на рынке образования, правильно я понимаю? Ну так, если коротко?

Да.

А вы этим отличаетесь от университетов или вообще от всех?

Мы, скажем так, отличаемся от классического подхода, который есть в образовании.

Но другие онлайновые школы так умеют?

В мире еще штук 5-6 подобных проектов, которые думают не про формальности, а про то, как сделать каждую секунду урока максимально эффективной с точки зрения того, что через месяц и через год эти знания останутся в голове.

Например, в школе все учили химию, но никто не помнит, что если уксус на руку капнет, то надо мылом смыть, потому что это щелочь. Это бессвязные вещи в голове. Так делались учебники, по которым мы учились.

У нас там 100 тысяч уроков в месяц и мы, с помощью тестирования, занимаемся, так сказать, доказательной педагогикой. Статистическая база позволяет мне проводить эксперименты и понимать, что на самом деле работает независимо от пары учитель-ученик, то есть для любого человека. Мы взяли 1,5 года назад самый популярный учебник в мире и прогнали его через свою систему. И обнаружили, что для среднего уровня (на котором у нас больше всего учеников) 15% заданий — бессмысленные, 100% людей отвечают на них правильно.

Выбирайте интересные курсы и образовательные программы в разделе EDU на Rusbase.

Сейчас ты говоришь, что онлайн, будучи процессом динамичным и измеряемым, позволяет, взяв стандартные модели обучения, выкинуть из них абсолютно бессмысленные вещи и заостриться на более ценных для ученика этапах?

И еще нужно учитывать, что система позволяет собирать лично его ошибки.

Лично его?

Да, то есть она учитывает твою обучаемость. Люди с разной скоростью соображают, это и не хорошо, и не плохо, так устроен мир. Одну и ту же тему объяснили, все пятеро поняли по-своему, и нет возможности это оценить. Даже когда ты сдаешь домашнее задание, учитель видит только конечный результат. А когда у нас человек делает домашку, мы отсматриваем все этапы: сколько раз он ошибся, стер, написал правильно, еще раз подумал и так далее.

Это некая аналитика?

Да, мы автоматически анализируем и начинаем понимать: у ученика со временем проблемы, давай-ка мы дадим ему позубрить вот эту тему.

А теперь вернемся в классический университет и представим себе, как это происходит в реальном мире. Невозможно скорректировать программу под ученика, потому что они все сидят перед тобой одновременно.

Это раз. Два: ученик — он общий для всех, он там когда-то, кем-то, как-то тестировался. Это такая старая проблема преподавателей: адресовать материал самому слабому или самому сильному ученику. Теперь, возвращаясь к вопросу, так какое же образование будет тогда поверхностным и ситуационным?

Главная проблема в образовании – это не подача материала (тут примерно все понятно: записали курсы, показали быстрее или медленнее, детальнее или нет, все это можно автоматизировать), а тестирование…

Я с изначальным тезисом не соглашусь. На самом деле подача определяет куда больше, чем содержание. Начнем с простого. Почему не работает самообразование?

Вот тут я бы с вами поспорил, я как раз самообразованием занимался.

Те, кто делают сервисы для самообразования, сами им занимаются и думают, что весь мир такой. А без учителя ты, на самом деле, ничего не знаешь и не можешь. У тебя не хватает мотивации, ты не знаешь, с чего начать.

Казалось бы, вот у тебя курс, там пишут: начинай с этого, потом продолжай этим.

Почему же на Coursera из тех, кто начинает курс, до конца доходит практически никто или очень маленький процент? Ровно по этой причине: падает мотивация. Наверняка у тебя на телефоне есть какое-то приложение для обучения чему-нибудь. Слова ты учишь, например. А теперь представь себе, приложение дает задачку, ты ее правильно решаешь, и приложение выдает: «Молодец!» То же самое происходит с учителем: «Ну вот же, Дима, можешь же!» Разница есть?

Конечно.

