История развала одной компании со слов начальника и его подчиненного

Office Life поговорил с одним из руководителей московского рекламного агентства, прекратившего свое существование несколько месяцев назад о том, как происходил развал компании. Потом об этом же мы попросили рассказать рядового сотрудника этого же рекламного агентства. Выяснилось, что их «показания» сильно расходятся.

Михаил (имя изменено), экс-генеральный директор рекламного агентства:

Наше агентство имело потенциал развития, но закрылось из-за кризиса. Поясню: мы входили в состав крупного холдинга и к моменту начала работы (а мы вышли на рынок несколько лет назад) думали, что сможем приносить прибыль через два года. План по первому году выполнить не смогли, и дальше нашей задачей стал банальный выход на самоокупаемость. Работать было тяжело: во-первых, в кризис рекламные бюджеты здорово упали, а во-вторых, рекламный рынок давно поделен между крупными игроками, и нам оставались лишь клиенты «средней руки», которые не были интересны структурам «Видео Интернешнл». Руководство холдинга могло оставить нашу компанию в живых, дав ей время на развитие и возможность переждать кризис, но решило все-таки закрыть.

Сотрудники компании были морально готовы к такому положению дел. В декабре был налицо коллапс рекламного рынка. В конце января были проблемы с платежами. А в марте мы уже закрылись. Времени подготовиться у всех, кто работал в агентстве, было предостаточно. Наша компания, естественно, работала «вбелую», так что всем вовремя выдали зарплаты и компенсации, все как положено по закону.

Лично я получил предложение остаться в холдинге и заняться другим проектом. Хотя я и рассматривал вариант уехать из Москвы и переждать кризис там, где жизнь подешевле. Но, знаете как это бывает... Ну, просижу я на пляже месяц, второй... А потом закончатся накопления, а опыт и связи будут потеряны. А если вдруг инфляция съест сбережения быстрее, чем я планировал?

Я остался в холдинге (хотя и с урезанной зарплатой) и перевел с собой большую часть коммерческого отдела: хорошие продажники нужны всегда. Еще раз скажу, что у всех сотрудников было несколько месяцев на то, чтобы найти работу, так что если кто-то не нашел, то явно не по моей вине.

---

Ольга (имя изменено), экс-копирайтер рекламного агентства:

Вообще, для меня все выглядело примерно так. Целыми днями ко мне подбегали селзы с воплями: «Оля, у нас срочный заказ, который нужно выполнить за три часа!» Надо было отставить в сторону основной проект и заняться горящим заказом, пока не материализуется другой горящий заказ. Иногда таких материализаций было по три в день. Я очень осторожно выходила из своего кабинета, предварительно оглядываясь, нет ли в коридоре селза. С ними лучше не сталкиваться, потому что будут новые просьбы и задания. Если кто-то думает, что профессия копирайтера - творческая и богемная, что мы посещаем модные тусовки в поисках вдохновения и часами ожидаем прихода Муз, - пусть посмотрит на ту мою работу в режиме вечного дедлайна.

...А потом в обычный день, когда у меня был обычный дедлайн, нас закрыли. И первое, что я почувствовала, когда узнала, что завтра могу на работу не приходить, - это радость. Чистая детская радость.

На дворе стоял кризис, куча знакомого народа сидели без работы. А я стояла у входа, курила и думала, что все эти десять месяцев безвылазной, непроглядной, бесконечной Карьеры На Рекламном Рынке, все мои боли в спине и перманентный недосып, - это стоило того, чтобы в конце испытать такое чувство радости.

Мы закрылись из-за того, что акционеры всего холдинга в целом хотели видеть прибыль, а наша компания показывала всего-навсего окупаемость. Иначе быть и не могло. Несколько раз я делала заказы лично для селзов: это были "левые" деньги, которые шли к ним в карман. Я получала процентов 15%. Уже сейчас я понимаю, что левых заказов было больше, просто селзы не всегда говорили об этом нам, копирайтерам и художникам, - делиться не хотели.

Ну, потом мы написали заявления об увольнении, нам отдали трудовые книжки, две зарплаты, и я перешла на фриланс. Скандалить с отделом кадров и требовать еще какую-то там законную компенсацию мне просто не хотелось. Главное, что все закончилось быстро.