Например, тебя на урок ждет учитель, и ждет приложение. В каком случае ты на урок придешь? Вот отсюда начинается целая история. И от того, как учитель будет с тобой заниматься, будет зависеть, как ты будешь усваивать материал. Или у тебя есть контакт с учителем, ты понимаешь, ловишь на лету и говоришь: «Я нашел наконец того учителя, который мне прям нужен» или «Ну когда же это кончится, какая же это тягомотина!»

А теперь вопрос. Педагогические вузы, которые в огромном количестве штампуют новых педагогов. Сколько времени за 4–5–6 лет их учат мотивации?

Команда Skyeng

Всего лишь небольшая часть команды Skyeng. Фото: Skyeng

Не знаю.

Ноль. Ноль минут.

То есть да — software, да — онлайн, да — автоматизация, но с обеих сторон — живые люди?

Да.

И что в этой цепочке делает софт?

Главная компетенция преподавателя — это эмоции, его задача — педагогика: учить, смотреть, понимать, все время поддерживать, ругать, хвалить, требовать и так далее. А что говорить каждому конкретному ученику — это знает платформа. То есть это классический телесуфлер: сейчас ученик сделает ошибку. Дождись этого и только потом ему объясни.

Вот прямо так?! То есть ваша система глубоко поддерживает мотивационный процесс и ведет учителя по некоторому гайдлайну?

Все верно. Грубо говоря, у вас есть кошечка, у вас есть дети. А у учителя есть некоторая информация (справочник), чтобы вовремя спросить про то, как ваша кошечка поживает. Причем назвав ее по имени. Вы, может, это обсуждали три месяца назад, а учитель помнит.

Мы сейчас палим твои секреты.

Даже когда ты знаешь, как и почему эта система работает, тебе все равно приятно, что, в отличие от твоих ближайших родственников, учитель помнит про кошку. И как после этого не сделать домашку?

Такая жесткая бессовестная манипуляция?

Да! Потому что наша задача — дотащить человека до цели, за которой он к нам пришел.

Я так понимаю, что SkyEng — это английский по Skype?

Все так.

А сейчас вы взяли, выкинули Skype и написали свою реализацию?

Да. Это было с самого начала понятно, что строить свой бизнес на той технологии, которую ты не контролируешь — нельзя. Microsoft не отличается большой предсказуемостью решений. Но начинаться стартап должен так, чтобы брать все бесплатное, готовое и привычное человеку.

Эта мотивация чисто защитная? У вас не было причин делать свой продукт?

Были. Все наши уроки записываются (ученик может посмотреть записанное объяснение того, что ему давал педагог). Это еще и assessment, то есть выборочная проверка. Более того, сейчас у нас автоматические алгоритмы детектируют, на каком языке говорит преподаватель, сколько времени (очень часто бывает, что учитель забалтывает ученика), как это соотносится с рисунком урока. То есть проверка качества уже автоматически происходит.

То есть это пока не распознавание самого текста, это только детектирование? А то у меня тут было записано, что вы делаете распознавание.

Делаем, но качество пока низкое, что для образования не подходит. Когда системы распознавания речи будут такими хорошими, что их можно будет использовать, мы, наконец, будет понимать разницу между активным словарным запасом и пассивным.

Словарный запас – это особенности человека, а не уровня, возраста или чего-то там еще. Если посмотреть на пятилетнего ребенка, который играет в Minecraft, то он обладает знанием английских слов о материалах лучше, чем обычные его ровесники или даже пятнадцатилетний американец. Поэтому надо соотносить программу со словарным запасом определенного человека.

Но ведь ты же не знаешь словарного запаса этого ученика, пока не полез в его тему! Если ты в металлургию не слазил с ним, то ты не знаешь его возможностей.

Да, но я могу достаточно быстро это сделать. Мы научились собирать словарный запас человека. Мы уже сейчас делаем такую «медицинскую» карточку ученика. У нас идет урок. Если он встретил незнакомое слово, то посмотрел в словарик или нет? Какая тематика дается проще?

То есть вы по всяким там вторичным признакам?

Да. Потом, мы же всякие сервисы делаем, чтобы, когда ты смотришь английские сериалы, можно было слова оттуда добавлять. Мы даже научились немного подзамедлять видео, чтобы, когда ты встретишь незнакомое слово, ты успел его прочитать и так далее. Собирать мы научились, а рерайтить тексты на ходу под его словарный запас, заменяя синонимы…

То есть вы хотите ресинтезировать тексты, сделать их онлайн-адаптации под уровень человека?

Не под уровень, а для конкретного человека.

Компания ABBYY очень активно этим занимается.

Да, у них есть Compreno. Мы как раз собираемся с ними эту штуку делать, но пока для обучения технологии чуть-чуть не хватает.

Но так ведь это стандартная проблема для автоматизации: грубо говоря, если 90% решено автоматом, до 10% можно добить руками. Нет?

Масштабы.

То есть подготовить преподавателю к началу урока плохой черновик и попросить его подкорректировать, это не работает?

Это сразу дорожает. То есть оплачивается не час работы преподавателя, а уже больше.

Почему репетиторы не любят давать домашки? Потому что ты проверяешь, а за это никто не платит. Вот у нас платформа проверяет все домашние задания автоматически, и сразу преподаватели любят их давать.

Опять же, система рекомендует что дать человеку исходя из его ошибок.

У вас есть большой массив заданий, из которого нарезается информация для определенного ученика. Это исторически набралось? То есть 5 лет компании, и 5 лет вы набирали какой-то массив проблем, задач?

Мы огромная фабрика контента. Сделали несколько десятков тысяч единиц информации, в смысле уроков, а внутри еще куча картинок, аудио, видео и всего остального, что как кубики собирается в зависимости от того, что нам нужно.

Вы построили технологию, можно ли ее натянуть на какой-то другой вид обучения, или она очень сильно завязана на язык?

Можно. Скажем так, наверное, все знания, которые не требуют физического взаимодействия с предметами (медицине, например, так нельзя научить: ты пока 800 лягушек не разрежешь, тебя нельзя подпускать даже к макету). А во всех остальных случаях, конечно, мы сможем это сделать.

Пойдете ли вы за рубеж?

Хотим.

В первую очередь в неанглоязычные страны?

Конечно.

Это означает, в Китай? Это самый большой рынок, который нуждается в английском языке.

Для меня выход в Китай — это танец эпилептика на минном поле. То есть вероятность подрыва близка к 100%. Это настолько сложно! В этом месте мы такие оппортунисты.

Какие технологии вы продвинете своим существованием?

Мне кажется, что мы больше всего продвинем современную педагогику и методологию обучения. То есть мы одни из пионеров доказательной педагогики.

Хочу черту некоторую подвести. Она несколько неожиданная для меня, потому что мы с тобой много сегодня проговорили именно про хай-тек, про технологию, про применение компьютеров. Но внезапно вышли к неожиданной картине: оказывается, что занимаетесь вы компьютерной стороной, а развиваете именно самообразование как таковое, методологию обучения людей.

Вот эта история про непрерывное образование — это то, что уже данность. Как говорила Пиффи в «Матрице»: «Выбор уже сделан, его остается только принять».


Материалы по теме:

Российская онлайн-школа Skyeng оценена в рекордные для отрасли $100 млн

Рабочее место: Георгий Соловьев, Skyeng

Российский сервис для изучения английского языка Skyeng вышел в CША и Латинскую Америку

Звезды EdTech: 8 крутейших образовательных стартапов России

Стартапчики: Skyeng

Эксперимент: как редакция Rusbase месяц учила английский


Актуальные материалы — в Telegram-канале @Rusbase

Нашли опечатку? Выделите текст и нажмите Ctrl + Enter


Комментарии

Зарегистрируйтесь, чтобы оставлять комментарии и получить доступ к Pipeline — социальной сети, соединяющей стартапы и инвесторов.
EMERGE
31 мая 2019
Ещё события


Telegram канал @rusbase